Флаксизо

После этого он одним лишь взмахом крыльев вспорхнул высоко в небо, после чего резко развернулся и провалился под землю, оставив за собой лишь груды камней и пыли. А Зандр и Кселай направились дальше.

Если в Октарисе Кселаю был необходим пузырь, чтобы можно было дышать под водой, то в Зактарисе он был вынужден использовать респиратор, который он так предусмотрительно взял с собой. Из-за того, что воздух был перенасыщен пеплом и серой, дышать тут было невозможно. Чародеям легко – они благодаря магии могли обеспечивать своё тело питанием без необходимости вдыхать. Но так они лишали себя возможности наслаждаться запахами и предчувствовать беду благодаря обонянию. Но такова суть сенонцев – они в каждое дело погружаются всей своей сущностью. Когда Кселай и Зандр всё же добрались до места, то смогли приступить к изучению обстановки. Дело, что они тут расследовали, и вправду было сложным. Видны были отголоски действия посторонних сил, но дом, в котором всё это произошло, выглядел так, словно тут десятки лет уже никто не жил. Зандр заметил:

– Теперь понятно, почему они сказали, что след магии быстро исчез. Здесь использовалась не стихийная магия, а сенонцы не очень сильны в этом. Вот, след ещё висит, но для них он уже не так заметен.

Немного помолчав, он продолжил свои слова, размышляя о разных видах воздействия магии, чтобы понять, какая именно могла иметь подобный эффект. Кселай же старался вникнуть во всё своим всепрозревающим взором. Да, следы воздействия тут были, но они будто происходили когда-то давно. Магию манипуляции над временем в Сеноне не практикуют, а пришельцев из других миров в этом районе не наблюдали. После нескольких тщетных попыток что-то понять псары решили провести допрос местных жителей и очевидцев. Все, кого следопыты расспрашивали, были очень недовольны тем, что их отвлекают от их дел. Очевидно, сказывалось агрессивное воспитание зактаров. Хотя все и заявляли, что не знаю об этом происшествии ничего, а лишь видели, как из этого здания выбираются какие-то странные потоки энергии, всё же кое-что Кселай своим даром смог определить. Двое очевидцев хотя и говорили правду, всё же словно что-то не договаривали или о чём-то подозревали. Когда Кселай сообщил об этом Зандру, то этих двоих вызвали на повторный допрос. В ходе разговора всё вновь повторилось – они говорили чистую правду, так что и опыт Зандра и дар Кселая не обнаруживали в них ничего, но всё же что-то странное в них было. Тогда глава псаров пришёл лишь к одному выводу:

– Придётся вызывать монда.

Сообщив навулу всё, что удалось узнать, псары отдали расследование местным и вернулись восвояси.

Кселай не мог дождаться того момента, когда он сможет снять респиратор. Хотя он потратил только половину заряда дыхательной маски, всё же было бы неплохо восполнить запас, ведь неизвестно, сколько ещё раз ему придётся являться в эту страну. Уточнив у Зандра, кто мог бы помочь ему с этим, Кселай выяснил, что проще всего обратиться к Йимиру. Ведь никто не должен быть в курсе, что среди псаров появился новый, да ещё и не обладающий магическими способностями. Сарином именно так и поступил. Объяснив, что ему нужно и зачем, Кселай показал свою маску. Но Йимир сделал даже больше, чем надеялся зомартянин – он зациклил магические потоки внутри маски так, что воздух будет генерироваться там напрямую из эфира, и её никогда не нужно будет восполнять. Это было довольно полезное дополнение респиратора. Йимир предупредил лишь о том, что если вдруг Кселай окажется в зоне нематериализации эфира, то этот эффект перестанет действовать до тех пор, пока он не покинет её. Поэтому, не стоит задерживаться в подобных местах. Кселай принял это к сведенью. Весь оставшийся хавор для саринома не было новых дел, поэтому он занялся доработкой чертежей. Одно из устройств, которое было необходимо не обладающему магией жителю – это конечно же прибор для перемещения, чтобы не просить каждый раз очередного чародея быстро доставить его куда-либо. Но даже обычный телепорт размером с человека требует сложнейшей конструкции, которую далеко не все учёные способны понять, а уж тем более как объяснить всё это не сведущим в технологиях чародеям, и тем боле создать карманное, которое можно было бы носить с собой? Так что идея транспортёра отпала на стадии обдумывания. Остаётся только ремень, создающий купол эфирного шума, чтобы защищаться от враждебных заклинаний, и, пожалуй, ускорители, чтобы добираться до очередного места преступления не за часы, а хотя бы за минуты.

