Голова мистера Шарпа

Титаническим усилием воли я унял бешено бьющееся сердце.

– Да, я знал, что эта дамочка не в вашем вкусе - так что решил перестраховаться. Но также зная и то, что с вами нельзя быть ни в чем уверенным, я предусмотрел план 'В'. Что это с вами?
– Хамский недоуменно посмотрел на мои судорожно сжавшиеся на его шее пальцы.

Я попытался их разжать. Пальцы не поддавались. Их вообще, похоже, свело судорогой. С трудом убрав руки от горла друга, я нашел в себе силы продолжить.

– Ах, план 'В'! Значит, так вы называете того неуравновешенного эксгибициониста с ведерком желтой краски? Ну, того в дупель пьяного фавна, который с воплем: 'Перформанс!', вылил эту краску на себя и полчаса успешно скрывался от охраны и сотрудников в коридорах галереи?

– Так его все же поймали?
– Живо заинтересовался Мордред, напрочь игнорируя моё справедливое возмущение.

– Нашли по желтым следам, спящего в обнимку с бесценной картонной вазой некоего Грюкенса.

– Так и знал, - разочарованно пожал плечами коллега.
– Надо было заплатить Попандопулосу, а не Фигуданису. Ну что, пойдем на штурм очередной цитадели?

– И все?
– Хотя первое буйство во мне поутихло, тем не менее, я все еще жаждал сатисфакции.

– А что еще?
– Хамский вопросительно поднял бровь.
– Ах да, у меня есть парочка гениальных планов!

И, насвистывая какой-то бульварный мотивчик, легкой походкой абсолютно уверенного в своем превосходстве черта, он пошел на покорение очередных вершин.

Мне ничего не оставалось делать, кроме как последовать за ним. Что уж скрытничать: мне самому было жутко любопытно, что он придумает на этот раз...

***

Собственно, причина, по которой присутствие полиции в нашей квартире делалось нежелательным, была проста и даже в некотором роде тривиальна. Это по словам Хамского. Лично я же не видел ничего тривиального в изготовлении высококачественных подделок произведений искусства на дому. Справедливо заметив: "Всем должны заниматься профессионалы, друг мой", Мордред задействовал кое-какие связи, в результате чего на нашем пороге возникли две в равной степени колоритные и сомнительные личности.

– Сего делать, хозяина?
– Хлюпнув носом и утеревшись рукавом поинтересовалась первая - мелкий гоблин-гастарбайтер.

– И сколько вы готовы за это заплатить?
– Подозрительно спросила вторая - гном-альбинос. Его однотонно-пастельную физиономию здорово освежал играющий всеми цветами радуги бланш под глазом. Жидкая клочковатая бороденка воинственно топорщилась.

Миссис Адсон, встречающая гостей у двери, смерила обоих оценивающим взглядом. А потом окончательно поразила нас с Хамским, спросив визитеров:

– Из чьей артели будете?

Те переглянулись.

– Щелкунчика Бри, - наконец нарушил молчание гном.

– Старый пройдоха еще в деле? По шкатулкам работаете или барашков стрижете?

– Да так, всего понемногу...
– гном отвечал уклончиво, посматривая на нашу экономку с очевидным недоверием. Я был слишком поражен многочисленными талантами миссис Адсон, чтобы что-то говорить, а Хамский, наоборот, со всевозрастающим интересом наблюдал происходящее.

– Не вталкивай мне пустышку, - презрительно сказала женщина.

– До "понемногу" Щелкунчик не опустится.

– А вам-то кто насвистел?
– насупился альбинос.

Миссис Адсон в ответ грозно цыкнула зубом и символически сплюнула через правое плечо. Плевать всерьез она бы в жизни не стала, ибо произвела уборку всего каких-то пару часов назад. Парочка посмотрела на нашу экономку едва ли не благоговейно. Переглянувшись, гоблин и гном изобразили нечто среднее между пантомимой и параличом лицевых мышц, пару раз подмигнув и жутко перекосившись.

Миссис Адсон благосклонно кивнула и обратилась к нам:

– Джентльмены, они вам подходят. Думаю, дальше вы разберетесь сами.

После чего величаво развернулась и удалилась. Количество и качество талантов ее не переставало нас удивлять. Нет, мышьяк для нее - это слишком мелко. Такая женщина достойна стрихнина!

***

– Мисс Тай Чи, - говорил я с доброй-доброй улыбочкой потомственного инквизитора, не раз награжденного за особый садизм по отношению к жертвам.
– Я пришел к вам, чтобы поговорить о ныне покойном мистере Генри Шарпе. Вы ведь не будете отрицать, что знали его весьма...хм...близко?

Мисс Тай Чи, уверенная в себе, стильная кицунэ, управляющая галерей Пи Ши, смотрела на меня спокойно и безэмоционально. Собственно, разговор велся как раз в ее личном кабинете - где, к моему вящему облегчению совсем не было 'авангардных произведений искусства'.

– Естественно, мистер Принстон, - кивнула она.
– Мы были с ним любовниками. Вы знаете, современной деловой женщине просто противопоказаны длительные отношения. Они так обременяют. И отнимают бездну времени. Генри не ревновал, не проявлял ко мне навязчивого внимания... Пожалуй, он был... приятен. Во всех отношениях. Вы понимаете, о чем я?

– Безусловно, - я сделал глоток любезно предложенного мне зеленого чая. Будучи убежденным холостяком, я действительно понимал и уважал подобную жизненную позицию. А уж если быть совсем откровенным, то в мисс Тай Чи имелась та самая перчинка, которую я так ценил в женщинах.
– Полагаю, вы хотите донести до меня тот факт, что у вас не было ни мотива, ни желания убивать мистера Шарпа?

– Ваша проницательность делает вам честь, - слегка улыбнулась собеседница, хитро сверкнув лисьими глазами. Интересно, есть ли у нее хвост?..

– Что ж, сделаю вид, что не заметил скрытой насмешки в вашем последнем высказывании.

– А ваша тактичность - тем более. У вас есть еще ко мне вопросы, мистер Принстон?

Вопросы, даже если они у меня и были, давно уже повылетали из головы. Зато в наличии имелись предложения - далеко не высокоморального свойства. Правда, воспоминание о том, что где-то по галерее в данный момент бродит Хамский, быстро вернули мне утраченный трудовой энтузиазм.

– Разумеется!
– отчеканил я самым неподкупным из коллекции своих тонов.
– Что вы делали вчера вечером и ночью?