Фокусник

– Именно это я и хотел сказать, - сухо заметил Томасси.
– Сначала надо покончить с одним делом, а потом переходить ко второму.

– Случаи злостного хулиганства с нанесением тяжелых увечий должны рассматриваться в Уайт-Плейнс, - пробурчал Меткалф.

– Я хотел подчеркнуть, что больница "Фелпс Мемориал" расположена в Тарритауне, и происшедшее там не подпадает под юрисдикцию Оссининга.

– Однако я должен рассматривать все правонарушения обвиняемого, чтобы правильно определить сумму залога, - возразил судья.

– Я не хочу осложнять положение моего клиента в отношении залога, сказал Томасси.

– В больнице лишь разрезали резиновую трубку. При этом никто не пострадал. Мы готовы доказать, что разрезанная трубка не принесла никакого вреда.

– Ваша честь, - возмутился Меткалф, - Эдварду Джафету нанесены тяжелые увечья. Ему пришлось несколько дней провести в отделении реанимации.

– Подождите, - воскликнул Томасси и взглянул на судью Клиффорда. Мистер Меткалф, несомненно, понимает, что мы имеем дело с двумя правонарушениями. Первое, драка, закончилось тем, что один из участников оказался в больнице. Драка обычно классифицируется как мелкое хулиганство при отсутствии намерений нанести тяжелые увечья смертоносным орудием или опасным предметом.

– А нож?!
– воскликнул Меткалф.

– Нож имеет отношение только ко второму правонарушению, случившемуся в другом городе, и никто, я повторяю, никто при этом не пострадал.

– Ваша честь, обвиняемый проник в больницу с намерением убить...

– Мы опираемся не на намерения, мистер Меткалф, а на реальные факты.

– Фактически...

– Фактически мы еще не определили, кто именно проник в больницу.

– Ваша честь, медицинская сестра может опознать его.

– Кто, кто?

– Медицинская сестра, Алиса Гинслер. Томасси дважды повторил про себя это имя. И заговорил куда спокойнее, чем раньше.

– Ваша честь, мистер Меткалф может пригласить любого свидетеля, но, прежде чем мы окончательно запутаемся в намерениях человека, оказавшегося в больнице в тот вечер, не следует ли нам окончательно разобраться с дракой у школы?

– Мистер Меткалф, - заметил судья Клиффорд, - я думаю, что требование защиты вполне справедливо. Эти правонарушения надо рассматривать раздельно.

– Но, ваша честь, в оба преступления вовлечены одни и те же люди!

– То обстоятельство, что объектом нападения в обоих случаях стал один и тот же человек, является отдельным вопросом.
– Судья нахмурился, увидев, что мужчина во втором ряду что-то возбужденно шепчет сидящей рядом с ним женщине.

– Это безумие, - сказал Теренс Джафет своей жене.
– Все совершенно ясно.

Миссис Джафет, заметив взгляд судьи, дернула Теренса за рукав.

– Я надеялся сберечь время защиты и обвинения, но, похоже, нам это не удалось.
– Судья Клиффорд оглядел сидящих в зале и повернулся к клерку. Назначьте всем остальным время на вторник.

Послышался недовольный шум. Судья Клиффорд постучал по столу, и зал быстро опустел.

– Мы попытаемся определить тяжесть совершенного правонарушения, обратился судья к Меткалфу и Томасси.
– Если в результате предварительного слушания выяснится, что мы имеем дело со злостным хулиганством...

– В этом нет никакого сомнения, - воскликнул Меткалф.

– Да помолчите вы!

– проревел Томасси.

– Я полагаю, мистер Меткалф не собирался прерывать меня, - в голосе судьи Клиффорда отчетливо слышался холодок.

– Я думал, вы уже закончили, ваша честь.

– Хорошо, - заключил судья.
– Мистер Меткалф, вы должны представить мне доказательства того, что около школы совершено нападение, сопровождавшееся нанесением тяжелых увечий, а обвиняемый, указанный в вашей жалобе, действительно виновен в этом преступлении. Если вы убедите меня в этом, я направлю дело в Уайт-Плейнс, если нет, оно будет слушаться здесь как случай мелкого хулиганства. Я должен уяснить для себя тяжесть совершенного правонарушения и...

– Ваша честь хотели сказать, что вы должны убедиться, совершено ли правонарушение.

– Да, разумеется, мистер Томасси. Сначала мы определим, совершено ли оно, а затем, в соответствии с его тяжестью, решим, будет ли это дело слушаться здесь или будет передано большому жюри в Уайт-Плейнс. С этим все ясно?

– Я надеюсь, что нам не придется отвлекать большое жюри по такому пустяку. И уверен, что суд будет проведен в Оссининге.

– Вы не собираетесь оспаривать...

– Я лишь подчеркиваю, что не совершено никакого преступления, и достопочтенный прокурор не сможет ничего доказать.

– Мистер Меткалф, сколько у вас свидетелей?

– Пять.

Томасси быстро прикинул. Эд Джафет, его отец, девушка, медицинская сестра и... должно быть, один из дружков Урека, согласившийся пойти на сделку с прокурором.

– Могли бы вы собрать их к двум часам?

– Мне будет проще, если вы перенесете заседание на завтра, - ответил Меткалф.

– Свидетели живут в Оссининге?

– Да, ваша честь.

– Они работают?

– Только двое.

– Где?

– В больнице и в школе.

– Я уверен, что их отпустят с работы из уважения к суду. Приведите их к двум часам.
– Судья повернулся к Томасси.
– Мистер Томасси, я обратил внимание, что обвиняемый все время смотрит вниз. Он болен?

– По-моему, нет, ваша честь.

Урек исподтишка взглянул на Томасси, адвокат кивнул, и он первый раз поднял голову и огляделся.

16.

– Вы обещаете говорить правду, только правду и ничего, кроме правды? И да поможет вам Бог.

– Да.

Мистер Меткалф отложил Библию.

– Ваше имя и занятие?
– спросил он.

– Теренс Джафет. Я преподаю в школе.

– Что именно?

– Биологию.

– Вы истец в этом процессе?

– Да. Я подписал жалобу.

– Сколько лет вы преподаете в школе?

– Четырнадцать.

– Вы хорошо знакомы со школой? Томасси вскочил на ноги.

– Джентльмены, - вмешался судья Клиффорд, предупреждая протест адвоката.
– Это не суд. Мы никогда не закончим, если будем оспаривать правомерность тех или иных вопросов. Мы лишь хотим узнать от свидетелей истинную картину происшедшего, чтобы решить, в зависимости от тяжести совершенного правонарушения, передавать ли дело в Уайт-Плейнс или разбирать его здесь.