Г 2

Капитан – кажется, его звали Гилон – положил руку на амулет-ключ, и я выдохнул, расслабляясь. Однако, вместо сигнала о подтверждении приказа, пришла команда на снятие защиты и купол рунного круга мигнул, готовясь опуститься по команде старшего. Я тут же провалился в транс и влил ману в сигнал тревоги. Канал подпитки защиты моего поста наполнился энергией во всю ширину, заставляя сиять видимым светом его купол. Ни о какой попытке внешнего снятия уже не могло быть и речи: все, а не только нашего поста, проходы в крепость перекрыты заклинаниями, любое гашение их как с места, так и ключами доступа старшего караула – невозможно. В самой крепости загремела тревога, слышимая даже здесь.

– Идиот, – простонал капитан.

Я промолчал, пытаясь уследить за всеми вокруг – за бледной как молоко женщиной, за восторженным ребёнком, за галдящей толпой в отдалении, за вопящим старшим и ошарашенными бойцами моего и дежурного нарядов. Держал руки на рунах атакующих плетений и заодно пытался понять глубину того, куда мы все дружно ухнули. Прибытие старшего офицера я принял с облегчением, еще плохо осознавая, что все только начинается.

С каждой минутой, с каждым новым кабинетом я всё отчётливее понимал, что если это и не пропасть, то очень, очень-очень близко к ней. Выше этого кабинета в Пеленоре только покои Повелителя.

– Забавно.

Голос пробирал морозом вдоль позвоночника.

Пусть ещё скажет, что это смешно. Больше всего мне хотелось ругаться, поминая тёмных. От жрецов, до демиургов, чтобы им всем икалось.

Но приходилось тянуться, держать спокойное лицо и отвечать на вопросы. Происходящее напомнило мне первые дни после забега по ущелью к Ретрошену и въедливую дотошность безопасника. Здесь особенно старался капитан Ребен, зам нашей роты. Казалось бы, он должен стоять за меня горой, добиваясь объективности, а выходило ровно наоборот. Уже все всё для себя уяснили и оставили меня в покое, а он всё продолжал выдумывать заковыристые вопросы и в десятый раз проверять, что и как я говорил во время происшествия и как понимаю пункты устава. Лишь этот спокойный голос заставил его замолчать, как и утихнуть гомон остальных офицеров крепости. Легат крепости и всей провинции сказал своё слово.

– Разгильдяйство отдельных офицеров ужасает.

Что интересно, никто из вытянувшихся офицеров не решился что-то вставить в повисшую тишину. Пожилой подтянутый мужчина, затянутый в чёрный мундир без единой награды, не спеша оглядел находящихся в кабинете. Ощутив на себе тяжесть его холодного взгляда, я забыл про все свои ругательства.

– Сроку два дня на приведение нарядов к уставным. Особое внимание уделить караулам. Затем последует ряд проверок, гласных и негласных, и учебных тревог. Начальникам служб и командирам частей – личные ежедневные проверки суточных нарядов. Для согласования действий и сроков провести через три часа совещание. Полковник, меры воздействия для участников сегодняшнего происшествия на вас. Все свободны.

Я вживую общался с легендой страны, Повелителем Рагнидисом, даже задал ему однажды вопрос, но сейчас за дверью оказался раньше, чем разумом понял смысл слов легата. Впрочем, судя по бледному лицу Гилона, такой эффект голос оказал не только на меня.

Наткнувшись на взгляд своего командира роты, я понял одну простую вещь: день будет долгим. И даже не ошибся.

На следующее утро, на тренировку к мастеру Версусу я шёл с неохотой. Вчерашнее происшествие вытянуло из меня все силы. Вернее, та нервотрёпка, что продолжалась весь день. А ведь в итоге я получил благодарность за образцовое несение службы. В отличие от капитана, который схватил строгий выговор и лишение на три месяца всех дополнительных выплат. Но всё равно, даже после ночи отдыха, ощущаю себя как давленый виноград.

