Герцогиня

Поддержать племянницу приехала и королева. Тринити на этот раз явилась со скромной свитой, включающей в себя лишь замужних дам, что значило, что Анжелы с ними не было. Анабелла была рада - насмехающегося вида той нахалки она бы вряд ли выдержала. Впрочем, юной герцогини было бы совсем не до нее. Тем не менее, ко дню похорон ожидались не только не взятые в свиту юные и не слишком девицы, но и даже сам король со своим младшим братом. Семейное событие, в конце концов.

Итак, Тринити пыталась помочь, чем могла. Она сама не слишком разбиралась в подобных делах, как управление герцогством, и уж тем более государством, хоть и была регентшей при старшем сыне некоторое время. Королева и сейчас предпочитала иметь обширное влияние на сына, но сначала она советовалась с особыми людьми, мнению которых она полностью доверяла. Потому королева взяла на себя обязанности, связанные с гостями и своими родителями. К слову, Джорджину и Чарльза смерть Дэвида сильно подкосила, и старый герцог теперь довольно часто замирал посреди коридоров с рукой, прижатой к сердцу.

День похорон настал как-то незаметно. Вся в делах, Анабелла даже не заметила, как быстро пролетело время. И в этот памятный день, безразлично оглядывая себя в зеркале, наряженная в черное платье, девушка вспоминала те годы, что жила лишь с отцом. Время, когда ее мать была жива, она помнила не слишком хорошо. Лишь какие-то отрывочные воспоминания. С отцом же воспоминаний было значительно больше. И Анабелла не сдержалась - слезы потекли из ее глаз. Чем больше она вспоминала то прекрасное, что произошло в ее жизни, связанное с ее отцом, тем больше было слез. Все это грозило превратиться в истерику. Тогда девушка умыла лицо, сделала несколько успокаивающих вздохов и постояла несколько минут, пытаясь прийти в себя. И когда она выходила из комнаты навстречу собравшимся, ее лицо превратилось в холодную маску вежливой отстраненности.

Церемония была торжественной и достаточно мрачной. Впрочем, Анабелла не слишком ее запомнила, стараясь не высказать своей истеричности на публике. Она раздумывала над словами, которые скажет перед всеми в конце, как единственная дочь умершего.

Ей дали говорить первой.

– Благодарю вас всех за то, что пришли поддержать меня в такое трудное время. Ваша помощь была действительно неоценимой. Это тяжело, - она запнулась, но тут же взяла себя в руки, - тяжело без отца. Я никогда не предполагала, что окажусь в подобной ситуации. Тем не менее, прошедшего не изменить, и сейчас мы все собрались здесь, чтобы похоронить моего отца, всеми почитаемого и уважаемого герцога Дэвида Кэссиди. Каждый присутствующий здесь может вспомнить то хорошее, что с ним связано. Я знаю, он был добрым и благородным человеком, к которому всегда можно было обратиться за помощью. Мы все знали его таким и должны запомнить его таким. И пусть его сейчас нет среди нас, он будет в наших сердцах.

Она не успела договорить. Смятение прошло по толпе людей, что слушали ее. Анабелла оглядела их, пытаясь понять, что же происходит.

– Доктора!
– закричал кто-то.

И лишь тогда девушка увидела своего дедушку, схватившегося за сердце.

– Дедушка!

– Папа!

– Чарльз!

Они крикнули одновременно. Бабушка, дочь и внучка - они все трое кинулись к этому мужчине, опускающегося на пол. "Нет! Нет! Не может быть! Только не сейчас!" - их мысли были одинаковы, пусть они и были совсем разными по характеру. Еще бы - старая герцогиня, уже отжившая свое, королева, в самом расцвете сил, и молодая герцогиня, у которой все еще было впереди.

Но было уже поздно. Сердце старого герцога не выдержало переживаний и остановилось. Когда три женщины подбежали к нему, жизнь уже покинула его, оставив лишь безвольное тело на руках у родственников.

Герцог Чарльз Кэссиди был мертв.

Умер на похоронах своего сына.

И словно в протяжном, почти истеричном крике его жены, Джорджины, выразилась скорбь всех резко замолчавших вокруг людей.

Глава 7.

Королевский двор, кабинет королевы Тринити Уинтернам

– Вы понимаете, что пока еще слишком рано говорить о замужестве моей племянницы, герцог?
– спросила Тринити у Ричарда.

Тот сложил руки в замок, несколько секунд изучая сцепленные пальцы, и лишь минуту спустя поднял свой взгляд на нее.

– Я это прекрасно понимаю, ваше величество. Но мне хотелось бы больше определенности. Анабелла выбрала троих ухажеров на роль жениха, и двое из них - мои сыновья. Это несказанно меня радует. Но есть еще и третий молодой человек, а мне нужно быть уверенным, что соглашение, что мы с Дэвидом заключили столько лет назад, будет в силе.

– Я ничего не могу сделать сейчас, герцог. Не могу дать вам никаких обещаний, потому что сама ни в чем не уверена. Анабелла в трауре по отцу и деду, вы сами это должны помнить. Я ее понимаю и поддерживаю в этом - на девочку и так много всего свалилось.

– И именно поэтому ей нужен муж, который смог бы ей помочь!
– тут же подхватил Ричард.
– Разве может такая молодая неопытная девушка сама разобраться с таким огромным герцогством, что досталось ей в наследство? Любой из моих сыновей будет только рад помочь ей!

Королева вздохнула. Она понимала, что выводы герцога Эддингтон логичны, но не все было так просто.

– Я должна уважать решение брата, герцог. А Дэвид просил меня дать ей свободу выбора жениха. И единственно условие, что он поставил своей дочери - выйти замуж до шестнадцати. А до ее следующего дня рождения еще больше полугода. Я ничего не могу сделать. Это будет решение Анабеллы и никого больше.

– Но ведь вы можете повлиять на нее. Намекнуть, как было бы лучше. Ваше величество, мы с вами оба понимаем, что нашему королевству необходима какая-то большая сила, полностью преданная вам лично и вашему сыну, чтобы поддержать вас.

– Я это знаю и без вас, - чуть раздраженно откликнулась Тринити, недовольная, что Ричард так в открытую признал некоторую опасность, возникшую в недавнее время.
– Но вы не знаете мою племянницу так, как ее знаю я. Она весьма своевольна и упряма. Дэвид не любил ее в чем-либо ограничивать, потому что считал, будто это он виноват в том, что его дочь лишилась своей матери. И если я попробую повлиять на нее, как вы просите, она мигом поймет, что мне это нужно, и сделает что-нибудь, рушащее наши планы.