Грань миров

Илеора пролезла под кровать и устроилась рядом на захваченном одеяле. Под кровать попадали блики от свеч, отраженные колоннами, и принцесса в этом свете казалась позолоченной.

– Ты что вытворяешь? – прошипел Вадим. – А если Нора проснется?

Илеора хихикнула.

– Няня выпила лекарство. Она сегодня устала и сказала, что хочет выспаться. В такие ночи она не просыпается, даже если я зову. Приходится ее расталкивать.

– Ну ладно, – прошептал Вадим. Говорить вслух было все равно страшно.

– Довольно неудобно тут у тебя, – заявила принцесса и чихнула. – И пыли сколько… Как только ты убежишь, я напомню Норе убрать под кроватью.

– Да не стоит, – хмыкнул Вадим. – Я скоро сам все вытру. И кстати, может быть, мне придется вернуться.

– Как так? – Илеора дернулась и ударилась лбом о кровать. – Ой…

– Ну, если мне некуда будет пойти, так и буду жить под кроватью Вашей Светлости, – произнес Вадим.

– Эх, – принцесса вздохнула и потерла ушибленный лоб. – Только через девять дней я уеду отсюда. Поэтому тебе надо поторопиться.

– Да, помню. Свадьба и все такое.

– Свадьба… – Илеора, кажется, расстроилась.

С одной стороны, хотелось спросить принцессу, что заставляет ее идти «под бочок» к незнакомцу накануне собственной свадьбы, но с другой – не хотелось портить момент. Вадим чувствовал себя рядом с ней спокойней. Она единственный союзник в этом совершенно незнакомом и явно враждебном месте, надежда на спасение. Вадима вдруг осенило.

– Послушай, принцесса, – начал он. – Ты ведь королевой скоро станешь. Это значит, что сможешь сама распоряжаться собственными слугами? Нанимать, например, кого хочется?

– Думаю, что да, – согласилась Илеора.

– А не могла бы ты помочь мне чуть больше? – у Вадима едва поворачивался язык, чтобы озвучить просьбу, но это был единственный шанс выжить.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну… Я выберусь из замка и подожду снаружи, пока тебя коронуют. А потом приду, типа ты меня откуда-то позвала к себе на службу. Как думаешь, получится?

Илеора какое-то время молчала.

– Трудно сказать, что будет после, но я попытаюсь, – ответила она. – Только лучше тебе встретить меня в дороге. Ведь после свадьбы мы отправимся в Друргоу.

– Куда?

– «Страна тумана» на древнем языке, – пояснила Илеора.

– Ах, вон оно как. Так, наверное, даже лучше, – кивнул Вадим и добавил тихо: – Спасибо тебе за все, Илеора. Если бы не твоя доброта, граничащая с глупостью, наверняка я бы уже лишился головы.

Илеора почему-то тяжело вздохнула.

– Мне бы хотелось помогать тебе и дальше, – сказала она. – Почему-то мне кажется, что это очень важно. Знаешь историю про колдуна Рисша?

– Не-а, – Вадим хмыкнул. – Только не надо мне ее зачитывать наизусть, иначе я засну.

– Хорошо, расскажу кратко, – смутилась Илеора. – Этот колдун путешествовал во времени и однажды наткнулся на брошенного ребенка. Он не должен был вмешиваться в чьи-то жизни, но почему-то пройти мимо малыша не смог. Ему казалось это жизненно необходимым. Он выходил мальчика, даже научил колдовству. И в какой-то момент понял, что этим ребенком был он в прошлом. Получается, если бы он сам не помог себе маленькому, то не существовал бы.

– И я, по-твоему, как этот брошенный мальчик?

Илеора молча коснулась кровати ладонью.

– Да-а-а, – протянул Вадим. – Похоже на то. Только, знаешь, я не люблю эти сказки про путешествие во времени. Нужно учесть столько парадоксов и допущений… Все это какая-то метафизика.

– Что? – Илеора резко развернулась. – Что за слова ты говоришь?

– Эм-м-м… – Вадим почесал затылок. – Ну это слова, которые используют у меня на родине.

– А я подумала, ты колдуешь, – нахмурилась принцесса.

– Куда уж мне, – Вадим пожалел, что не умеет колдовать на самом деле. Это решило бы многие насущные проблемы.

– Послушай, – робко начала Илеора, – тебе не придется скрываться под кроватью все время, если расскажем няне. Знаешь, я подумала, что смогу убедить Нору. Она очень любит меня и, если мы все объясним, не станет звать стражу. И вообще у нее есть знакомые за пределами дворца, вдруг кто-нибудь согласится тебе помочь?

– Хм, – Вадим задумался. – Ты уверена в Норе? Все-таки она подданная твоего отца, а он приказал…

– Я уверена, – Илеора перебила его. – Она помогала нам с матушкой готовить побег. Она едва избежала наказания отца. Мне пришлось тогда солгать ему, что Нора тяжело болела. В общем, это долгая история…

– Ладно, – согласился Вадим. – Только для начала ты спросишь Нору, как бы она отнеслась к чужаку под кроватью? А потом только расскажешь…

– Да, я так и сделаю, – согласилась Илеора.

– Только выбери момент, не надо в лоб спрашивать, – уточнил Вадим. – Иначе она все поймет.

– Да, конечно, – кажется, Илеора повеселела. – А что еще интересного есть у тебя на родине?

Вадим не знал, что говорить, чтобы принцесса его поняла, потому решил рассказать о жизни людей у моря, где выращивают абрикосы и виноград. Выходило довольно складно и, что очень важно, правдоподобно. Илеора слушала и восторженно вздыхала. Иногда задавала вопросы. К моменту, когда Вадиму казалось, что он исчерпал все, что знал о винограде и жизни на юге, принцесса начала засыпать.

– Эй, Илеора, топай-ка на верхний этаж, – разбудил ее Вадим, слегка ущипнув за щеку.

– А? Куда? – пробормотала она спросонья.

– Иди, говорю, отсюда. Уже ведь спишь.

– Да, ты прав, – согласилась она и выбралась из-под кровати.

И вслед за ней ушли тревоги. Вадим закрыл глаза и подумал, что у них непременно все получится.

Утро снова началось с гремящей подносами няни и похода на горшок. К счастью, принцесса в это время спала сладким сном, а Нора не торопилась возвращаться. Илеоре не снились кошмары. Она спала на спине, раскинув руки и безмятежно улыбаясь чему-то во сне. Вадим засмотрелся на прелестное лицо, которое и сейчас казалось знакомым. В голове, словно отголоски чьей-то чужой истории, мелькали мутные черно-белые кадры.

Он видел эту девушку тут – в этой комнате, в этих стенах – и видел ее же на берегу реки. Она выглядела немного иначе, возможно, младше. Но это была она – Вадим не сомневался. Он решил рассказать о странных мыслях принцессе, когда та проснется. Ведь если и принцесса узнала его, проще будет вспомнить. Хотя сам он понятия не имел, когда успел побывать здесь раньше, и почему напрочь забыл об этом времени.

Вадим походил по комнате, разглядывая рисунки на стенах – вдруг какие-то детали помогут памяти зацепиться. Но узоры совершенно ничего не напоминали. Без Илеоры они не имели никакого значения.