Внезапно за спиной раздался довольный возглас:

– Ага!

Я с раздражением рванул ремень наплечника:

– Что?

Вот они, появились те, кто и сегодня будет портить мне настроение – напарники по тренировке. Ещё и этот странный тон при виде меня. Сегодня я буду рад поставить на место ещё кого-нибудь. Если сумею. Всё же одна из трёх схваток в мою пользу уже прошла, их черёд побеждать, если сражаться по-честному, без транса. Ну или представиться по форме и закончить, наконец, эту глупость.

– Аор, – вперёд шагнул Драгор. – Извини за слова, что наговорил тебе в прошлый раз. Был неправ. Очень виноват перед тобой и прошу у тебя прощения.

Я ответил не сразу, внимательно оглядывая парней. Привычка крепко вбита в них мастером. Даже сейчас они стоят так, что в любой момент могут сбить плотный строй: старший впереди на шаг, остальные позади, плечом к плечу, оставляя для него место.

– Что случилось?

Парни дружно хмыкнули, переглянулись:

– Ты сейчас серьёзно? Поднял на уши всю крепость и спрашиваешь, что случилось?

Выместил досаду на кольчуге, сильным рывком одёрнув её на себе.

– И? Я только намеревался увести ваших девушек, а капитан Гилон это уже сделал? Поэтому я теперь свой парень?

– Да нет, – Драгор улыбнулся. – Но шутка неплохая, особенно если рассказать его жене. Она оценит.

– Запомню, вдруг ещё раз пересечёмся в наряде, – я кивнул с серьёзным видом. – Так в чём причина этих улыбок? Прошлый раз мы расстались совсем недружелюбно.

– Неудобно получилось, – Драгор скривился раз, другой, но всё же продолжил, явно пересиливая себя. – Ну ты и сам понял – спутал я тебя с бездельником, что вроде и мечом машет неплохо, а задницу за бумажками просиживает. А ты, вообще, боевой маг оказался.

Я хмыкнул.

– Вроде прошлый раз считался трусом. Сильно вырос за три дня.

Парень даже чуть покраснел.

– В общем, прости нас. Прав ты, молодые и дурные. Учитель вечно ругает. Если тебя порадует, то ему понравилось, как ты нас проучил.

Строй позади Драгора согласно загомонил, дружно поддерживая его слова.

– А вообще, – он повысил голос, чтобы я его услышал. – Не скрытничал бы и не случилось этого недоразумения. Сразу сказал бы нам, что маг и меч для себя осваиваешь, мы б, наоборот, тебя поддержали и помогли.

– Так вы и не спрашивали, – я не удержался от мелочной подколки. – Сами все решили месяц назад, ты мне высказал всё что напридумывал и сбежал раньше, чем я хоть слово успел сказать.

Драгор снова покраснел и развёл руками.

– Ладно, – на душе посветлело. Было даже забавно, что этакая глупость и родилась, и уладилась сама собой. – Вздевайте брони, разомнёмся? Теперь уже по-дружески?

– Не, Аор, – парень развёл руками. – Мы всё. Вчера последнее занятие прошло. Зашли только попрощаться с мастером за всю науку. Ну и с тобой вопрос уладить, чтоб с чистой совестью ехать поступать.

Интересно, что сегодня было бы, не узнай парни, что я офицер? Всё же я многих ввёл в заблуждение временем своего приезда в крепость. Ни перевод, ни выпуск армейских училищ или академий магии, зато на два месяца раньше на службе. Но это пустые раздумья, хватило бы пары слов, чтобы всё разрешить. Кивнул парням, отдельно мнущемуся Ларигу.

– Ясно. Жаль больше не с кем будет в поединках сойтись.

Драгор вскинул брови.

– Чего это? Есть ещё две младшие группы. Старшаки теперь отделятся и вместо нас в это время будут заниматься. Уже через неделю. Мы из-за чего бучу и подняли-то, что ты, этакая бумажная бестолочь, будешь у них вместо старшего.