Глобус

Еще Высоцкий утверждал, что через пару месяцев, когда наноботы закончат размножение, и заполонят все вплоть до распоследних закоулков организма, я стану гораздо меньше уставать, полнее перерабатывать пищу и легче переносить яды. Пока же, после тренировок в "Блице" выползал на чистом упрямстве и гордости. Ни в коем случае нельзя было показать "пехоте", что они хоть в чем-то превосходят флот! Так что, в обещание капитана я попросту не поверил. И даже слегка досадовал за бесполезно истраченное время. Потому как те двадцать минут, что заняла наша с седым доктором беседа, пришлось отрабатывать, задержавшись на полчаса в тренировочном зале.

Слава Богам, инструктор будто бы что-то предчувствовал - особенно сильно в тот вечер меня физическими нагрузками не донимал. Так что из зала я, кои-то веки, вышел, не придерживаясь о стеночку.

На следующий день мне снова пришлось задержаться. На этот раз - в огромных цехах своего ремонтного завода. Дело в том, что как-то совсем незаметно подошел к концу срок моего стажерства, и следовало принять или отвергнуть сделанные руководством компании предложения.

О! Ничего особенного! Мне сообщили о присвоении статуса мастера-ремонтника, с занесением в визитку нейросети, конечно, и предложили полноценный контракт. Я подумал полминуты, и проставил на новых документах свою цифровую подпись. А почему нет-то? Работать я, как и раньше, должен был в одной бригаде с Дино Кадифовичем, делать то же самое, а зарплату получать вдвое большую.

А вот на третьи сутки удалось отправиться домой чуть ли не на два часа раньше обычного. Дефектную ведомость старенькому окситанскому "ЛеКамьёну" мы составили, но решение о глубине модификации хозяин космолета принять еще не успел. Так что мы остались в некотором роде не у дел.

Двигающиеся по кольцевому маршруту платформы общественного транспорта на Короле почему- то называли "собаками". Видел я несколько раз этих животных - ничего общего! Единственное что - под воздействием центробежной силы вагоны платформ слегка наклонялись, изредка задевая стенки и попискивая при этом, словно живые. И только! В общем, сколько бы ни ездил - не уставал поражаться вывертам человеческой фантазии.

Рабочий день был далек до завершения, вагоны и станции были почти пусты. Показалось даже, будто бы на меня посматривали подозрительно. Мол, чего это молодой и здоровый парень делает на безлюдных улицах сектора в неурочное время?! Я в ответ улыбался, и все прибавлял шагу. Думал, что раз уж так вышло и удалось освободиться пораньше, так сводить Таю в кафе. А то сидит целыми днями одна в четырех стенах...

Возле внешних дверей жилой секции Лейковичей стояла грузовая капсула. Не слишком крупная, всего раза в два больше обычного такси. В таких обычно развозят товары по небольшим магазинчикам или полуфабрикаты продуктов в кафе и рестораны. Помнится, еще подумал, что Милица, поди, опять какой-то праздник затевает. А потом все вдруг разбилось вдребезги и полетело кувырком. Я имею в виду - мою спокойную жизнь, конечно.

Сигнал на коммуникатор пришел на секунду раньше, чем взвыли динамики секторальной тревоги. И только потом - пульсирующее алым сообщение на нейросеть. И в тот же самый миг увидел, как трое неизвестных господ грузят бездыханное тело Таи Сумамбетовой в грузовое отделение капсулы.

– Внимание! В секторе объявлено чрезвычайное положение!
– вопили развешанные повсеместно динамики службы оповещения.
– Сохраняйте спокойствие. Администрация просит жителей сектора не поддаваться панике и не покидать жилых модулей!

После секундной паузы воззвание повторялось.

– Гражданин Ури Лесток!
– надрывался комм, снова и снова транслируя оду и ту же запись.
– Приказываю Вам немедленно явиться в территориальное управление Спасательно-Восстановительной группы. Код триста! Повторяю! Код триста! Прорыв вооруженного неприятеля в жилой сектор!

Примерно тот же текст, с небольшим уточнением, в цветах крови и пламени, мигал на экране нейросети. Тельпух соизволил-таки указать призываемым по тревоге бойцам, что дело касается массированной атаки на сербский сектор молодежных банд.

Но прямо на моих глазах трое ублюдков пытались похитить жену моего погибшего друга! Ту, заботу о которой он мне поручил на последней секунде своей жизни! И, сказать по правде, для меня это было куда важнее, чем опасность разграбления пары лавок и кафе толпой малолетних, обнаглевших от безнаказанности, придурков.

– Эй! Что это вы там делаете?!
– крикнул я, привлекая внимание врагов. Понимал прекрасно, что глупость делаю! Что нужно просто достать игольник и начать стрелять. И не смог. Показалось подлым открыть огонь по спинам ничего не подозревающих похитителей.

А вот их, похоже, такие моральные коллизии не беспокоили. Двое из троих немедленно извлекли армейские крупнокалиберные иглометы из-под просторных курток, и заставили меня пожалеть об их внимании. И если бы не "Корсар", клянусь, хватило бы и пары очередей, чтоб отправиться на свидание с Демонами. А так, тело практически само, чисто на вбитых инструктором рефлексах, уклонилось, перетащило меня в глубокую нишу входа в соседний магазинчик, и уже оттуда открыло ответный огонь.

Понятия не имею, почему бы им не прижать меня огнем, а потом просто отступить. Больше чем уверен, что конкретно я им не был нужен. Иначе не запланировали бы свою акцию на то время, когда я должен был быть на работе, в цехах на противоположном краю станции. И что бы я тогда делал? Преследовать их мне было просто не на чем.

Но они пошли другим путем. Один из стрелков действительно пристроил ствол автомата на крышу капсулы и без остановки поливал сталепластовые архитектурные излишества соседей мамы Милы. Второй же принялся красться в мою сторону вдоль витрин в слепой зоне. Наивные! Уж на что я сам новичок в такого рода боях, и то сразу догадался, что рано или поздно боеприпасы у стрелка закончатся. И тогда его товарищ, которого, кстати, отлично было видно в отражениях окон кафе напротив, окажется в настоящей опасности. В случае моей атаки укрыться ему было просто негде!

И когда боек игломета сухо щелкнул и о дорожное покрытие брякнул отстреленный пустой магазин, я точно знал, что должен делать. Причем, так все здорово получилось, что удалось не только сократить число врагов на единицу, разглядеть положении третьего злоумышленника, и спрятаться в свою нишу до того, как армейское оружие вновь начало стрельбу, но и ухватить интересную мысль за хвост.

А подумалось мне о том, что мастерство пилота здорово помогает в таких вот перестрелках! И это неоспоримо! Потому что далеко не у каждого есть тот глазомер и постоянный контроль положения в пространстве собственных конечностей, какой присущ каждому настоящему пилоту. Так что, я решил, у наглых похитителей не было ни единого шанса! Оставалось лишь придумать какую-нибудь хитрость, чтоб на пару секунд отвлечь стрелка, засыпающего откосы двери разогнанными до чудовищных скоростей иглами.

И наверняка что-нибудь бы выдумал, будь у меня время на раздумья. Но злодеи явно торопились. Скорее всего, по их, несомненно, гениальному, плану, тому, где меня, конечно же, и близко не было, они уже должны были сдать добычу командирам и переодеться. Ну и начать обстоятельное обсуждение выбора бара относительно вкусовых качеств пива и его цены.

В общем, самый хитрый бандит только-только закончил булькать простреленным горлом и колотить в конвульсии ногой по пластобетону, а его нетерпеливые друзья уже начали вторую, не менее идиотскую чем первая, атаку.