Гости Голоадии

Насколько толст этот слой слизи? Сможем ли мы идти или придется вплавь? Единственный способ узнать - проверить. Я встал на самую нижнюю ступеньку и с жалостью посмотрел на многострадальный меч.

– Неужели в тебе нет ни капли сострадания?
– взмолился Катберт, но было поздно: я уже опустил его в серую жижу. Он погрузился до половины лезвия и ударился острием о твердую поверхность.

– Скорее!
– скомандовал я.
– На полу - слой слизи! Это несколько задержит нас. Спускайтесь же!

И я шагнул со ступеньки на пол. Ноги сразу увязли в липкой слизи. Сверху послышался до боли знакомый голос:

Хватайте их, Сборщики, чтоб не спаслись!

И да поможет вам липкая слизь!

– Мы соберем вас для Гакса!
– взвыли Сборщики и ринулись вниз по лестнице.

Остальные члены моей команды шлепали за мной по слизи. Я изо всех сил старался оторваться от преследователей и шел как мог быстро. Это было все равно, что бултыхаться в супе, только судя по запаху, суп прокис несколько дней назад. Главное - не оступиться, а не то нырнешь в мерзкую жижу с головой.

– Прро-кля-пфф!
– Похоже, Хендрику не повезло. Впрочем, он быстро выправился, и пошел дальше, весь перемазанный слизью.

– Снаркс!
– позвал я.
– Иди-ка сюда! Как тут лучше пройти?

Я не позволил себе остановиться, даже чтобы выслушать ответ. Впереди был сводчатый коридор. Оттуда доносился какой-то шум. Что ж, туда и пойдем. То, что там, под сводами, наверняка лучше слизи!

Рискнув взглянуть вверх, я обнаружил, что Гакс все еще наблюдает за нами со своей смотровой площадки, но Сборщики уже наполовину спустились с лестницы. Я прибавил шагу.

Ко мне плыл Снаркс и что-то кричал, но нарастающий шум из сводчатого коридора перекрывал все остальные звуки. Теперь я мог различить голоса: то ли пение, то ли крики «ура», то ли жалобные возгласы. Точнее сказать было трудно, поскольку оттуда же доносились также рев и поскрипывание. Что-то было знакомое в этих скрипах! Наконец я понял, что они ритмически совпадали с тем урчанием, которое я слышал, еще когда подходил к слизеварне. Надо бы наконец узнать, что это за урчание.

Кто-то дернул меня за рукав. Я обернулся и увидел, что это Снаркс. Никогда еще мне не приходилось видеть его таким испуганным. Правдивый демон дрожащей рукой указал туда, откуда доносились странные звуки, и пронзительно закричал прямо мне в ухо:

– Туда нам не надо!

Я попытался объяснить ему, что другого выхода нет, потому что Сборщики Ужаса уже наступают нам на пятки. Если мы повернем назад, то угодим прямо к ним в лапы.

– Нет, нет! Ты не понимаешь!
– упирался Снаркс.- Нам нельзя входить туда! Это… это… дробильня! Там дробят, перемалывают, измельчают!

Измельчают? Я остановился и прислушался. Пожалуй, это никакое не пение и даже не крики. Это вопли! Точно. Чем ближе я подходил, тем больше это напоминало именно вопли.

– Сейчас мы соберем вас!

Я обернулся и увидел, что чудовища уже спустились. Что делать? Деваться нам некуда!

Сборщики прыгнули в слизь. Нори пронзительно крикнула:

– Не стойте у них на пути! Отойдите!

О, моя возлюбленная верно угадала, в чем их слабость! Одержимые могучим желанием поскорее собрать нас, монстры не в меру разогнались и теперь не могли остановиться. Я едва успел отодвинуть Снаркса и прижать его к чану со слизью. Сборщики Ужаса на страшной скорости проскользили мимо нас.

– Мы слишком разогнались!
– хором пожаловались чудовища, и… дробильня их поглотила.

Вот когда мы услыхали настоящие вопли! Я подумал: «Интересно, это Сборщиков перемалывают или кого другого?» Впрочем, выяснять было недосуг. Теперь, когда мы избавились от Сборщиков Ужаса, пришла пора наконец заняться Гаксом.

– Кругом! Назад, на лестницу!
– велел я своим. Они с готовностью повиновались.

– Дилер! Хендрик!
– продолжал распоряжаться я.- Вы должны задержать Гакса!

– С удовольствием, - ответил Дилер Смерти, поднимаясь наверх через четыре ступеньки.

– Проклятие!
– подтвердил свою готовность Хендрик, который едва поспевал за Дилером.

Наверху бушевал Гакс:

Поймать меня хотите, дураки?

Сейчас я в ход пущу свои стихи!

– «Дураки» и «стихи»?
– презрительно спросил Снаркс.
– Это он называет рифмой?

Еще сильнее рассвирепев, Гакс зарычал:

– Ты сомневаешься в моем таланте? Да я тебя сгною в… Нет, так тоже не пойдет! Ты меня расстроил, вот что! А когда я расстроен, я не могу рифмовать.
– Вождь демонов ткнул пальцем в сторону Снаркса.
– Я тебя знаю! И за что тебя выгнали из Голоадии, тоже знаю! Погоди минутку, вот я успокоюсь, и ко мне вернутся мои поэтические способности! Ну-ка попробуем…

Кто сомневается во мне - люд! И он как раз сейчас… у-урр-ахт!

Дилер Смерти безошибочно нашел шею Гакса Унфуфаду. Однако у того хватило силы разжать тиски рук Дилера и сделать вдох. Сцепившись, демон и Дилер катались туда-сюда по платформе.

– Скорее к ним!
– крикнул я остальным нашим.

– Смотри под ноги!
– крикнул зануда Катберт.- Погоди, послушай… У меня идея! Давай я тебе посвечу, и мы посмотрим, как они придушат демона. Правда, неплохо придумано?

Я даже не удостоил его ответом. Мне сейчас была нужна Нори, которая уже пробежала половину лестницы.

– Ты не вспомнила какого-нибудь заклинания?

– Что-нибудь придумаем!
– отвечал а она.-Вот пытаюсь сообразить, что общего у демонов с крупным рогатым скотом…

Наверху шла борьба. Минуту спустя Гакс победоносно выкрикнул:

Итак, я свободен, я не убит!

Теперь посмотрим, кто побе… пфф!

Предводитель демонов на время вырвался из объятий Дилера Смерти, но совсем забыл о Хендрике, и тот не замедлил обрушить на него Головолом.

– А? Чего? Кто?
– тупо озирался Гакс, временно находясь под воздействием отшибающей память волшебной дубинки.
– Ах да! Я - Гакс Унфуфаду и скоро буду Правителем Мира!
– Демон пришел в себя и пустил в ход весь арсенал клыков и когтей.

Нори между тем была уже наверху. Она что-то торопливо бормотала, а руки ее быстро-быстро порхали в воздухе. Над Гаксом образовалась славная тучка, которая не замедлила пролиться дождем. Мокрый, но не сломленный демон метнул злобный взгляд на юную волшебницу: