Голод

— Ну и что? — усмехнувшись в ответ, переспросил Коля.

— Все это должно было занять несколько дней. Вот, на третий день ты и учудил… — не сдержавшись, Петр вновь рассмеялся. — Поехал на снегоходе кататься… в полярную ночь.

— И? — бросив взгляд в сторону зараженного Геннадия, переспросил Икя.

— А приборы, здесь, падение какой-то хреновины засекли — метеорита, размером со шкаф. Вот и отправили туда мини-экспедицию. А там уже и тебя нашли, по дороге к предполагаемому месту падения.

Потупив взгляд, Коля раздумывал над услышанным.

— Знаешь, как у меня в одном место заиграло, когда я увидел на станции твою физиономию?

— Ты все это время околачивался здесь под моим именем?

— Я не ожидал, что здесь, сплошь, идиоты, — усмехнулся Петр. — Ну, никто не заподозрил, что пилот вертолета околачивается здесь во время полярной зимы.

— Зачем? — вздохнув, произнес Коля.

— Дела, — развел руками его собеседник.

— Что?

— Шевелись. У нас дела, — произнес Петр, кивнув в сторону разложенных на скамье вещей, подходящих для выхода на поверхность.

* * *

Повернувшись, бросив взгляд в сторону внешнего люка, Островитянин, не сдержавшись, расплылся в улыбке. Остров остался позади.

Короткий зимний день уже успел начаться — все это напоминало предрассветные сумерки. Остановившись, Коля с мечтательной улыбкой рассматривал темно-серое небо и черные громады скал. Во всем этом было что-то странное, столь чуждое и столь безмятежное. Этот вид завораживал.

— Похоже на какую-то другую далекую планету? Да? — ухмыльнувшись, спросил Петр.

— Когда ж ты от меня отстанешь, мудила? — с усмешкой произнес его собеседник.

Подойдя к россыпи некрупных черных глыб, Шкриба отодвинул в сторону один из плоских камней. Достав оттуда телефон и еще один пистолет, он жестом подозвал Островитянина.

— Гляди-ка… — с не сходящей с лица ухмылкой прошептал Петр.

Не тратя время на раздумья, Шкриба включил видеоролик, собранный из обрезков нескольких записей. Это были четверо мужчин. Форменные куртки выдавали в них сотрудников службы охраны компании «Братья Дюмон». Фирменным знаком был отмечен и черный мини-фургон, на котором они приехали в Балаклаву.

Целью мужчин был его дом, квартира Островитянина. Они играли во дворе с его сыном и непринужденно разговаривали с женой.

— Когда это было? — с недоверием спросил Икя.

— В мае сего года, — не раздумывая, ответил его собеседник. — Ребята, вот, пообщались с твоей семьей. Обсудили, насколько ценный ты сотрудник… — со смешком продолжил Петр, а затем, серьезным тоном, добавил. — Надеюсь, ты понимаешь, что шутить со мной не стоит. Я, конечно, хреновый стрелок и бегун никакущий. Поэтому ты должен обо мне позаботиться… Чтобы меня никто не обидел.

Невольно скривившись, Коля отвел взгляд в сторону.

— Помнишь, как управлять вертолетом? — осторожно спросил Шкриба.

Растерявшись, Икя промолчал.

— Помнишь-помнишь, — хихикнув, произнес Петр.

Не произнеся больше ни слова, он жестом указал своему собеседнику на носилки. Взяв раненного Геннадия, спутники двинулись в сторону некрупного ангара — металлической коробки, разместившейся в двух десятков метров от внешнего люка станции.

За считанные мгновения разобравшись с цифровым кодом замка, Петр ввел своего спутника вовнутрь.

— Этот… — прошептал Шкриба кивнув в сторону небольшого вертолета.

Эта машины была закреплена за медицинской службой станции и, верно, служила для перевозки больных на базы, расположенные на берегах моря Росса.

— Сначала, погрузим, — негромко произнес Петр, кивнув на зараженного.

— Зачем? — не отступая, вновь спросил Икя.

— Пойми, Коля, сейчас много от твоей понятливости зависит, — похлопав собеседника, по плечу, произнес Шкриба. — Понимаешь? Да?

* * *

Время шло. Понадобилось еще несколько минут. И заслонка шлюза на крыше ангара медленно сдвинулась в сторону. Прошло лишь несколько мгновений, и геликоптер плавно взмыл ввысь.

— Мы летим на базу Скотт-Бейс… Разберешься? — с недоверием спросил Петр.

— Понял, — сжав губы, кивнул Икя.

— Девяносто миль всего-то, — произнес Шкриба, наблюдая за тем, как его собеседник возится с навигационной системой.

Взяв курс на восток, пилот двинулся над южной частью долины.

— Зачем он тебе нужен? — спокойно спросил Коля, вспомнив о лежавшем позади Гене, зараженное тело которого сейчас было надежно закреплено на носилках.

— За него можешь не волноваться. Обычно, первые приступы начинаются через четыре-пять часов. Реже — через шесть-семь.

— Зачем он тебе? — повторил свой вопрос Николай.

— Не понимаешь, что ли? Это же — «материал», — усмехнулся Петр. — Благодаря Гене, знающие люди по полочкам смог разобрать природу вируса.

— Все, что случилось на «Йотуне»… — замявшись, начал Икя. — Это ты сделал?

— А ты как думаешь? — с усмешкой переспросил Петр. — Пойми, дружище, ничего личного, — вздохнув, сдержав смешок, он добавил. — Просто, бабло — ничего более…

— Так ты эту заразу принес сюда? Но кому это надо? — с любопытством спросил Коля. — Ты же сам говорил, что работаешь на руководство компании… — задумавшись, он неожиданно спросил. — Они убили собственных людей?

— Это, скажем так, «эксперимент»…

— Но почему они убили собственных людей? — перебив собеседника, спросил Плотников.

— Знаешь, эта контора, «копорация», напоминает чем-то класс с непослушными учениками. На бумаге, они — «класс». А на деле… кто-то дерется, кто-то учителя слушает, а кто-то молча рисует… Понял, да?

Промолчав, Плотников следил за приборами.

— Да и разве все умерли? В «Йотуне» еще полторы сотни живых людей осталось, — с усмешкой продолжил Петр.

— «Живых»? Да? — ухмыльнувшись, переспросил Икя.

Словно вспомнив о чем-то, на мгновение задумавшись, Николай сменил курс, направив вертолет на юг.

— Можно вопрос задам? Просто интересно… ничего личного, — прикусив губу, произнес Островитянин.

— Валяй, — с располагающей улыбкой произнес Шкриба.

— Сколько тебе заплатили?