Предоставив все чертежи Йимиру и его друзьям, Кселай поинтересовался, можно ли сделать такое. Друзья начали уточнять некоторые детали и давать определённые советы, что можно было исправить. Например, хотя купол эфирного шума теоретически и должен работать именно так, как задумал Кселай, всё же эфирные потоки – это не тонкие линии, а размытые облака, и они на таких мельчайших уровнях так или иначе будут пересекаться, а это значит, что велика вероятность создать зону нематериализации. Или ускорители – технология Кселая в целом интересная, но она расходует эфир очень нерационально – отдельно материализовать огонь, а отдельно воздух и поддавать его в пламя для дополнительного ускорения невыгодно. Проще перед собой и позади создавать потоки финта, которые будут толкать в нужном направлении, а уже потоки закта будут либо ускорять, либо замедлять перемещение. Так они не будут пересекаться и потребуется гораздо меньше эфира, но при этом эффективность возрастёт. К тому же оболочка из финта защитит тело от сильных перегрузок, что позволит увеличить ускорение ещё чуть больше. Кселаю понравились поправки друзей, а Йимиру понравился научный подход к использованию магии. Некоторые приёмы он даже взял на вооружение, чтобы испытать их самому.

Эту ночь Кселай вновь провёл в библиотеке, исследуя всё, что только возможно. Но не успело настать утро, как Зандр вновь разыскал Кселая и сказал, что их вновь вызывают в Зактарис. На этот раз что-то новое, но опять непонятное. Немедля, Кселай запомнил книгу и отправился следом за Зандром. Когда они оказались на месте преступления, то обнаружили мёртвого человека (очевидно, пришельца) и много израненных и изувеченных сенонцев. В ходе допросов выяснилось, что этот самый ленгерад ходил спокойно по Зактарису без каких-либо повязок, обозначавших, что он гость, и применял какую-то непонятную магию. Когда местные стражники попытались расспросить, кто он и что за магию применяет, он попытался уйти от разговора каким-то общими фразами, но сразу было видно, что он абсолютно не знает местных традиций. Тогда его попытались схватить, чтобы доставить в темницу, но он начал оказывать сопротивление, применяя какую-то странную магию, не являющейся ни одной из четырёх стихий. Тогда было принято решение объявить поборником пятой стихии и вызвать подкрепление. Но даже дополнительные 10 стражников никак не могли с ним справиться, чтобы задержать его, а тот в свою очередь оказывал сильнейшее сопротивление, не боясь калечить и пару раз даже чуть не убил некоторых. Тогда оставалось только одно – ударить максимально сильно, чтобы либо убить, либо остановить противника. К сожалению, враг умер, получив сильнейшие ожоги и камнем по голове от одного из учеников-зентеров. Обследовав тело, псары обнаружили не только то, что это и в самом деле был ленгерад, но и то, что он был обвешан всякими техническими устройствами, что не свойственно для большинства чародеев. Кселай заподозрил, что это мог быть один из магов Анклава, ведь только они известны тем, что смешивают магию и технологии. Тогда он предложил обратиться к координатору, чтобы выяснить, знают ли валирдалы этого мага. В ближайшем урине был найден финтар-ктиоханин, чтобы он послал с помощью магии ветров шёпот координаторам валирдалов. Спустя несколько минут, прибыл один из ленгерадов. Он подтвердил догадки Кселая, сказав, что это и в самом деле чародей Анклава, но никто из валирдалов его не знает, и им не ведомо, как он переместился сюда. Если бы он использовал пути валирдации, другие чародеи это заметили бы. Видимо, у этих техно-магов свои способы перемещения между мирами. Тогда было принято решение отнести тело ленгерада в темницу, чтобы там навул и монд попытались выяснить хоть что-то, а потом сожгли тело. Кселай попросил снять с тела устройства, которые были на чародее, чтобы он мог их дополнительно изучить и предоставить ещё сведенья. Все были согласны с этим. Сарином забрал всё, что мог: наручное устройство, несколько приборов с пояса и один с головы и отправился в Кольен, чтобы там в своей комнате попытаться достать информацию. Зандр же остался тут, чтобы проследить, что выяснят зактары и монд.

