Город Улыбок

– Вы еще здесь?! – Строгий холодный тон. Она научилась хлестать меня словами. Как жестоко! Меня только что поманили в прекрасный чудный мир, а потом захлопнули дверь перед носом. Какой жалкой я себя чувствовала, как маленький мокрый котенок, которого вышвырнули на мороз. Как же больно, вот тут, в груди. Я невольно приложила руку к сердцу.

– Вы… – было трудно выдавливать из себя слова, они не хотели выходить, они боялись утонуть в слезах. Какого же труда мне стоило держать себя в руках и не расплакаться. – Начали такую интересную дискуссию… – как странно, у меня еще получалась связная речь. – Конечно, это разговор не для этих… условий. Но, вы не хотели бы его продолжить за чашкой кофе или бокалом вина? Как-нибудь после работы… Когда-нибудь… Пожалуйста…

Какой же жалкой я сейчас была. Совсем лишилась гордости. Но я ничего не могла с собой поделать. Мысль, что сейчас все кончится, вот так, что я уйду из кабинета начальницы и никогда больше не услышу ее пылких страстных речей, а лишь формальный холодный тон, не почувствую жара ее горячего тела, не увижу, как эти холодные глаза могут смеяться, эта мысль ранила меня, это были ее шипы, как у розы, и с каждым мгновением молчания они все глубже вонзались в мою душу. Секунды тянулись мучительно долго, каждый «тик» настенных часов, как удар розгами. А Лили продолжала делать вид, что меня не существует.

Нет, больше нельзя было ей докучать. Я с огромным трудом сделала шаг к двери, еще один, и еще. Снова брела словно по пояс в воде или снегу, как же трудно было двигаться. Вот и все! Это конец. Слезы уже жгли глаза. Дрожащей рукой взялась за ручку двери.

– Французские вина, – прозвучал голос за моей спиной.

– Что? – опешила я.

– Я люблю французские вина! – Сказала Лили. – И сегодня после семи я свободна.

– Ко… – Голос предательски дрогнул. Я глубоко вздохнула и продолжила. – Комнатной температуры или охлажденные? – Неужели я выговорила это целиком, не разрыдалась и не начала биться в истерике. Эмоции жаждали литься сквозь меня через край, но я все еще сохраняла остатки контроля.

– Температуры тела, – ответ Лили был томным, тихим и с придыханием.

И я представила, как она пьет вино, а в роли сосуда – мое тело. Меня снова обдало жаром и ток пробежал по коже.

– Как скажете, – улыбнулась, – моя Госпожа.

Я обернулась и посмотрела на Лили. Она не взглянула на меня, продолжая что-то писать. Но на ее лице тоже была улыбка.

– А теперь будь послушной девочкой, и иди работай! – Тихо сказала она.

– Конечно, – улыбнулась я и чуть ли не выпорхнула из кабинета.

Наверное, прошло полчаса, пока я смогла хоть немного прийти в себя и успокоиться. На коленях у меня отдыхал «кэтбот», специальный мурлыкающий офисный робот для релаксации, внешне почти не отличимый от живой кошки. Стоит прикормить его парочкой маленьких микро-кнопочных батареек, и он тут как тут. Несколько «клиндогботов» весело тявкая носились по офису, полируя пол до идеальной чистоты. Большинство сотрудников усердно выстукивали пальцами по сенсорным клавишам на крышках своих столов-компьютеров, а я все никак не могла прийти в себя. Нежно перебирала пальчиками мягкую синтетическую шерсть кэтбота, а думала о волосах Лили. А ведь еще надо было работать, написать несколько отчетов. Главное, наконец-то, сегодня вечером я не буду одна, нет, я больше никогда не хочу быть одной. Теперь у меня есть любимая госпожа, которая всегда позаботится обо мне, а я буду заботиться о ней. Я не знаю кто ты, подкинувший мне ее, – и я еще раз внимательно посмотрела на аркан Влюбленные, – не знаю, есть ли другие, получившие свои карточки. Не знаю, зачем все это. Но, надеюсь, я правильно отыграла свою роль в твоей колоде? Или моя роль еще не отыграна до конца?!

