Геноцид

Корзину с рыбой Раф поставил рядом с лежаком так, чтобы сразу в глаза бросалась. Упаннишшур поинтересуется у человека без имени, чей плот причалил к острову, и сразу поймет, кто оставил подарок. Поискав, что бы взять и взамен оставленной корзинки, Раф ничего стоящего не нашел и махнул на это дело рукой.

Не торопясь, то и дело улыбаясь, здороваясь или просто кивая знакомым, Раф шел в сторону плота Отциваннура. Знакомых у него на Квадратном острове было много, но, кроме Отци, не было среди них никого, к кому хотелось бы заглянуть, чтобы выпить хмеля или просто так поболтать.

Еще издали Раф приметил, что Отци и Виираппан сидят на корточках на краю плота, как будто что-то высматривают в воде, а в руках у Отциваннура кривая палка. Ага, тут же смекнул Раф, видно, Отци придумал новую штуковину и теперь демонстрирует ее гостю. Боясь пропустить что-то интересное, Раф прибавил шаг.

Раф еще не успел поздороваться с Отциваннуром, а Виираппан уже дергал его за край жилета, требуя к себе внимания.

– Смотри! Смотри, какую изумительную вещь придумал Отци!

Раф получил в руки согнутую дугой скобу из упругого пластика, к обеим конца которой была привязана тонкая нить. Дернув нить пальцем, Раф озадаченно цокнул языком, – нет, это была совсем не нитка.

– Это струна из обработанных особым способом рыбьих пузырей, – ответил Отци на вопрос, который Раф только еще собирался задать. – Сначала я взял несколько струн и сделал из них звучалку.

– Что сделал? – переспросил Раф.

Отциваннур протянул руку и дернул натянутую струну. Струна издала низкий, вибрирующий звук.

– Звук получается разным, если менять длину струны и силу ее натяжения, – объяснил Отциваннур.

– Звук также зависит от толщины струны, – авторитетно заявил Виираппан.

– Не знаю, – качнул головой Отциваннур. – Я это не проверял.

– Это же очевидно! – всплеснул руками Виираппан.

– Мне это не пришло в голову, – признался Отциваннур. – Тем не менее, мне удалось добиться слаженного звучания пяти струн, издающих разные звуки.

– Это называется гармонией, – снова вставил ценное замечание Виираппан. – А полная гармония звуков называется музыкой.

Виираппан быстро глянул на Рафа, желая убедиться, что тот не против использования открытых им терминов.

Раф еще раз дернул струну и наклонил голову, прислушиваясь к звуку.

– Это не похоже на музыку, – он покачал головой. – Сходство, конечно, есть, но очень отдаленное.

– Так потому, что это уже не звучалка, – хитро улыбнулся Отциваннур. – Звучалка не понравилась никому, кроме детей, и меня настоятельно попросили больше не играть с ней. Я стал думать, как иначе можно использовать струны, и в конце концов придумал вот такую штуку. – Отциваннур забрал у Рафа скобу, чуть приподнял ее и дернул натянутую струну. Струна пронзительно взвизгнула. – Только я пока не знаю, как это называется.

– Тогда объясни, как этим пользоваться, – попросил Раф.

– Это самое интересное! – едва не запрыгал на месте Виираппан. – Я в жизни не видел ничего подобного!

– Ты хочешь сказать, в жизни на Мелководье? – уточнил Раф.

– Да, – быстро кивнул старик. – Именно так.

– Этой штукой можно ловить рыбу, – сказал Отциваннур.

Стараясь понять, каким образом с помощью пластиковой скобы и привязанной к ней струны можно ловить рыбу, Раф озадаченно сдвинул брови к переносице. Определенно, ему ничего не приходило в голову.

– Смотри.

Отциваннур взял лежавшую неподалеку тростинку, тонкую и прямую, положил один ее конец на скобу, другой же, защемив пальцами, прижал к струне. Потянув струну вместе с концом тростинки, Отциваннур заставил скобу изогнуться еще сильнее. Направив конец тростинки вниз, в воду, он отпустил струну. Тростинка вошла в воду почти вертикально и пролетела по прямой еще метра три, пока ее не подхватило течение и не унесло под плот.

– Ну, как? – с гордостью глянул на Рафа Отциваннур.

– Неплохо, – Раф беззвучно похлопал в ладоши. – Остается только дождаться, чтобы к тому месту, где ты сидишь, подплыла рыба. А для начала как следует потренироваться, чтобы в рыбу попасть. Кроме того, рыба, которую ты пронзишь тростинкой, скорее всего, не сразу всплывет брюхом вверх, а успеет уплыть туда, где ты ее уже не найдешь.

– Нет-нет-нет-нет-нет!.. – замахал руками Виираппан.

– Да какое там «нет», – улыбнулся Раф. – Я, раз закинув сеть, вытащу больше рыбы, чем Отци за час с помощью скобы и тростинок.

– Ты не понял, в чем тут смысл, – указал на Рафа пальцем Виираппан. – Приспособление Отци следует использовать не для того, чтобы наловить себе рыбы на обед. Тут на первое место выходят азарт и дух соперничества. Потому что для того, чтобы поразить рыбу тростинкой, требуется немалое мастерство и сноровка.

Раф выпятил губу и озадаченно почесал подбородок. В словах Виираппана был определенный смысл. Вот только уловить его было не просто.

– Вообще-то, я не думал о состязаниях по ловле рыбы, – честно признался Отциваннур. – Просто попытался приспособить к чему-нибудь уже готовые струны. Вот и получилось, – Отциваннур махнул скобой с натянутой на ней струной так, будто примеривался, как бы зашвырнуть ее подальше, – то, что получилось. И, может быть, нет в этом никакого смысла.

– Смысл есть во всем, – сурово сдвинул брови Виираппан, не любивший подобных высказываний в частности и упаднического настроения в целом. – Нужно только суметь его отыскать.

– А ну-ка, дай, – протянул руку Раф.

Получив скобу со струной, Раф сначала взвесил ее в руке, затем внимательно осмотрел, повернул в одну сторону, в другую, попробовал двумя пальцами, насколько туго натянута струна. Улыбнулся. Странно как-то улыбнулся. Вроде как невесело даже. Но при этом улыбка его не была обращена ни к кому из присутствующих. Она как будто была направлена вглубь собственной души.

Подхватив с палубы одну из припасенных Отциваннуром тростинок, Раф поднялся во весь рост, вытянул перед собой руку со скобой, положил на скобу тростинку, натянул струну и отпустил. Пролетев метров пять, тростинка ударилась о стену надстройки на соседнем плоту, сломалась в первой трети и упала на палубу.

– А ведь она могла далеко улететь, – задумчиво почесал бороду Виираппан.

– А если бы у нее был острый металлический наконечник, она вонзилась бы в стену, – добавил Раф.

Он сел на палубу, положил рядом скобу с натянутой струной и сложил руки на коленях.