Добравшись до своих вещей, Кселай в первую очередь просканировал все приборы с помощью своего планшета, и определил, что в базе данных Зомарту ни одного подобного устройства не зарегистрировано, значит, эти технологии какие-то засекреченные, ведь учёные из мира Кселая старались вносить сведенья о любых технических средствах, о которых рассказывали пришельцы из других вселенных. Следующим шагом было запустить и воспользоваться этими устройствами. У наручного прибора был большой сенсорный экран, но интерфейс был абсолютно контринтуитивен. Кое-как добравшись до цифровой начинки, Кселай выяснил, что тут используется совершенно незнакомый язык программирования. Следовательно, как-либо вмешаться в код без каких-либо последствий точно не удастся. Получается, проще будет исследовать именно через интерфейс. Отложив этот девайс в сторону, Кселай начал изучать, что же находилось внутри ременных карманов. Сканирование опять же не дало никаких результатов, однако дар Кселая помогал ему понять, что некоторые из этих вещей служили в качестве аптечек, в то время как другие могли использоваться как оружие. Назначение оставшихся пока что было скрыто от Кселая, но он ощущал, что в них присутствовала магия. Принявшись за изучение головного устройства, Кселай понял, что оно будет работать только совместно с внутричерепным имплантатом. Скорее всего это что-то на подобии дополненной реальности или некоего приёмника, позволяющего принимать и передавать сигналы непосредственно в мозг. После этого Кселай вернулся к изучению наручного устройства.

Долго пришлось разбираться сариному, но благодаря техническом складу ума и своему дару, он всё же смог понять, что это – некая вариация даригератора, но он использует не технические средства для преодоления грани миров, а магические. Получается, этим кибер-чародеям всё же удалось сделать устройства, манипулирующие эфиром. И это показалось Кселаю очень подозрительным – они и так волшебники. Они могут усилием воли перемещаться между мирами. Зачем им ещё и прибор для этого? Что-то тут было явно нечисто. Разумеется, Кселай оставил все эти приборы себе, чтобы разобраться с ними ещё лучше и, возможно, использовать себе на благо. А вот с теми вещами, что он не смог распознать, он пошёл к Сименторию, чтобы тот попытался разобраться, какая магия содержится в них.

Найдя этого октара, Кселай без долгих вступлений попросил друга кольера рассказать всё, что тот сможет понять по этим маленьким шарикам, наполненным магией, и как, по его мнению, они могут быть применены. Сименторий немного с недоумением поглядел на псара, и потом начал осматривать вещицы и рассуждать:

– Ну, как я могу судить, в этом шарике содержится очень-очень сильно скроакзированный чистый нематериализованный эфир. Причём, все его виды в равной пропорции. Если попытаться как-либо воздействовать на одну из его частей, то это может вызвать катастрофу, ведь весь эфир материализуется, перемешается, и образуются случайные эффекты, ведь невозможно управлять таким количеством потоков одновременно. Скорее всего, они сделаны не для того, чтобы материализовывать их. Вычерпывать частицами тоже не получится, ведь при попытке сделать это можно вызвать прорыв, вся эта концентрация плавно рассеется в окружающем пространстве. Я могу предположить, что эту штучку можно использовать только для того, чтобы вскрыть её и выпустить эфирные потоки наружу. Других способов использовать я не вижу.

– А для чего нужно выпускать настолько сконцентрированный эфир в окружающий мир?
– поинтересовался Кселай. Немного призадумавшись, Сименторий ответил:

– Даже не знаю. Эфир и так везде и распределён равномерно. Смысл в этом был бы, если бы его сильно истощили, но он сам плавно заполняется при истощении. Или если кто-то будет использовать только один и тот же поток, не давая тебе возможности воспользоваться тем же… или… ну да, как же я сразу не догадался! Эта вещь может пригодиться, если ты окажешься в зоне нематериализации. Выпустив такой скроакзированный поток эфира ты сможешь стабилизировать эфирное поле, и магия вновь будет действовать. А это очень интересно. Ты сам это придумал?