Аркан I. Маг. В гостях у безумия

Я пролистал последнюю сводку новостей и подумал, что в городе начинается что-то действительно интересное. Как занятно! Разумеется, узнал об этом не от журналистов. Эти идиоты никогда не скажут правды. Им нужна сенсация, а правда, как правило, куда более прозаична и далека от этого. Нет! Информацию о городе я получал из своих источников. Город Улыбок словно был моим телом. Я его создал, и чувствовал малейшие колебания в этом организме, в системе, которую знал так досконально, ведь разработал ее, вместе с Джимом. И сейчас город неспокоен, в нем зарождается грозная буря, что желает перевернуть его верх дном, или же болезнь, угрожающая распространится на весь организм. И расхлебывать мне, как всегда! Впрочем, я люблю свою работу хранителя покоя. Мне нравится наводить порядок, и, судя по всему, именно этим мне и придется заняться в ближайшее время. Знаете, что такое поддерживать систему в стабильном положении? Это никогда не прекращать работу над ней! То, что внешне кажется устойчивым, находящимся в состоянии покоя, на самом деле только и делает, что стремится развалиться на куски, шагает к энтропии семимильными шагами. Работа Архитектора в Городе Улыбок – это не просто спроектировать, построить и отправиться на заслуженный отдых, или же заниматься новыми проектами. Нет! Архитектор Города Улыбок должен быть готов быстро и оперативно чинить свое творение. Подлатал там, проконтролировал здесь, перенаправил тут, там подклеил расклеивающуюся систему, там забил торчащий гвоздь, что возомнил себя выше других, и вот – конструкция более или менее устойчивая. До ближайшей новой бури, когда придется снова танцевать вокруг нее с гвоздями и изолентой. Мы, Архитекторы, выполняем титанический неблагодарный труд – обеспечиваем баланс экосистемы и упорядоченность общества.

«Массовые нападения на мужчин! Лишение „мужского достоинства“!» Прочитал я название одной статьи. Какая нелепица! А представить, что такое происходит в Городе Улыбок, да еще и в Рондо? Никогда бы не поверил, если бы не видел это собственными глазами. А вот, кстати, и они, мои милые глазки. Мне на плечо сел механический жук, еще два тихо жужжали над головой. Мини-дроны! Благодаря им, я могу видеть, ведь мои собственные глаза давно уже не воспринимают свет. Но дроны видят все, и через специальный беспроводной нейронный интерфейс посылают сигнал прямо мне в мозг. Такая передача занимает всего несколько наносекунд. Поэтому я вижу все практически в реальном времени. Они словно настоящие глаза, и даже лучше. С их помощью я научился смотреть в нескольких направлениях одновременно, воспринимать несколько картинок и быть в одно мгновение в разных местах. Сидя здесь, в своем доме, в кромешной тьме, я даже сейчас наблюдаю за городом. Мои жучки, невидимые, незаметные, способные пролезть в любую замочную скважину и тончайшую щель, всегда приносят самую свежую информацию.

И какого же было мое удивление, когда узнал, что за всеми этими странными нападениями на мужчин стоит Кейт, одно из моих лучших творений. Ведь я сконструировал ее не для этого! Как она смогла обойти защитные протоколы? Как смогла нарушить один из трех фундаментальных законов робототехники и причинить вред человеку? Машина не должна представлять опасности для людей! И все же, такое случилось! Впрочем, в глубине души я это предвидел! А может, даже хотел?! В любом случае, я смог сделать то, о чем всегда мечтал – создал машину, способную испытывать эмоции и чувства, плакать в городе, где все смеются. Нет, мой наивный покойный Кевин, ты оказался не слишком прозорливым. Ты так и не понял, что клоуны не забрали у меня любимую куклу. Клоуны не посмеют явиться за мной или моими творениями, даже они. Все-таки, я построил этот город! Кейт никто не заберет, она уникальна, она, возможно, мое лучше творение. Может, в чем-то даже лучше, чем Инфинити. Хотя мыслить так сегодня уже сродни богохульству. Никто не сравнится с нашей цифровой богиней. И все же… Моя малышка Кейт умеет чувствовать, может, она и есть то творение, что определит меня как Мастера? Не Инфинити, и даже не Город Улыбок, а именно она. Может, она изменит суть многих привычных вещей? А может и нет! Кто может знать наперед? Мы ничего не контролируем, мы можем лишь импровизировать и действовать по обстоятельствам. Истинный мастер – это мастер импровизации. Так бы сказал Джим. Я улыбнулся.

