Говорит Москва
Шрифт:
В метро на Сокольнической ветке удмуртская бабушка сидит у края лавки. На «Библиотеке имени Ленина» заходит парочка – становятся у дверей. Девушка, увлекшись впечатлением, которое она производит на парня, слишком наклоняет голову назад, и ее собранные в хвост волосы попадают бабушке по макушке. Та делает замечание. Девушка в ответ что-то бурчит. Хвост демонстративно не убирает. Ее парень оказывается более воспитанным – собирает волосы в руку и всю дорогу придерживает хвост, положив руку девушке на плечо. Добавлю, что бабушка изначально сидела на другом месте – напротив, посередине лавки. Но когда освободилось место ближе к выходу – зачем-то переметнулась сюда.
Подхожу к своему подъезду,
Интересно, что она говорит, когда видит снег?
Субботним вечером на входе в супермаркет Billa у метро «Спортивная» стоят четверо парней. Обсуждают предстоящую вечеринку и количество алкоголя, которое на нее нужно купить. Один из них, подсчитав, предупреждает:
– Наташу больше поить не надо.
У «МакДональдса», который на выходе из метро «Третьяковская», парень рассказывает другу:
– Да зачем это вообще нужно – свадьбы эти ваши? Вот у меня родители 20 лет живут в гражданском браке. Отец в 90-е сантехникой торговал, его одно время хотели «убрать». У отца крыша была солнцевская – пока там их главного не положили. И поэтому они с матерью не расписывались, а потом так и оставили. И ничего, нормально живут, двое детей у них – я и сестра.
Друг равнодушно молчит.
– А прадед у меня по материной линии похоронен в Кремле, кстати, – гордо добавляет парень.
Друг, наконец, бросает восхищенный взгляд.
В магазине парфюмерии и косметики «Иль дэ ботэ» у метро «Фрунзенская» на входе стоит взрослый мужчина, одетый в неплохой костюм. Портфель он поставил на пол, потому что заняты руки – мужчина бережно держит маленькую собачку – собственность, очевидно, жены, которая где-то в зале. Я прохожу вглубь магазина, долго выбираю, что мне нужно, иду к кассе. Там расплачиваюсь, получаю дисконтную карту, заполняю на нее анкету, иду к выходу. А мужчина все там же, бедненький.
Чтобы перейти дорогу через Крымский вал у метро «Октябрьская», нужно сначала постоять 70 секунд у одного светофора, потом 70 секунд у другого – и все это под холодным мелким дождем, который сегодня моросит с утра. Зато на той стороне – большой обувной магазин, где помимо сапог, сумок и женщин неожиданно в уголке оказывается столик, где клиентов угощают шампанским в бокалах. Народ весь довольный, обувь покупает с энтузиазмом. В соседнем обувном пусто.
На тротуаре вдоль Дмитровского шоссе у метро «Тимирязевская» написано желтой краской и одним почерком:
«?»
«Рио»
«Californ»
«Это шипр»
«Новокосино» (и стрелочка)
«Выбиваю порчу навсегда» (и номер телефона).А на неделе видела в вестибюле метро «Кропоткинская» парня с гладкими загорелыми ногами в шортах и в куртке, который из одного кармана в другой как раз перекладывал таблетки от горла и спрей от насморка. И потом такую же девушку в туфлях на шпильках, вышагивающую по Берсеневской набережной и кашляющую на весь Красный Октябрь.
– Мне настолько плохо физически, я просто не знаю, как быть дальше. Не могу вылезти из болезней уже полгода. Мне кажется, это какая-то порча. Это, наверное, бред, но я удалила свои страницы в «Одноклассниках» и «Вконтакте». Ко мне каждый день заходят какие-то люди, мне не знакомые, прямо пачками, смотрят мои фото. Может, меня глазят? Я уже не знаю, что и думать. Вчера заходила жена моего бывшего, вот что ей надо? Это и стало последней каплей.
