Газака

– Барышня, позвольте вам помочь.

Старушка, во рту которой не было ни одного зуба, расхохотавшись, начала смеяться:

– Барышня, ха-ха-ха, барышня, ха-ха-ха!

У продолжавшей смеяться женщины вдруг изменилось лицо. Несколько раз ударив Вазара плетью, она вырвала повод из его руки и со злостью сказала :

– Насмехайся над собой, дурак! Какая я тебе барышня? Я всю жизнь была обыкновенной служанкой и никто меня так не называл. Понял?

Хотя в глазах повидавшей виды старушки и мелькнуло сомненение, не является ли они существами из какого-то недоброго мира, она не подала виду. А Вазар не собирался оставлять ее в покое. Как пиявка вцепившись в уздцы и не думая отказываться от такого обращения, он отпустил их и сказал :

– Барышня, ну зачем вы так гневаетесь? Помочь такой прекрасной особе наш долг.

Она еще несколько раз хлестнула его плетью и швырнув в него повод, сказала:

– Хорошо, на. Веди осла и пошли. Поможете мне разгрузить дрова. Но с самого начала предупреждаю, что за это вы от меня ничего не получите.

– А нам ничего и не надо. Мы просто хотели вам помочь.

– Ну и наглый же ты парень, – сказала старушка. Вглядевшись в них, она заметила: – До чего же вы бледные, как будто света дневного не видели.

Помявшись, он добавила:

– Ладно, идите за мной. Только поменьше болтайте.

Сказав это, волоча ноги, она прошла немного вперед и зашагала по дороге.

Скоро они пришли в одну лесную деревушку, где она жила. Ее избушка с двором, покосившийся плетень которого был сооружен из чего попало, стояла на окраине села. Когда они сюда подходили, Вазар, держа за повод, тащил осла за собой, а Сахлаб толкал арбу сзади. Введя осла во двор, Вазар тихо показал товарищу на ее дом:

– Погляди на эту развалюху. А на ней самой такие лохмотья, что можно испугаться. Вряд здесь найдется, чем нам разживиться.

Старушка с подозрением взглянув на них, спросила:

– Чего вы там шепчетесь? А ну давайте разгружайте дрова и пошли отсюда!

Хотя эта ее грубость и задела Вазара и Сахлаба, они скрепив сердце, промолчали, потому что не теряли надежду, что она чем-нибудь их угостит.

Схватив за повод, она подвела осла к своей полусгнившей деревянной избушке и указала на место возле крыльца:

– Вот, соберете их здесь.

Сказав это, она поплелась в дом.

Выгрузив хворост из арбы, они начали укладывать его на небольшой штабель таких же дров, лежавших у крыльца.

Вдруг Вазар услышал, что за кучей дров кудахтают курицы. Отбросив охапку хвороста, которую собирался положить сверху остальных дров, он на миг призадумался и переглянулся с Сахлабом. Словно прочитав его мысли, тот подмигнул ему и с нарочитой серьезностью спросил:

– Что это ты задумал, Вазар? Ай-ай-ай!

Вазар, не ответив, оглянулся по сторонам. Вдруг он заметил, что на заборе висит на палке какая-то старая полотняная сума.

Он тихо сказал товарищу:

– Видишь тот мешок? Беги скорей и принеси его сюда. Смотри, как бы тебя не заметила старушка.

– А зачем он тебе понадобился?

– Не твое дело, скорей неси его сюда.

Сахлаб пригнулся и, поглядывая на оконце и дверь избушки, побежал туда. Схватив мешок, он снова, пригибаясь, перебежал двор и протянул его Вазару. Отряхнув с него пыль, Вазар с интересом заглянул внутрь мешка. Обнаружив, что он пустой, Вазар прошептал товарищу:

– Сахлаб , встань у входа во двор, не дай им убежать.

