Гаситель

— Стойте. А как же Гарат?

Белка пожала плечами.

— Примет другого. Итак, я запускаю обратное переме…

— Нет!

Айнар вскочил. Получилось совершенно не эффектно: он застрял в детской школьной парте, пришлось толкнуть ее, она повисла, как злобная шавка на штанине.

— Я остаюсь здесь. Никуда не пойду.

Белка показала три ряда зубов. Три. Словно у акулы.

— Вы всего лишь наемный сотрудник. Вы ничего не решаете. Заткнитесь, Иванов. Обратный отсчет: семь, шесть, пять, четыре, три, два, один…

Айнар приложил руку к неподвижной груди. Под ней екнуло: ожило и заколотилось сердце, а потом пальцы стали горячими, по ним текла раскаленная сталь. Этот сгусток новорожденной звезды он швырнул в беличью морду.

Нейтронная бомба разорвала все на атомы, разорвала межатомарные связи.

В «ничто» повисла губка.

В ничто он сказал:

— Я Айнар Венегас.

И очнулся.

Иванка нашла его на крыльце. Он уже успел выточить из найденной деревяшки плохонькую, но куклу. У игрушки даже почти двигались руки и ноги.

Иванка села рядом и положила голову на плечо.

— Возьмешь меня с собой? — сказала она.

— Ты уже спрашивала.

— Ну я еще разок. На всякий случай. Красивая штука, научишь?

— Научу. Говорил же, буду игрушечных дел мастером. А что? Хорошее ремесло.

— Отличное.

Айнар обнял ее, а она его. Можно было поцеловать прямо сейчас, но до рассвета еще оставалось время.