Грация!
Шрифт:
— Конечно можно — я же не могу тебя заставить, — с досадой сказала Грация.
Скорцезе остановился перед кельями послушников, указал на самую крайнюю комнатку и сказал:
— Тут вы будете жить ближайшее время. Я подготовил самую просторную комнату из тех, какими располагаю, чтобы твой защитник поместился. Я заметил, что при вас нет личных вещей — это так задумано, или вы собирались ко мне в спешке?
— А какая разница? — безразлично сказал Дилан. — Вы всё равно заставите меня надеть робу послушника, Отче. Я потому и не стал заморачиваться с переездом.
— Твоя душа в смятении, сын мой, — понимающим тоном сказал Скорцезе. —
— Довольно! — не выдержал принц. — Хватит с меня этой чуши про душу и покой! Да что вы понимаете, настоятель?! За последние дни на меня свалилось столько всего, что не пересказать!
— Я знаю, сын мой, — спокойно ответил Скорцезе.
— Знаете, да? — с усмешкой сказал Дилан. — Моя мёртвая бабушка чуть не откусила мне руку! Поглядите на это! — принц задрал рукав, обнажая явный след зубов на предплечье. — Собственный отец всеми силами препятствует тому, чтобы я следовал пути пророчества…
— Хватит, Дилан! — Грация злобно посмотрела на парня. — Даже мне кажется, что это перебор!
— Кажется, твой защитник недоволен положением дел, — заметил Скорцезе. — Залечить твои душевные раны будет непросто, сын мой, но дам обещание — я помогу тебе, Дилан, всеми доступными средствами. А пока я оставлю вас ненадолго. Отдохните в вашем новом доме, освойтесь, подумайте. Сменная одежда в комоде, Дилан. И не забудьте, я пошлю за вами служку в семь вечера на молитву перед ужином.
Настоятель улыбнулся на прощание и отправился в сторону собора. Дилан бросил ему вслед холодный взгляд и отправился в келью. Он сходу плюхнулся на простенькую кровать, отвернувшись к стенке. Грация зашла за ним следом, прикрыла за собой дверь при помощи крыла, уменьшилась вдвое и забралась на кровать к принцу.
— Ты что там делаешь? — повернулся к ней Дилан, почувствовавший копыта у себя за спиной.
— Подвинься немного… Мне тесно… — пыталась пристроиться Грация.
— Извини за грубость, но… Проваливай с кровати! — недоумённо потребовал принц.
— Я не могу! Чувствую, как тебе плохо и не могу сидеть сложа копыта!
— Ладно… Ложись! — сдался принц, не в силах терпеть возню у себя за спиной.
Дилан занял половину кровати, а Грация придвинулась к нему вплотную, накрывая его тело тёплыми перьями крыльев как одеялом. Ангелина решила, что этого будет недостаточно и попыталась погладить принца копытом по голове. После третьей попытки осуществить задуманное Дилан не выдержал:
— Ты чего пытаешься сделать? У меня скоро шишка набьётся на том месте, которое ты постукиваешь…
— Я пытаюсь тебя погладить! — добродушно ответила Ангелина. — Прости! Пальцы остались в другом мире!
— Слушай… — с тревогой в голосе начал принц. — Я ценю твою заботу, но мне так не по себе сейчас! Словно делаю нечто неправильное или осуждаемое… С одной стороны, мне так хорошо под твоими крыльями, но с другой… Всё выглядит слишком неправильно!
— Да неужели? — с тоской сказала Грация. — Можно я буду с тобой откровенной?
— Да.
— Дилан — ты парень! — начала Ангелина.
— А я и не заметил… — улыбнулся принц.
— Я к тому, что это мне надо истерики закатывать и впадать в депрессию. Меня в лошадь посадили, в конце концов! Я ведь чувствую твою боль и переживания, понимаю, в какой мы оба ситуации оказались, но, Дилан, я-то держусь! Неужели мой боевой дух тебе ни капельки не передаётся?
— Ошибаешься —
благодаря тебе я не впадаю в отчаяние, как тогда, — Дилан повернулся и оказался лицом к лицу с Ангелиной. Принц положил руку на затылок Грации и придвинул её лоб к своему. — Можно я полежу так немного?— Можно… Но это ужасно странно и неловко… — призналась Ангелина.
— И чем это вы тут занимаетесь в святой обители?? — раздался нежный ангельский голосок со стороны двери.
— Хина… — обречённо сказал Дилан и резко встал с кровати.
Глава 12
— А ты всё такая же как в детстве… — хмыкнул принц. — Только у БЛАГОЧЕСТИВОЙ СВЯТОЙ ДЕВЫ ЦЕРКВИ СВЕТА могут быть такие пошлые мысли. Мы тут отдыхали, вообще-то! Битва с нежитью — это тебе не литургии проводить да медитировать!
— А ты так и остался редкостным хамом, малыш Дили, — легонько поддела его Хина с довольной улыбкой.
— Какой я тебе малыш, женщина?! — возмутился Дилан. — Мы же ровесники!
— А я по поведению сужу о тебе — остался тем же глупым мальчишкой, который крал у послушниц грязные рясы…
— Очень вежливо припоминать человеку прегрешения двенадцатилетней давности! И тааааааак по-взрослому! А я же «сужу по поведению»! Уууу! Я большая взрослая дева! — Грация впервые видела Дилана в таком настроении. Он впервые за долгое время вёл себя раскованно и не загонялся тяжёлыми мыслями. В памяти Дилана постоянно мелькали обрывки воспоминаний из прошлого, в частности, про его жизнь в монастыре. Ангелина не видела всей картины, но одно понимала точно — раньше принц был совершенно другим человеком.
Тем временем Хина сдерживала мощную тираду из неприличных слов, чтобы не обрушить её на глупого принца на территории святой обители. Щёчки с веснушками на лице святой девы покрылись багрянцем, а тонкие губы поджались в едва заметную линию. Но тут случилось немыслимое (для Ангелины) событие: эти твое кинулись друг к другу и крепко обнялись. Дилан аж кружил Хину в объятиях.
— Хина! Как же ты выросла! Я думал, так и осталась малышкой! А что случилось с твоими русыми волосами? Почему они белые?
— Ты тоже возмужал, Дили! Мне столько всего хочется рассказать! — радостно кричали эти двое, пока Грация стояла в полном непонимании происходящего.
— Эм… простите? А что, конфликта не будет? — Грация попыталась сделать лошадиной мордой удивлённое лицо, но доступная ей мимика сотворила ужас на куриных лапках — это была смесь скепсиса и ехидства в исполнении лошади. Хина увидела это непотребство и с визгом отскочила от Дилана:
— Что не так с твоим пегасом?! Почему он так смотрит?! — Ангелина и была рада привести свою морду в порядок, но некоторые мышцы защемились, не давая ей вернуть всё обратно.
— Грация, ты в порядке? Что с тобой?! — едва сдерживая смех спросил принц. — Ахахаха! Простите меня!
— Прекрати ржать, Дилан! — слёзно просила Ангелина. — У меня челюсть защемило!
— Бедное животное! — с сочувствие сказала Хина. — Я помогу тебе!
Девушка приложила ладонь к виску Грации, появился тёплый целительный свет, и тогда Ангелина смогла вернуть мимику как было.
— Передай ей спасибо! — попросила Грация, двигая челюстью туда-сюда.
— Спасибо за помощь, Хина! Кстати, разрешите представить вас друг другу: Хина — это Грация, моя призванная защитница! Грация — это Хина, моя лучшая подруга!