Глобус 1976

На Камчатке имеется свыше 400 ледников, хотя льдом покрыто всего лишь 0,5 процента ее территории. Длина многих из

этих ледников достигает нескольких километров.

МНОГО ЛИ ЭТО - 5 С?

Услышав по радио, что среднегодовая температура где-то оказалась выше или ниже многолетней на несколько десятых

градуса, мы часто недоумеваем стоит ли говорить о такой малости?..

Но ведь даже Великое Оледенение, охватившее миллионы лет назад Европу, было вызвано вовсе не катастрофическими

изменениями климата. Ученые подсчитали, что, если среднегодовая температура понизится всего на пять градусов,

существующие ледники и теперь могут разрастись так, что постепенно займут всю Северную и Среднюю Европу.

А. Заблоцкая

НАУЧНЫЙ ПОДВИГ

ДЕКАБРИСТОВ В СИБИРИ

В мае 1826 года закончилось следствие по делу декабристов. Верховный уголовный суд, послушный

воле царя, должен был вынести жестокий приговор вольнодумцам: смертную казнь одним, тюремное

заключение другим, сибирскую каторгу третьим.

Единственный из членов суда, кто осмелился протестовать против смертной казни над декабристами,

был адмирал Н. С. Мордвинов. Он был также единственный, кто заботился об облегчении участи осуж-

денных. Еще до вынесения приговора Мордвинов обратился к царю с неожиданным проектом. Он предло-

жил организовать из «государственных преступников» в Сибири некую Академию наук. «Получив блестя-

щее образование, они обладают всеми необходимыми данными, чтобы вновь стать людьми, полезными

государству», — писал Мордвинов.

Действительно, все необходимые данные у декабристов были. Это были лучшие, «истинно благород-

ные» и истинно образованные люди: инженеры, экономисты, естествоиспытатели, моряки, механики,

историки, поэты и писатели. До восстания их голоса молодо и громко звучали в литературных и научных

журналах. На заседаниях тайных обществ они горячо обсуждали проекты политического переустройства.

Их научная, литературная, политическая работа должна была содействовать обновлению страны... Неудача

14 декабря прервала деятельность декабристов в России...

«Государственные преступники, — писал далее Н. С. Мордвинов, — могут стать в Сибири

преподавателями... «положительных наук»: механики, физики, химии, минералогии, земледелия. Эти

науки «облагодетельствуют» Сибирь, которую природа так щедро наградила дарами. Декабристы же

смогут вновь «возродиться для общественной пользы».

Николай I категорически отверг этот проект. Его намерения были совсем иными. Он хотел уничтожить

всякую память о декабристах, заставить забыть об их существовании. Более ста осужденных были

закованы в кандалы и по этапу отправлены в Сибирь. Им было запрещено как-либо напоминать о себе.

По тем временам Сибирь, в представлении даже образованных людей, была страшным местом, ка-

ким-то «мрачным ледяным адом» (по словам современника), откуда, «как с того света, возврат был

невозможен». С XVIII века некоторые пункты Сибири были только местом политической ссылки.

Декабрист Басаргин, узнав, что его остальная жизнь должна пройти «в отдаленном и мрачном краю»,

решил, что все его «отношения с миром кончены».

Вот несколько подробностей сибирской жизни С. Г. и М. Н. Волконских, взятых из воспоминаний

внука. Не было в том месте, где Волконские жили на поселении (близ Иркутска), ниток — шить

приходилось рыбьими кишками. Не было зубного врача — Мария Николаевна сама должна была при-

жечь себе зуб раскаленным гвоздем. Аптек не было; медикаменты, выписанные из Петербурга, прихо-

дили, когда надобность в них уже пропадала. В такой обстановке только почта могла доставить мину-

ты радости, но ждать ответа на письмо приходилось по полгода. «Сибири хладная пустыня» — эти

строчки, посвященные Марии Николаевне, встречаем мы в черновиках поэмы Пушкина «Полтава»; в

чистовом варианте — «твоя печальная пустыня».

Но в этой стране, где по нескольку месяцев морозы в — 40°, Мария Николаевна занималась

садоводством; в этой обстановке, где, казалось бы, все силы отданы непрестанной борьбе за жизнь,

она занималась музыкой; собирала гербарий для петербургского доктора, составляла

минералогические коллекции для сына.

Муж ее, Сергей Григорьевич, летом по целым дням пропадал на работах в поле; зимой посещал

базары в городе, где толковал со знакомыми крестьянами об их нуждах и ходе хозяйства.

И Волконские — не исключение. Такую стойкость и великую силу воли проявляла не одна Мария

Николаевна. Такое стремление войти в жизнь населения, понять его нужды и быть ему полезным

было присуще не одному Сергею Григорьевичу.

Декабристы лечили местных жителей, обучали грамоте и воспитывали их детей; изобретали

сельскохозяйственные машины и занимались огородничеством, выращивая впервые в Сибири огурцы

и арбузы, кукурузу и дыни, возделывали фруктовые сады.

Местное население, по словам современника, с благодарностью и восторженно вспоминало

декабристов «вплоть до третьего поколения включительно». Для них самих такая жизнь была

средством сохранить себя, сохранить «свое политическое существование за пределами политической

смерти» — вопреки воле и предписаниям царя.

Занимались декабристы в Сибири и научной деятельностью.

В начале XIX века Сибирь была еще плохо изучена. Правительство недостаточно ясно

представляло себе ту роль, какую могла играть далекая неосвоенная страна в жизни России. Изучение

Сибири вели в основном местные жители. Едва ли не самыми активными среди них были

декабристы.

По мере того как проходило время, появлялся интерес к месту, куда забросила судьба; менялось от-