Гидроудар

«Вот суки, сзади зашли!» — подумал Забелин.

Чувствуя, как подкашиваются ноги, а глаза заливает багровая муть, он еще попытался развернуться к нападающему, но прилетевший уже с другой стороны тяжелый подкованный каблук ботинка врезался ему в печень, взорвавшись где-то внутри вспышкой небывалой боли. Свист стремительно рассекаемого воздуха и хлесткий резкий удар бросил его лицом на холодный пол.

Китайцы со знанием дела принялись избивать Забелина. Тот пытался сгруппироваться, прикрывая руками уязвимые места. Но удары сыпались со всех сторон, не давая возможности опомниться.

Но использовать победу китайцы не успели, поскольку рядом с ними появился вездесущий майор Лавров. Амбал все еще удивленно таращился на него, только собираясь приступить к бою, когда левая рука майора, метнувшись вперед стремительной змеей, обвила его правую, выворачивая на излом. Сам Батяня, ловко извернувшись и перекатываясь по спине противника, врубил ему правым локтем в позвоночник, заставив охнуть и неестественно выгнуться в пояснице. Довершил комбинацию удар кулака в основание черепа. Ноги здоровяка подкосились, отказываясь держать немалую массу тела, и неудачливый охранник упал на пол. Все произошло настолько быстро, что напарник амбала даже не успел сообразить, что случилось, когда Батяня, «контрольно» пнув носком ботинка в висок поверженного врага, метнулся вперед.

Рукопашный бой во многом зависит именно от оперативности, быстроты и мгновенной оценки постоянно меняющейся ситуации. И Батяня старался использовать это должным образом. А учитывая богатую практику майора, шансов у противника было не так уж много.

Все происходило очень быстро. Короткий удар в колено позволил Батяне вывести противника из равновесия. Затем последовал «рубок» ребром ладони в кадык, а дальше в переносицу охраннику пришелся мощнейший удар головой. Всего этого было вполне достаточно для того, чтобы китаец напрочь выбыл из числа бойцов.

— Ты как, Забелин? — склонился над ним Лавров. — Кости целы?

— Ничего… я уже в порядке, — кивнул тот, поднимаясь и мотая головой.

Автомат уперся прикладом в плечо, а звуки выстрелов добавляли новую «партию» в ночной концерт. Габрышев бил короткими очередями, стараясь, чтобы каждый выстрел дошел по назначению. Теперь ему даже казалось, что он слышит, как свинцовые комочки из ствола его автомата пробивают человеческую плоть на той стороне.

— Даешь! — выкрикнул устроившийся справа Баринов, всадив в грудь неосторожно высунувшегося охранника несколько пуль. — Погнали наши городских!

Военврач также не сидел без дела. Он уже положил одного не в меру резвого китайца и теперь продвигался к носу судна.

— Ну, я пошел. Прикрывай меня. Смотри, оттуда могут высунуться…

— Я держу их, — кивнул старлей. — Ты сам, гляди там, осторожнее!

Чернышов выскочил из-за укрытия и кинулся вперед, пытаясь бежать зигзагами.

* * *

Чжанг сидел у монитора, наблюдая за передвижением «подопытных кроликов». Те успешно плыли вперед, к острову, до которого оставалось уже совсем немного. Ночное полудремотное состояние, начавшее охватывать его, он прогнал, умыв лицо холодной водой. Став у окна, Воу полной грудью вдохнул свежий воздух. Все шло хорошо.

Вдруг с палубы донеслись какие-то крики. Чжанг дернулся, прислушавшись. Дальнейшее начинало напоминать страшный сон. Крики усилились, перемежаясь беспорядочной стрельбой. На барже разгорался бой — в этом не оставалось никаких сомнений.

Чжанг бросился к компьютеру, не веря своим глазам.

— Как? — пробормотал он. — Как такое может быть?

Происходившее вообще не укладывалось ни в какие рассуждения. Ошибки ведь быть не могло. По данным компьютера, прекрасно видным на мониторе, светящиеся точки, то есть русские десантники, находились сейчас никак не на барже, а вблизи острова.

Но русские были здесь. Чжанг прислушался. Слова, пробивавшиеся сквозь звуки боя, принадлежали явно им — посланникам далекой северной страны.

— Проклятье! — заорал китаец.

Его физиономия исказилась яростью, и он, будучи вне себя, что было сил ударил ногой по компьютеру. Техника не выдержала — разбитый монитор погас.

* * *

— Мужики, слышите? — вскочил на ноги Зыков. — Похоже, что власть меняется.

Русские пленники, проснувшись, внимательно вслушивались в то, что творилось снаружи. Увидеть хоть что-то все равно было невозможно, однако звуки, долетавшие в трюм, недвусмысленно свидетельствовали о том, что у компании Чжанга явно начались проблемы.

— Что же это может быть, а? — Левченко крутил головой, пытаясь определить смысл происходящего. — Может, это власть взялась за китайца?

— Власть! — скептически хмыкнул Разгуляев. — Вся власть Чжангом куплена на корню. Да они за хороший бакшиш на что угодно глаза закроют.

— А что же это, по-твоему? — допытывался прораб. — Учения они себе решили устроить?

— Кто да что — это скоро выяснится, — произнес инженер, — ломать голову можно до бесконечности, но пока что…

Он невозмутимо лежал на охапке соломы, заложив руки за голову.

— Давайте подумаем вот о чем, — рассуждал Разгуляев. — Китайцы ведь, в случае поражения, могут нас тут всех положить. Это так?

— Да, бывают такие случаи, — кивнул Левченко. — Вот с полгода назад нечто подобное случилось в соседней провинции. Террористы похитили нескольких голландских журналистов. Ну, естественно, поднялась буча. Средства массовой информации словно с цепи сорвались, репортажи шли один за другим. Ладно… Затем возникают эти самые боевики и требуют выкуп. В общем, пока они там торговались, полиция решила провести показательный штурм базы боевиков, где и содержались голландские писаки…

— И что? — спросил Разгуляев.

— А то, что, когда полиция начала штурм, боевики перерезали этим пленным горло. Дескать, не захотели выполнять наших условий — получите!

— Н-да, весело… — протянул Василий.

— Да что ты такое говоришь?! — заорал монтажник. — Ты бы что-нибудь нормальное сказал. Городишь какие-то ужасы!

Алексей вдруг представил себе аналогичную ситуацию, и его затрясло.

— В самом деле, — заявил Разгуляев, — надо продумать, что мы можем сделать?

— Да ничего тут не придумаешь, — также флегматично произнес инженер. — Ежели они нас захотят тут покрошить, то сделают это без проблем. Будем надеяться на лучшее.

Стрельба наверху усилилась, и в какофонию выстрелов добавился взрыв, от которого больно ударило по барабанным перепонкам.

— Ого! Всерьез разбираются, — прокомментировал Левченко, — похоже, никто уступать не желает…

Глава 40

Непроглядная ночь воцарилась над рекой. В тропиках это время является «рабочим» для многих представителей фауны, так что по берегам слышались самые разные звуки. Иногда раздавался протяжный вой, иногда — какое-то странное щелканье.