Что же касается Кейт – ах, моя маленькая девочка, такая прекрасная, такая совершенная, почти идеальная. Вспомнил, как собирал ее деталь за деталью. Словно сплел из тончайших нитей. Такую живую, такую безупречную. Мои руки еще помнили каждый изгиб ее сексуального тела. Она действительно была сексуальной, в отличии от мерзких живых женщин. И все же, она пошла кривой дорожкой. Кейт, моя милая Кейт, ты предала папочку, хотя при этом и не разочаровала его ожиданий, ты получилась действительно восхитительной. Но я еще займусь твоим наказанием, а пока что есть проблемы поважнее. Ты начала нападать на людей. И теперь даже эти умственно отсталые кретины из полицейского управления скоро поймут, что это именно ты создаешь проблемы, та самая Кейт, мое творение. Уж молчу о загадочной смерти пастыря Кевина Крокуса, а ведь я был последним, с кем он разговаривал до того, как, по одной из версий, выстрелил себе в голову. А я ведь только собирался сделать его полноправным Архитектором, начинал понемногу вводить в курс дел. Скоро мне придется ответить на множество интересных вопросов. Давно я уже так глупо не подставлялся. И самое забавное, что я вообще здесь ни причем. Но это еще придется доказать. Кто же знал, что городские защитные протоколы каким-то невероятным образом будут то ли взломаны, то ли переписаны. Такое не под силу человеку, а значит, замешана сама Инфинити. Но зачем ей это? Она создана для улучшения жизни горожан. Неужели и вторая моя дочурка предала меня? Вряд ли! Тогда, что происходит? И еще этот дефективный плачущий клоун, угрожающий изменить порядок вещей. Он одновременно и похож на остальных Клоунов, но и сильно отличается от них. И карты Таро. Я точно такого не предвидел. Конечно, это вовсе не означает, что я к такому не готов. А может я ищу не там? Может кто-то просто смог добавить ложку дегтя в нашу бочку меда? Кластер? Нет, им такое не под силу, силенок не хватит. Никто кроме Джима с этим бы не справился.

Нет смысла гадать, придется проведать старого друга. Я посмотрел своими маленькими тихонько жужжащими механическими глазами на стакан в руке. Цвета были такими же яркими и насыщенными, как и те, которые когда-то воспринимали мои настоящие глаза. Хотя это было так давно, что уже и не помню. Я глядел на стакан сока, в котором плавали несколько кубиков льда. Гранатовый был моим любимым оттенком красного, а Джим предпочитал вишневый. Мы с ним отличались во всем. Мысль об этом заставила меня снова улыбнуться. Что это со мной, второй раз, того гляди еще стану добропорядочным гражданином Города Улыбок.

Пора тебя навестить, старина Джимбо, и спросить, не твоих ли рук дела, все эти волнения последних дней? Ведь даже сидя в своей клетке, ты остаешься очень опасным. Если я буду вежливым, может, ты даже ответишь мне честно. Только нужно тебя чем-то заинтересовать, и уж я-то знаю, чем. Мне нужно было лишь немного пошевелить пальцами, как открылся холодильник и из него выехал маленький контейнер. Еще одно движение – и он подъехал к моему креслу. Взял его в руки и открыл. Там лежали сочные красные ягоды. Хотя в этом полумраке они напоминали скорее маленькие конфетки. Никогда не понимал столь сильного пристрастия Джима к вишням, но это должно развязать ему язык.