Но куриц он нашел в сарае. Через пару минут он их переловил и вернулся на прежнее место. Затем, связав им ноги веревками, которыми были перевязаны вязанки хвороста, бесшумно положил в мешок.

Тут послышался скрип деревянной двери избушки и раздался дребезжащий голос хозяйки:

– Что тут за шум?… Почему так громко кудахтали курицы?

Вазар невозмутимо держа в руказ вязанку, ответил :

– Да так, пустое . Наверно завидели чужих, вот и переполошились.

Старушку было не узнать. Даже в полумраке можно было видеть, что она прихорошилась и переоделась. Хотя надетое на нее платье и выглядело поношенным, было ясно, что она наряжалось в него по праздникам и по особым случаям, и было ее единственной выходной одеждой. Возможно, что это было связано с тем, что после того, как она сначала рассердившись на то, что они назвали ее барышней, а потом в ней пробудились воспоминания молодости.

Опасаясь, что старушка может начать искать своих куриц и, не найдя их, поднимет крик, Вазар решил побыстрей сменить тему. Он сказал:

– Очень хочется пить. Не могли бы вы нам дать воды, барышня?

– А больше вы ничего не хотите? – с недовольством спросила она. – И вообще, что это вы делаете в лесу в такое время? Кто вы такие?

Вазар и Сахлаб прикусили языки. Эта старушка оказалась не такой простой, как они думали сначала. Если она расскажет сельчанам о каких-то неизвестных, разгуливавших ночью по лесу, то это рано или поздно дойдет куда надо…

– Мы просто заблудились, – нашелся с ответом Вазар и бросил на нее изучающий взгляд. – С утра отправились собирать грибы, вот и. .

Старушка усмехнулась и, спустившись по шатким ступенькам крыльца, направилась к находящемуся у входа во двор колодцу. Увидев это, Вазар осторожно двинулся за ней. Достав ведро, прикрепленное железной цепью к его краю, она спустила его вниз и вскоре завертев коловоротом, стала медленно вытягивать его вверх. Все это время Вазар, не издавая ни звука, стоял сзади. Когда она нагнулась, чтобы вытянуть полное ведро, он нагнулся и, ухватив ее за ноги, сбросил вниз головой в колодец. Она тихо закричав, сразу же замолчала. Из колодца послышался громкий шлепок о воду.

Забросив на плечо мешок с украденными курицами Вазар подозвал к себе изумленного Сахлаба и сказал:

– Бежим, пока не рассвело!

Они стрелой побежали в сторону леса и скрылись в чаще.

Через некоторое время, задыхаясь от быстрого бега, они остановились.

Вазар, развязав в мешок, всмотрелся внутрь. А Сахлаб , прислушавшись к тихому кудахтанью куриц, сказал :

– Очень есть хочется. Вазар, а может зарезать одну и поджарить?

– И как ты будешь ее ощипывать? – с усмешкой спросил Вазар. – Умерь свой аппетит, Сахлаб, мы и так потеряли много времени. Надо побыстрей уносить отсюда ноги. Кто знает, а может она выжила? Такие старушки очень живучие . Ее начнут искать и рано или поздно найдут и вытащат из колодца. Она опишет наши приметы и рано или поздно нас поймают.

Сахлаб взмолился:

– Вазар, пойми, я помираю с голоду! Я как-нибудь ощипаю эту курицу!

– Успокойся. Я и сам голоден. Давай идти, а там что-нибудь придумаем, – сказал он и завязав мешок, встал. – Идем, хватит ныть.

Когда они шли дальше, Сахлаб спросил его:

– Вазар, а зачем ты столкнул ее в колодец? Может, после того, как мы разгрузили бы ее дрова, она дала бы нам поесть. А ты даже не дал мне попить воды.

– Вряд ли, – ответил Вазар. – Честно говоря, дело в том, что она начала задавать мне лишние вопросы, вот я и… Сахлаб , не забывай, куда и зачем мы идем.