Газака

Но Игласион обошел девушек и загородил им дорогу. Обратившись к Мехриджан, он сказал:

– За что такая немилость, Ваше Высочество? Чем я вам не угодил? А как вам понравилось изумрудное кольцо, бриллиантовое ожерелье, золотой браслет и серьги с алмазами, которые я для вас передал Ее Величеству?

Мехриджан показала ему в сторону озера и ответила:

– Я их выбросила вон туда.

Такого унижения Игласион давно не испытывал. Но, пытаясь сохранить свое лицо, он сказал:

– Ничего, Ваше Высочество, Но вы еще увидите, кто будет скакать во главе рыцарского войска, когда мы победим Надовара и будем возвращаться во дворец. Сказав это, он побежал на построение…

Надовар, убедившись, что его чудо не сработало, злобно посмотрел на албанских рыцарей. Затем он резко развернулся и скрылся в пещере.

Рыцари начали ждать приказа Албанера атаковать оплот Надовара.

В это время Харун вместе с частью своих людей находился прямо над пещерой. Другую же часть своего отряда он послал к ее выходному отверстию, куда они добрались через гребень горы. Уже сколько времени они старались увидеть, что происходит перед входом в пещеру, но большой осколок скалы, выступавший над ним, не давал им этой возможности. Поэтому Харун, недолго думая, решил отправиться вместе с ними прямо туда.

После того как Надовар скрылся в пещере, Нерсун пошел вслед за ним. А через минуту он вернулся, держа в руках какую-то шкатулку золотистого цвета, и встал в строй магов.

Когда Албанер поднял руку, собираясь отдать приказ штурмовать пещеру Надовара, Нерсун медленно открыл свою шкатулку. Внезапно оттуда с жужжанием вылетела пчела, точнее, крупная оса того же золотистого цвета и тут же направилась в сторону войска Албанера. Чем ближе она к ним приближалась, тем больше становились ее размеры. Казалось, что ее надували, как воздушный овальный шар. Увеличившись до гигантских размеров, она бросилась в сторону рыцарей. Албанер вглядевшись в это странное чудовище, не раздумывая, отдал им приказ отступить в лес, росший поблизости. Впереди скакал Албанер, а за ним его рыцари. Поскольку лошадь Игласиона уже представляла собой карлика, он оказался пешим. Совершенно потеряв голову, он помчался вслед за отступающим войском и успел запрыгнуть на лошадь рыцаря, скакавшего последним. Но оса уже догоняла их. Хотя ее огромное жало было остро, как меч, она не стала кусать Игласиона – первого, кто попался ей на глаза. Она выхватила его с лошади мощными лапками, вышедшими из ее тела, и поднялась в воздух. Игласион, задергавшись в ее лапках, закричал:

– Эгей!.. На помощь! Албанер, спаси меня!

От страха он стал терять сознание. Видно было, что оса, полетевшая в сторону горы, собиралась либо передать его в руки Надовара, либо приземлиться на вершине горы и съесть его. Харун и его люди, которые все это время наблюдали за происходящим, привели свои луки в готовность. А оса уже взмыла вверх и была недалеко от горной вершины, близко к наблюдательному пункту Харуна.

Едва оса приблизилась к вершине, Харун отдал приказ стрелять. Стрелы рыцарей, пущенные почти в упор, ударяясь о разные части тела чудовищного насекомого, отскакивали назад, и так и не вонзившись в него. Казалось, что вся его поверхность была покрыта непробиваемой броней. Не выпуская Игласиона из своих гигантских лапок, она понеслась в сторону валуна, за которыми прятались и Харун и его люди. По тому, что в этот момент она выпустила из своей головной части страшное мечеобразное жало, можно было догадаться, что она намеревалась наказать стрелявших в нее рыцарей. С таким оружием она могла без труда разрубить их на куски. В это время Харун вскочил на валун и, изловчившись, нанес своим мечом сильный удар по ее жалу. Оса пришла в еще большую ярость; быстро двигая жалом в разные стороны и кружась на рыцарем, она стала угрожающе размахивать им, подступая к нему с разных сторон. Одно неверное движение, и Харун был разрублен на части.

После того, как Албанер вместе со своими рыцарями скрылся в лесу, Нерсун решил наслать на них новые силы. Заметив, что первая оса, пущенная им в дорогу, с добычей вернулась на гору и исчезла с глаз, он снова открыл свою шкатулку и выпустил оттуда одну за другой еще две осы. И эти насекомые, как предыдущая, разбухли и, достигнув гигантских размеров, полетели в сторону этого леса. Между тем, первая из них продолжала биться на вершине горы с Харуном.