Видела в метро парня с обильно татуированными руками – по моде времени. Ну, там, надписи всякие, как обычно, витиеватым
шрифтом, кинжал какой-то, звезды, как у меня. Но одна из татуировок изображает – поверите ли – пачку сигарет Lucky Strike.Моя подруга Полина говорит, что нельзя осуждать чужие тату, какими бы они ни были. «Для тебя реклама, для него, может, последнее, что дал отец перед трагической гибелью», – предполагает Полина. Моя подруга Вика из сигаретной компании Philip Morris спрашивает, не хочет ли он перебить на Marlboro. А мой приятель Максим по этому поводу рассказал, что бывают такие капроновые рукава с татуировками: надеваешь – и ты нормальный хипстер, как все.
В центре йоги «Прана», куда я хожу на танцы, одна инструктор объясняет другой:
– Ты совершенно неправильно одета. Нам на детской йоге говорили, что нельзя ничего обтягивающего. А на тебе вон какая майка. Ничего не «просто майка», а обтягивает всю фигуру, грудь. Инструктор должен выглядеть так, чтобы не было понятно, женщина это или мужчина. И особенно это важно для детской йоги, потому что взрослые могут думать, что хотят, – это их дело, а дети – особенно после 11-ти лет – у них гормон играет. Поэтому нужно скрывать свои половые принадлежности!
В кафе «Продукты» трое мужчин обсуждают производство какого-то, собственно, продукта, потом один из них изрекает:
– Ты еще голову в попу засунь, и скажи, что, блин, неэкологично!
Двое других смеются.
– Я недавно купила сапоги за 17 тысяч рублей. Дешевле ничего не нашла. Носила их всего неделю – и сзади оторвался хлястик. Я пошла обратно в магазин, показала сапоги. Они их взяли и говорят: «Будем проводить независимую экспертизу. Не желаете ли присутствовать?». Соберется комиссия из сотрудников – и они будут решать: действительно ли этот хлястик сам оторвался. Посмотрят, как пришит второй, не гнилые ли нитки. Экспертизу они могут только в будние дни проводить – поэтому я не смогу приехать (представляю, что бы мне на работе сказали, если бы я начала отпрашиваться на экспертизу сапог!). Но, самое смешное: если комиссия установит, что во всем виновата я сама, то мне не только денег не вернут, но и оплачивать экспертизу должна буду я из своего кармана! Вот так: заплатишь 17 тысяч, а тебе ни хлястика, ни сапог, и ты еще и виновата.
Выходя из подземного перехода у метро «Фрунзенская», женщина рассказывает в телефон:
– Я ей говорю: «Береги парня. Уже троих сгубила». А она шутит: «Хоть бы кто сказал ему, что я такая». Я ее сразу осадила, говорю: «Я скажу». Она испугалась, сразу замахала руками: «Не надо». Тоже мне: «Не надо». А я скажу.
И, главное, сразу понятно: скажет.
Вчера в метро видела девушку с планшетом, рисующую люстру под сводчатым потолком. Девушка была молодая и тоненькая, рисунок – карандашный, люстра – между двумя лестницами, ведущими от станции метро «Театральная» на «Охотный ряд». Мимо девушки потоком шли люди и даже толкались, но она невозмутимо рисовала. Но некоторые из них обращали внимание на эту сцену и видели, что своды потолка и перила лестницы образуют красивую композицию, а раньше ведь не замечали.
А потом видела парня, лежащего внизу эскалатора на балюстраде и читающего тетрадку с конспектом. Изображая сосредоточенность, он косил глазом на прохожих, чтобы все оценили его комфорт. Парня вскоре согнала работница метрополитена.
У Храма Христа Спасителя установили недавно два экрана, с которых Патриарх Кирилл рассказывает о воцерковлении идущим мимо по пути на Красный Октябрь хипстерам. На втором экране трансляция вчера шла с опозданием примерно на одну фразу. На первом экране Патриарх Кирилл сообщал свою мысль, а на втором – повторял. Потому что повторение – мать воцерковления.