Город без памяти

В комнату заглянула Зарница.

– Доброе утро, – сказала она. – Вы уже встали?

– Я готов, – ответил Пашка.

Зарница положила на табуретку мешок.

– Здесь одежда для путешествия по лесу, – сказала она. – Твой костюм уже совсем изорвался.

Пашка убежал в маленькую комнату и там быстро переоделся.

Помники все подобрали по размеру. И кожаную куртку, и штаны. Только башмаки Пашка переодевать не стал. Его собственные еще были крепкими.

– Ну вот ты и настоящий помник, – сказала Зарница, увидев его. – Пошли?

Пашка поблагодарил госпожу Хруст за завтрак, и они вышли на улицу.

На улице прямо на мостовой сидело человек двадцать молодых помников. Некоторые дремали, другие читали или писали что-то на восковых дощечках. В сторонке по земле прогуливались две белые птицы, тихо беседуя о чем-то. И с первого же взгляда было ясно, что они давно ждут сонливого инопланетянина.

– Так я и знал! – возмутился Пашка. – Мы потеряли время из-за вашей ненужной деликатности.

– Вы вчера так устали, – смутилась Зарница.

– Это не довод!

– Но вы – наш гость, – сказал Хруст. – И еще очень молоды.

– Хорошо, я принимаю ваши извинения, – сказал Пашка. – Но прошу, чтобы это было в последний раз. Пора в путь.

– Паша, – сказала Зарница, – мы хотели рассказать, как мы планируем поход. Конечно, лучше было бы всем полететь на птицах, но здоровых птиц в городе всего две.

– А как себя чувствует Альта? – спросил Пашка.

– Ей лучше, – сказала Алина. – Но она еще долго не сможет летать.

– Вот карта нашего леса, – продолжала Зарница, расстилая прямо на мостовой большую грубо нарисованную карту. – Ты можешь показать, в каком месте вы вышли к реке?

– Разумеется, – ответил Пашка. – Мы вышли там, где стоит дом перевозчика, в котором живет ваша подглядчица Речка.

– Это какая Речка? – спросила Хруст Зарницу.

– Сестра Ручейка, – ответила Зарница. – Моя ученица.

И она указала на точку на берегу реки, где маленький черный квадратик изображал хижину перевозчика.

– Мы вышли под прямым углом к реке, – сказал Пашка. – А шли примерно два часа. Следовательно… – Пашка провел линию в глубь леса. – Какой у вас масштаб?

– Один к десяти тысячам, – сказал Хруст.

– Значит, примерно здесь. – Пашка показал точку в лесу и ногтем отчеркнул крестик.

– Вы правы, – сказала Зарница. – Беспамятные космонавты были найдены нами вот здесь… – И она показала на точку километрах в трех от места падения «Днепра».

– Отсюда, – сказала птица Алина, которая подошла к карте и заглядывала поверх голов, – лететь три дня, не меньше.

– Три дня? – удивился Пашка.

Хруст улыбнулся.

– Не слушайте, Паша, наша уважаемая Алина, к сожалению, не умеет считать.

– Мне это не нужно, – сказала птица. – За меня считают другие.

– Значит, план таков, – сказала Зарница. – Паша Гераскин и Хруст летят на птицах туда, где должны быть корабли. Как только они их находят, Хруст возвращается к основной группе, которая тем временем движется в этом же направлении.

– А контейнер с топливом, о котором вы говорили, он тяжелый? – спросил Копье. – Сколько он весит?

– Честно говоря, – смутился Пашка, – я не знаю. И как его переносить, тоже не знаю. Но мы спросим Гай-до. Это наш маленький корабль. Он все расскажет.

– Корабль расскажет? – удивился Хруст.

– Он разумный, – ответил Пашка.

– Корабли не бывают разумными, – сказала птица Алина.

И Пашка не стал с ней спорить.

– Все равно надо брать повозку, она может понадобиться, – сказала Зарница.

Повозка – широкая телега на деревянных колесах, запряженная двумя быками, – стояла за углом.

Молодой помник вскочил на облучок и крикнул быкам:

– Трогай!

Остальные пошли следом за телегой. Копье остался с Пашкой и Зарницей.

– Держи, – сказал он, протягивая Пашке большой кинжал в кожаных ножнах.

– Спасибо, – обрадовался Пашка, который любил ходить по диким планетам вооруженным. Он прикрепил кинжал к поясу.

– Увидимся, – улыбнулся Копье, поправляя на плече большой лук.

– Счастливого пути, – сказала Зарница.

Птицы подошли поближе и присели, чтобы Пашка и Хруст могли на них влезть.

– Хорошо сидишь? – спросила Пашку Алина.

– Хорошо, – ответил Пашка.

И она, легко разбежавшись, взмыла в небо.

Город уходил вниз. Вот улица, по которой за повозкой, запряженной быками, бредет группа помников. Вон там стайкой бегут в школу дети, вон начали трудиться археологи. Но больше всего народу на валу, они готовятся к бою с поклонами.

«Хорошо, что я прилетел, – подумал Пашка. – Теперь помников никто не застанет врасплох».

Птица, которая несла Хруста, летела совсем рядом и переговаривалась с Алиной о том, какие ягоды созрели в какой-то роще, о том, что у Альты маховые перья линяют…

– Ваша жена так волнуется о вас! – крикнул Пашка Хрусту.

– Что поделаешь! – ответил пигмей. – В наши дни мужчина должен рисковать. А кто, кроме меня, полетит с вами!

– А разве другие не летают?

– Глупый, – сказала Алина. – Мы же тоже не железные. Мы взрослых не возим, надорвемся. Тебя или Хруста – пожалуйста, а уж Ручейка мне не поднять, только Альта может, она самая сильная.

– Нас мало осталось, – сказала вторая птица. – Нас надо беречь.

– Скажите, пожалуйста, – спросил Пашка, – а почему вы не летаете в столицу? Ведь это бы ускорило связь?

– Глупости, – сказала Алина. – Я никогда туда не полечу.

– Ее лучший друг, Алон, погиб возле столицы, – сказала вторая птица. – И попрошу вас не задавать больше горьких вопросов.

Птицы замолчали.

А Хруст сказал:

– Столицу охраняют прирученные стервятники. Нашим птицам там нельзя появляться.

– Не надо, не надо о печальном! – воскликнула Алина.

Под ними уже тянулся сплошной лес. Справа, вдалеке, была видна полоса реки. Пашке показалось, что он увидел над деревьями холм и на нем башню обсерватории. Но, может, он ошибся.