Новые осы, полетевшие в сторону леса, сделав несколько кругов над местом, где скрылись Албанер и его рыцари, подлетели к росшим здесь деревьям. Выпустив свои длинные, широкие и острые, как бритва, жала, они бросились в атаку на всадников. Спасаясь от них, рыцари погнали своих лошадей в чащу, где росли деревья с более толстыми ветвями, и где они могли укрыться. Но испугавшиеся лошади уносили своих седоков и оттуда. Как рыцари ни рвали на себя узду, не кричали, пытаясь остановить обезумевших животных, все было тщетно. Со всех сторон раздавалось ржание и храп лошадей, и слышались человеческие крики. Пытаясь мобилизовать парализованную волю своих подчиненных , Албанер кричал:

– Не выходите из-под деревьев! На открытых местах будет хуже! Берегите себя!

Однако осы выбрали новую тактику. Теперь, чтобы пробраться к своим жертвам, они начали наотмашь бить своими жалами по самым большим ветвям росших здесь деревьев. От этих ударов толстые дубовые ветви ломались, как щепки и, падая на всадников и лошадей, причиняли им тяжелые увечья и даже насмерть раздавливали своей тяжестью.

Одна из лошадей понесла своего хозяина в самую глухую чащу. Как он ни дергал ее за узду, взбесившаяся лошадь уже ему не подчинялась и во весь опор неслась все дальше. Одна из ос, летя над деревьями, начала их преследовать. Когда эта лошадь выбежала на поляну в самой чаще леса, она снизилась и ударив жалом по плечу рыцаря, напополам разрубила и его, и коня.

Уже сколько времени самая большая из них пыталась напасть на Албанера и убить его вместе с лошадью. Когда он укрылся под одним развесистым дубом, оса начала наносить своим жалом-мечом рубящие удары по его кроне. В это время Албанер, уже спешившись со своей лошади, бегал в разные стороны, пытаясь вместе с ней уберечься и от падающих вниз ветвей, и приближающегося смертоносного жала осы.

В это время она вонзила свой "меч" в место, где разветвлялись две толстые ветви. Тут Албанер с огромной радостью увидел, что ее жало застряло в появившемся разломе. Как отчаянно она ни махала крыльями, ни дергалась, стараясь вытащить его из этой западни, ей это не удавалось.

Это был шанс, и Албанер не упустил его. Он запрыгнул сначала на спину своей лошади, а оттуда перепрыгнул на нижнюю ветвь дуба. Затем, последовательно перебираясь с одной ветки на другую, он забрался на самую верхушку. Когда его голова оказалась на высоте несколько ниже роста осы, вконец разозлившийся Албанер начал с ненавистью плашмя бить мечом по ее голове, крича:

– На, мерзкая тварь! На!

В это время к дереву, на котором находился Албанер, стали приближались еще две ее "соратницы". Увидев их, Албанер прыгнул с сука, на котором стоял, и ухватился руками за край крыла этой осы. Изо всех сил подтянувшись вверх, он положил на него свою правую ногу, а затем приподнявшись над крылом осы, запрыгнул оттуда на ее переднюю перепонку.

Одна из подлетевших сюда ос, увидев, что Албанер сидит на ее соплеменнице с заклинившим жалом, бросилась в атаку. Кружась вокруг них, она все пыталась вонзить в Албанера свое жало, а он, по возможности, уклонялся от нее в сторону. Во время очередного приступа она поднялась чуть повыше прежней высоты и снова ринулась на Албанера. Когда Албанер отшатнулся от ее жала назад, его нога зацепилась за перепонку осы с застрявшим жалом. Соскользнув по крылу вниз, он чуть не упал вниз. Но, успев ухватиться за ближайшую ветку, он, хотя и с трудом, дотянулся до того самого крыла и снова залез на перепонку осы.

Но та новая крылатая хищница не собиралась отставать от Албанера. Теперь она бросилась на него сверху. Когда Албанер перепрыгнул с крыла этой осы на ее перепонку, позади себя он ощутил сильный удар. Обернувшись, он увидел, что теперь жало и этой осы оказалось в плену. Это произошло во время ее последней атаки на Албанера. Промахнувшись, она проткнула жалом броню своей соратницы, и оно там застряло.

Чтобы перевести дыхание, Албанер присел на перепонке окаменевшей на месте осы, и стал оглядываться, ища среди деревьев своих рыцарей. Когда он уже собирался с нее слезать, к нему подлетела третья гостья. Застыв на месте, она с ненавистью посмотрела ему в глаза.

В это время под деревом заржала и переступила ногами его лошадь.

Оса тут же переключила свое внимание на это ржание. Она приняла боевую позу и, увидев внизу лошадиную голову, собралась сквозь ветви слететь вниз. Албанер не упустил момента и быстро вспрыгнул на ее спинную перепонку. Тут оса, делая резкие виражи, взмыла вверх, пытаясь сбросить с себя Албанера. Как не было невыносимо трудно удержаться на поверхности этого ужасного насекомого, которое, совершая беспорядочные движения, полетело куда-то с большой скоростью, но Албанер нашел выход. Он присел и ухватился обеими руками за переднюю часть ее тела. После этого он подтянулся еще немного вперед. Когда он посмотрел вперед, то обнаружил, что оса летит обратно, в сторону пещеры. Через считанные мгновения она уже приближалась к ее входу, где все еще стояли Надовар и остальные маги.