Город чужих
Шрифт:
– Так, значит, это правда, – пробормотал он, поставил локти на стол и спрятал лицо в больших ладонях.
– Где вы были все это время? – спросил Оливер, внимательно за ним наблюдая.
– Простите, дайте мне немного времени. – Найджел пододвинул к себе фотографию и, тяжело вздохнув, стал на нее смотреть. Оливер заметил, как в его взгляде глубокое потрясение, медленно сменилось болью и растерянностью. Но времени было немного – скоро должен был вернуться шериф. Поэтому Оливер повторил вопрос:
– Так где же вы были?
– Уезжал, в отпуск, – поникше ответил Найджел,
– Куда вы уезжали в отпуск? – игнорируя его возмущение, произнес Оливер.
– К родителям, – бросил Найджел. – Они были очень расстроены, что Джеки не приехала со мной.
– А она должна была приехать?
– Да, мы должны были вместе отправиться в отпуск, – он ненадолго замолчал, – но незадолго до этого мы расстались.
– Из-за чего вы расстались?
– Сам не знаю. – Он оторвал взгляд от фотографии и посмотрел на Оливера. – У нас были вполне себе обычные отношения. Встречались несколько раз в неделю, ходили в бар, а дальше к ней или ко мне домой. И меня это вполне устраивало.
– Дайте догадаюсь, а ей захотелось серьезных отношений?
– Нет, все совсем не так…
– Тогда как? – перебил Оливер, но, заметив, что тон его голоса был слишком груб, осторожно откинулся на спинку стула и уже спокойнее продолжил: – Расскажите, как вы начали встречаться?
– Мои родители раньше жили в Хилтоне, я ходил в местную школу. Учился плохо, зато играл в футбол, там и познакомился с ней. Джеки выступала в группе поддержки, но она была меня младше и как девушка особо меня не интересовала. Мы с ней больше шутили, как говорят – были просто хорошие приятели. А когда она вернулась, мы однажды пересекли границу этой старой дружбы, но отношения у нас не заладились. Мы с ней то сходились, то расходились. Так что я подумал, что поездка к моим родителям как-то поможет. Но за пару недель перед отъездом она позвонила и сказала, что между нами ничего не получится.
– А вы что?
– А я что? – Найджел пожал плечами. – Ничего. Подумал, хорошо, что не успел ее с родителями познакомить, и уехал в свой отпуск. – Он тяжело вздохнул и вновь посмотрел на фотографию.
– Были ли у нее какие-то странные знакомства в последнее время?
– Нет, не замечал.
– Вы знали, что она пила антидепрессанты?
– Антидепрессанты? – нахмурился Найджел. – Зачем ей антидепрессанты?
– Она вам жаловалась, что ей не хватало денег?
– Нет, не жаловалась. Но я это и так хорошо знал, много раз предлагал ей помощь, но она отказывалась. – Найджел наклонился к нему через стол. – Поймите, детектив, мы виделись с ней очень редко, особенно в последнее время. И я не знаю, что у нее творилось в жизни на самом деле.
– Что вы делали две недели назад, десятого августа, в четверг? – продолжал Оливер, чувствуя, что власть в этом допросе на его стороне, и выбрал весьма доминирующую позицию – спрашивать, но не реагировать.
– О боже, я не знаю, – с раздражением бросил Найджел. – Помогал родителям чинить крышу. – Затем он замолчал и, кажется, что-то вспомнил. – Точно, я тогда каждый день
мотался в строительный, платил кредиткой, проверьте.– Что ж, – вздохнул Оливер, – обязательно проверим. Но я бы хотел узнать еще кое-что. Какие цветы вы ей дарили?
– Цветы? – удивился Найджел.
– Да, цветы, – кивнул Оливер. – Букеты на праздники, дни рождения…
– Никакие не дарил, – пробормотал он. – У нее же целый магазин цветами завален…
Но не успел Найджел договорить, как за дверью послышался грозный голос шерифа. Оливер не стал ждать, пока тот устроит разнос при подозреваемом, и, быстро собрав фотографии, забрал папку и вышел из допросной.
– Сознался, ублюдок? – выпалил Джим.
– Надо проверить его алиби, – ответил Оливер. – Прямых улик на него нет, так что…
– Ну сейчас я ему такое алиби покажу, – перебил Джим, снял шляпу шерифа и направился в коридор к комнате допросов. Но Оливер перегородил ему путь рукой.
– Прошу, – твердо произнес он. – Я не вмешиваюсь в вашу работу, а вы не вмешиваетесь в мою.
Джим нахмурился еще сильнее, но Оливер не отводил от него прямого и невозмутимого взгляда. В офисе повисла тишина, все на них смотрели, и тот наконец-то недовольно фыркнул.
– К черту, – бросил Джим и уже развернулся к своему кабинету, как вдруг обратил внимание на Лили. – Какого черта ты здесь делаешь? Я же сказал тебе быть все время на патруле.
– Я зашла ненадолго, – растерялась она. – У меня в термосе кончился кофе…
– Кофе?! – перебил он, покраснев от злости. – А ну, вон пошла! Быстро возвращайся в свою машину и наворачивай круги. Если что-то в этом городе за ночь случится, это будет по твоей вине. Поняла?
Лили схватила вещи со стола и выскочила из офиса шерифа, хлопнув дверью. А Джим громко вдохнул носом и, ни на кого не глядя, скрылся в своем кабинете.
– Что нам делать с Найджелом? – спросил весьма озадаченный Кевин.
– Отпустите, – ответил Оливер, посмотрев на настенные часы. Было уже довольно поздно, и он подумал, что хватит на него сегодня офиса шерифа. Так что он, недолго думая, убрал дело в верхний ящик стола под ключ, помыл и туда же спрятал свою белую чашку. Забрал куртку с вешалки, накинул ее на плечи и вышел на улицу.
В вечернем сумраке слабо светили фонари, недавно прошел дождь, и асфальт был еще мокрым, но на удивление было тепло. Он подумал вернуться в гостиницу – там его ждали два питьевых йогурта в холодильнике. Но недалеко от входа в офис заметил большой внедорожник Лили.
– Сами разберутся, – тихо произнес Оливер, положил руки в карманы и подумал, что Кевин обязательно сейчас здесь появится, чтобы ее успокоить. Но прошло некоторое время, а из офиса так никто и не вышел – видимо, Джим раздавал указания. И, тяжело вздохнув, Оливер подошел к внедорожнику и постучался в окно. Немного погодя оно открылось, и он увидел заплаканную Лили.
– Вы что-то хотели, детектив? – спросила она, вытерев щеки ладонью.
– Да, я хотел бы… – Оливер замолчал, придумывая, что можно было бы сказать, и, посмотрев на магнитолу, произнес: – У меня в номере нет радио. Что слышно по новостям?