Гекатомба

– Алька, а знаешь, кто главные герои во всей этой истории? Три ведьмы. Ты, Машка и моя Аглая. Только вот последней я обязательно надеру задницу за то, что она навела на Машку эту дурацкую кому.

– Она хотела сама разобраться. Ведь он все-таки был ее брат. Ты должен понять. Кстати, а как ты докопался?

– Все началось с письма, которое мне дал Пацюк. Да и насчет Аглаи у меня уже были подозрения... Ну, а потом, как говорится, дело техники. Не в первый раз землю роем.

– Землеройка ты моя, - усмехнулась Альбина.
– Слава Богу, что все закончилось! Поехали в больницу, проведаем остальных двух ведьм.

– А вот здесь ты не права, - не согласился он.

– Остался должок.

– Юра и Валера?

– Да. И за мной, как говорится, не заржавеет. Но это впереди. А сейчас, ты права, поехали к Машке и Аглашке...

Эпилог. Пять лет спустя в Примрске

– Ой, Аглая, пирог горит!
– заполошно закричала Клавочка, подхватываясь со стула.

За ней вскочили Аглая и Ирина.

– Ну, бабье! Пошла жара...
– усмехнулся Борис и, весело подмигнув сидящим за столом Сергею и Димке, кивком указал на бутылку водки.
– По маленькой? Пока наших нет, а?

Мужчины дружно без лишних слов его поддержали.

– А остальные-то где?
– обратился отец к сыну.

– Обещали подойти, - откликнулся тот.
– Альбина с Машкой какой-то подарок хитрый мастерят. Остальные тоже скоро будут.

– Народу, мать сказала, назвали - не протолкнешься. Стариков-то Звонаревских не забыли? Таньку Рожкову?

– Папа, - даже обиделся Димка, - да все будут, не переживай!

– А где сама именинница?
– вдруг забеспокоился Сергей.
– Не учудила бы чего. Мужчины понимающе и с тревогой переглянулись.

– Главное, что она со двора никуда не денется, - убежденно заверил всех Димка.
– Но вчера...
– Он осуждающе покачал головой: - Такое нагородила!

– Что?
– нахмурился Сергей.

– Зашли к ней с Аглаей - спокойной ночи пожелать, а она и выдала нам: мол, хочу вас заранее предупредить, среди моих гостей будут еще трое. Ну, мы, естественно, киваем: какой базар? Мы же, ясное дело, для твоих друзей в саду отдельный стол накрываем. Кого хочешь приглашай - пои, корми, развлекай, - твой же, как никак, день рождения!
– Дмитрий вновь с досадой покачал головой, почесал нос и после паузы закончил: - Она сказала, что к ней... дядя Юра, дядя Валера и Мавр придут.

За столом повисла напряженная тишина.

– Да-а, дела-а, - через время ошеломленно протянул Сергей.
– Не одно, так другое. Только-только стали привыкать, что у Аглаи паранормальные штучки кончились и, наконец-то, спецслужбы ее в покое оставили. И вот здрасьте вам!

– Ирина с Клавдией знают?
– спросил Борис.

– Решили пока не говорить, - ответил Димка.
– Посмотрим, как дальше.

– Може, оно перерастет, - осторожно, но без особой надежды, заметил Борис.
– Вон Аглаюшка, тоже до скольких лет че вытворяла, а не видела. А после родов - слава, Тебе, Господи!
– он истово перекрестился, - видеть начала. Вот и не верь в чудо после этого, - веско закончил он.

– Да, роды у нее были, не дай Бог, - посетовал Сергей.
– Думали, не вытянем живыми: ни ее, ни Анну.

– Еще бы!
– фыркнул Димка.
– Ни много, ни мало - пять кмлограммов и рост - почти шестьдесят.

– А сейчас и не скажешь, - Борис ловко разлил еще по рюмочке.
– Ну, давайте, мужики, выпьем за нашу Анну. Чтоб, значит, она, как это говорят, от мира сего была - зрячая, слухачая, ходячая, пригожая да ладненькая.

Они подняли рюмки, дружно чокнулись и, крякнув, с удовольствием выпили.

– Эх, почти лето на дворе, - мечтательно откунулся на спинку стула Сергей.
– Ну, сват, когда на рыбалку?
– обратился он к Борису.

– Да как моргнешь - так сразу. Охота от баб вырваться. Запилила меня Клавка, если честно.
– Он повренулся к сыну: - Хоть бы ты ее приструнил.

– Ага, шас!
– поспешил откреститься Димка.
– Я еще пожить хочу. Клавочку, между прочим, только трое пронять могут: Нюрка, Амур и Варяг.

– Эт точно!
– засмеялись одновременно Борис и Сергей.

– А как Кассандра?
– поинтересовался Сергей.

По лицу Дмитрия мелькнула мгновенная гримаса печали, но он тут же взял себя в руки и, проглотив ком в горле, тихо проговорил:

– Так и не дается в руки. Что мы только с Аглаей ни делали! После смерти Мавра думали, она тоже не выживет. А потом, когда у нее родился Варяг, принесли от Мавра Амура и Нюрка родилась - немного оттаяла. Но... по-моему, она так и не простила нас. Хотя с Нюркой - неразлейвода! Любят друг дружку до безумия. Вот уж неразлучная четверка - наша Нюрка, Кассандра, Варяг и Амур.

– А что?
– заметил с гордостью Борис.
– Очень даже легендарная четверка! Только, Дмитрий, что это вы с Аглаей ее все Нюрка да Нюрка зовете? Анна, оно как-то позвучнее.

– Да ладно, - отмахнулся Дмитрий.
– Ей самой нравится.

В разгар их беседы приехали гости. Во дворе и в доме сразу стало шумно и тесно. Пришли малолетние друзья именинницы. Все расселись за накрытыми в саду столами. Зазвучали тосты в честь пятилетия Анны Осеневой, маленькой девчушки, с озорно горящими синими глазами Дмитрия и огненно-рыжими волосами Аглаи. Потчевали гостей, чествовали родителей, - одним словом, шумное приморское застолье достигло своего апогея. И в этот момент никто не заметил, как из-за детского стола незаметно исчезла виновница торжества.

... Она осторожно прикрыла дверь в дом и на цыпочках прошла к себе в комнату. Остановившись посередине, чутко прислушалась и затаила дыхание. Потом крепко зажмурилась и внезапно счастливо засмеялась, захлопав в ладоши.

– Я жнала, жнала, что вы обяжательно будете! Пойдемте шкорее в шад, у меня штолько гоштей шегодня.

Она открыла глаза, которые постепенно стали приобретать матовый, фосфорицирующий окрас, прожигая насквозь пространство комнаты. И она увидела их... Похожие на призраки, бестелесные и прозрачные, светящиеся изнутри чистым, бледно-голубым сиянием, они окружили ее, глядя с любовью и нежностью - Валера Гладков, Юра Звонарев и Мавр...

АННА: Я ждала ваш целый год. Я так ваш ждала!

ЮРА: Ты выросла...

Валера: ... стала совсем взрослой барышней...

МАВР: ... и очень-очень красивой.

АННА: Какая же я крашивая, Мавр?! У меня перед шамым днем рождения выпали шражу два передних жуба.

ВАЛЕРА: Ты красивая изнутри.

АННА: Но это потому, што каждый год вы приходили и што-то мне дарили. И ешо берегли меня...

ЮРА: Ты такакя чудная! Прямо не верится, что прошло целых пять лет!

АННА: А ваш тут вше наши помнят и чашто вшпоминают. Тошкуют... А жа могилками ишправно шмотрят.