– Нет. Это устройство я нашёл. Чуть позже я расскажу, откуда оно, а пока что мне нужно вернуться в Зактарис и рассказать обо всём Зандру. Спасибо за помощь.

После того, как Кселай доложил обо всём, что ему удалось выяснить, Зандр поведал ему, чего смогли добиться монд с навулом. Оказывается, в этом чародее вообще отсутствует магия стихий. Его тело неоднократно проводило через себя множество различных неизвестных и непонятных видов эфира, но оно ни разу не соприкасалось ни с одной стандартной сферой. Тогда Кселай рассказал всё, что ему известно этом самом Анклаве от ленгерадов, посещавших его мир. Валирдалы часто упоминали, что эти техно-маги в своей организации запретили использование «устаревших» сфер магии, поскольку сосредоточение на их изучении тратит слишком много времени, в отличии от «современных», которые гораздо проще в управлении и имеют намного более широкий спектр применения в современном мире, а самое главное – их пересечение не вызывает нематериализации, смертельной для большинства чародеев. Это показалось Зандру нелепым, ведь такая сфера магии, как финта, позволяет летать, а окта лечить раны. И всего этого лишают себя эти самые «чародеи». И он одобрительно отозвался о том, как валирдалы относятся к этим безумцам и похвалил мир Кселая за то, что они не приняли их у себя. После этого глава псаров сказал, что донесёт эти сведенья до навулов всех стран, Кселаю же он поручил поведать обо всём этом Йимиру во всех подробностях, чтобы кольер был в курсе. Кселай спросил, сможет ли он забрать головной имплантат, когда тело анклавовца будет сожжено, на что получил ответ:

– Вряд ли этот самый имплантат уцелеет, ведь зактары сжигают тела особо жарким пламенем, чтобы от неугодного не осталось даже эфирного следа, ведь среди приверженцев пятой стихии есть те, кто может поднимать мёртвых.

Посетовав на то, что он не сможет узнать ещё больше информации, Кселай отправился в Кольен, чтобы поведать обо всём главному советнику.

Добравшись до обители кольера ближе к ночи, Кселай выяснил, что того нет на месте. Тогда он решил ещё немного поковыряться в устройствах анклава и проверить, может ли что-то из этого быть полезным ему. Наручный телепорт не имел в себе никакой иной функции, кроме перемещения между мирами. То есть через него нельзя ни с кем связаться, что-либо записывать в него и даже выяснить, куда именно ведёт тот или иной путь, ведь все данные записаны на каком-то своём непонятном языке, не имеющим ничего общего ни с одним из известных Кселаю. Единственное, что было понятно в этом интерфейсе, так это то, в каком именно мире находится носитель этого прибора. Запомнив, как изображён Сенон в компьютерах Анклава, Кселай положил устройство в свою сумку. Вдруг ему понадобится куда-то даригерироваться. Посмотрев на оставшиеся предметы, Кселай задумался: «Если этот чародей не хотел, чтобы его арестовали, почему он не скрылся, когда зактары напали на него? Не переместился обратно, откуда пришёл, или в другую часть страны? Наверное, он был тут на разведке и без собранных сведений уходить было нельзя. А почему он не использовал магию или какой-нибудь прибор для того, чтобы стать невидимым?» И тут саринома осенило, что для более успешной работы псаром ему бы самому не помешал бы становится невидимым. На Зомарту были теоретические наработки устройства под названием «анвариотор» (что с древнего означает ан– «не», варио – «видеть»), который позволяет добиться невидимости, при этом самому не перестать получать сведенья об окружающем мире. Но поскольку, ни шпионить, ни нападать на кого-либо жители его мира не планировали, все эти наработки так и остались на уровне теории. Тогда зомартянин нашёл в своём компьютере сведенья об этих самых наработках и стал составлять чертежи устройства, чтобы сенонцы создали его для него.