Горизонт событий

– Вот и я!

– Посиди рядом, - тихо попросила она.

– Это всегда пожалуйста...

Я придвинул кресло к ее изголовью со стороны здоровой руки, из которой уже вынули капельницу, и взял тонкие пальцы Эвелин в свои:

– Как ты себя чувствуешь?

– Будто зверь с двумя дырками в шкуре, который все-таки удрал от охотников, как же еще...

– Шутишь, значит выздоровеешь. Что врач тебе сказал?

– Рука и мышцы на груди восстановятся, только могут остаться шрамы на груди и руке.

– Так, вот по этому поводу я уже договорился — как только доктор разрешит, отвезу тебя в Виго на самолете, и там все сделают в лучшем виде, следов не останется.

– Когда?

– Дня через три, наверное.

– Как долго... А Максимо жив? Я видела, как в него попали... Что вообще случилось?

– Максимо жив, передавал привет через Дона Рубио. А случилось то, что тебя хотели похитить и продать куда-то на юг. Вот тебе и обратная сторона известности...

На ее глаза навернулись слезы:

– Прости, я такая дура... Зачем я только выдумала эту прогулку!.. Город посмотреть захотелось, видите ли...
– Она отвернулась.

– Не бери в голову. Зато теперь они уже никого не похитят.

– Точно?..

– Да, тут с нарушителями законов разбираются быстро и решительно, причем адвокаты отсутствуют в принципе. А напасть они могли и по дороге на аэродром, там вообще бы все неизвестно чем кончилось.

Я тихонько поглаживаю ее пальцы, и она успокаивается.

– С тобой все хорошо?

– Да, только упал не очень удачно...

(Под рубашкой, в которую я успел переодеться, не видно забинтованного левого плеча, а ожог на щеке я замазал до полной незаметности.)

– Что у тебя с лицом?

(Блин, разглядела все-таки!..)

– Ерунда, задело чем-то, не знаю. Дали мазь, все уже прошло.

– Шрамы украшают мужчину...
– она улыбается.

– Да ладно, меня уже чем ни украшай — бесполезно.

– Ты у меня самый лучший, правда... И я очень завидую Джинджер, что она... Ты ведь не сердишься на меня?

– За что?..

– Ну, за мои ежедневные выходки...

– Почему я должен на тебя сердиться? Ты ведь мне очень нравишься, правда. Такая маленькая, очень красивая, смелая...

– Ладно, ты иди, а то мне что-то опять спать захотелось... И позови медсестру, пожалуйста... Приходи завтра, когда захочешь... Я буду ждать...

* * *

30 число 05 месяца 24 года, Нью-Рино

Утром я проснулся без сигнала будильника, но почти в то же самое время, что и обычно. По привычке вытянул руку, и нащупал рядом только пустое место. Да, Эвелин ведь в больнице... Что ни говори, а я к ней уже привык. Или «привязался»? Или... Нет, никаких «или» не будет!.. Ладно, неважно. Когда к ней пойти? Наверное, съезжу после завтрака, потом на аэродром, там уже будет время обеда, потом можно опять навестить раненую... Что там ей принести-то можно, что ей больше всего нравится? Вспомнил, какие-то пирожные, с китайским названием... Да, помню, где она их купила, и после долго облизывалась, было так смешно на нее смотреть...

Хозяин сидел в том же кабинете, что и в прошлый раз. Меня проводил к нему охранник, заменивший временно выбывшего из строя Максимо. Парень размерами был примерно такой же, но смотрел на меня с каким-то суеверным страхом. Уж не знаю, что его так напугало, но он в общении со мной старался отделываться только короткими «Да» или «Нет».

– Доброе утро, Дон Рубио!

– Доброе утро, Алекс! И оно на само деле «доброе» - я звонил в больницу, разговаривал с врачом. Эвелин чувствует себя гораздо лучше, и скорее всего ждет вашего приезда.

– А я как раз и хотел поговорить об этом. Вы не могли бы выделить в мое распоряжение какую-нибудь неприметную машину с водителем в комплекте?

– Да, конечно. Водителем может быть ваш новый охранник, Паоло.

– Знаете, он мне даже своего имени не назвал. Наверное, почему-то меня боится...

Хозяин ухмыльнулся:

– Некая известная вам одетая в черное платье дама не отличается сдержанностью на язык, а слухи расходятся быстро. И теперь многие знают, что все, кто покушался на жизнь brujo, мертвы, а у него не единой царапины.

Я машинально потер левое плечо, которое начало чесаться под повязкой. Он заметил это и снова усмехнулся:

– Да, мы-то знаем, что слухи почти всегда искажают правду... Хотя, рассказ Максимо о волшебном ноже brujo, разрубающем чужие клинки пополам, произвел на всех неизгладимое впечатление.

– Ну, Макс сейчас вам такого понарассказывает, вы только слушайте... У бандита просто оказался нож угрожающего вида, но дерьмового качества, только и всего, вот и лопнул при поперечном ударе. Клинок отломился у самой рукояти, обычный дефект термообработки. Хотели «догнать» твердость, но в результате получилось «стекло». И вообще, может он свою железяку целыми днями в стену метал...

Дон Рубио махнул рукой, будто отгоняя муху:

– Можете говорить что угодно, Максимо все равно вам не поверит, даром что психолог.

– Главное, чтобы не начал пробовать рубить ножом железные прутья, он не для этого предназначен.

– Нет, теперь парень с него пылинки сдувает. Готовьтесь, сейчас к вам начнут обращаться с заказами...

– Буду всем говорить, что такой экземпляр можно сделать только один раз в жизни, отстанут...

Улыбаясь, Дон Рубио пожал мне на прощание руку, и приказал зашедшему в кабинет Паоло:

– Теперь ты сопровождаешь нашего гостя, куда ему нужно, за безопасность отвечаешь головой, понял?

Тот молча кивнул, явно не обрадованный такой перспективой. Я сказал ему:

– Пойдем, у нас сегодня много дел!
– и слегка хлопнул его по плечу, отчего он шарахнулся от меня в сторону. Оглянувшись, я увидел, что Дон Рубио ухмыляется в свои пышные усы. Да уж, «сначала ты работаешь на репутацию, потом репутация работает на тебя»...

До больницы мы доехали очень быстро. Мне показалось, что Паоло стремится сократить время пребывания в моем обществе до минимума, надо же... Нет, парень, так просто от меня не отделаешься — по дороге нужно было заехать в кондитерский магазин и купить так понравившиеся Эве сладости. Надеюсь, врачи не запретят ей их съесть за обедом? А, возьму заодно несколько вкусняшек для себя тоже, что ли. Ведь и нам, «брухо», ничто человеческое не чуждо, хе-хе!..

– Как дела у моей маленькой леди?
– с этим вопросом я вошел в палату.

– Хорошо, только почти все время дают обезболивающие таблетки, а мне от них спать хочется. Иди сюда...

Она поцеловала меня, чуть приподнявшись, а потом опустилась на подушку.

– Принес мне что-то вкусное, которое так замечательно пахнет?

– Милая, ты видишь меня вместе с пакетом насквозь, угадай, что там?

– Наверное, какие-нибудь... пирожные?

– Ну вот, даже не интересно...
– я выложил коробку со сладостями на прикроватный столик.
– Принести тебе еще что-нибудь?