Громче меча 4
Шрифт:
Идём по полированному чёрному мрамору, к чёрному трону, габариты и высота которого могут что-то говорить о каких-то комплексах его владельца. Ну, как у некоторых неправильных БМВшников, которые колхозят себе прямоток на два литра сока, а также вешают не оригинальные М-обвесы и шильдики.
— Что-то тут как-то не очень… — произнёс Маркус.
— Слишком дохуя понтов для человека, контролирующего только пределы этого дворца… — кивнул я.
Доходим до специальной отметки, дальше которой заходить нельзя, если, конечно, не хочешь нанести императору серьёзное оскорбление.
Пришли
«И сколько нам ждать этого мудака?» — спросил я себя, глядя на пустой трон.
В зале присутствует только дворцовая гвардия, двадцать человек. Они стоят у стен, с незаряженными ружьями, оснащёнными позолоченными штыками, в тон декоративным доспехам, которые я могу протыкать пальцем.
Насколько мне известно, у императора есть полторы тысячи дворцовых гвардейцев, которые, как ни странно, оплачиваются из моего кошелька — они живут на налоги, собираемые с моих кварталов.
У императора есть и другие кварталы Юнцзина, где ещё фунциклируют советы кварталов и председатели, но доход с них смехотворный, так как они ещё не восстановились после мора, осады и голода.
Всё, что я вижу здесь, во Дворце Тёплого Лета — это сраная мишура, которая должна вызывать шок и трепет, но нихрена не вызывает и существует просто так, по традиции.
«А ведь можно, буквально, в любой момент, перекрыть императору краник и он сам рухнет с трона — из-за острого дефицита бюджета и калорий», — подумал я. — «Но, нет, это будет слишком некрасиво — население не поймёт. Нужно обязательно устроить вооружённый захват дворца, чтобы все поняли, что это само Небо наслало на нечестивца свою кару».
Наконец, в зал вошёл император, сопровождаемый чэнсяном Сунь Шилу, тремя чиновниками-самописцами из Цензората, а также неизвестным мне евнухом, скорее всего, главным евнухом императорского двора.
Сунь Шилу, за прошедшее время, существенно приподнялся — он стал чэнсяном, то есть, канцлером, заведующим всеми гражданскими делами. Это 1-й ранг, высший — дальше ему взлетать просто некуда. При попытке взлететь выше он упрётся головой в жопу императора.
— Приветствуйте великого Сына Неба!!! — заголосил выскочивший из-за трона хунлу Чан Сыбэнь.
Мы сразу же падаем на колени и начинаем отбивать положенные поклоны — по заведённой мною традиции, разбиваю мрамор лбом.
— Встань, дафу Вэй! — призвал хунлу.
Встаю на ноги, а Маркус остаётся на поле, изучать трещины на мраморе.
— Кхм-кхм! — кашлянул хунлу Чан и развернул пергаментный свиток. — Дафу Вэй, за надлежащую подготовку непобедимой армии, полное подавление эпидемии мора, восстановление продовольственной безопасности столицы, строительство десятков школ и иные успехи во славу Великого Сына Неба, награждается титулом наня и орденом Золотой Жабы II-й степени!
Нань — это что-то вроде барона. Низший наследный аристократический титул, не дающий практически ничего, кроме того, что ко мне теперь обязательно надо на «вы», если сословием не вышел.
Хе Яньсюн, как раз, сын наня, съебавшегося, в самом начале мора, далеко на восток. И пусть мы, в неформальной
обстановке, говорим с Яньсюном на «ты», теперь можем говорить так и в формальной обстановке.Падаю на колени и повторяю упражнение — добиваю многострадальный мрамор своей пуленепробиваемой головой.
— Генерал армий Чжи!!! — проорал хунлу.
Маркус поднялся на ноги и приложил правый кулак к груди.
— Генерал армий Чжи, — начал хунлу, — за уничтожение 230 000 личных врагов Сына Неба, с заботой созерцающего процветающий мир под ним, за полное уничтожение мерзких и презренных последователей Порочного Цикла и благополучное возвращение непобедимой армии Сына Неба в Юнцзин, награждается титулом гун, орденом Чёрного Тигра I-й степени, а также ему вручается в правление, во славу величественного Сына Неба, провинция Бэйлин!
А вот это — О. Х. У. Е. Т. Ь.
Провинция Бэйлин — это пиздец!
Крупнейшие залежи железной руды — там. Второе, во всей Поднебесной, по значимости, месторождение серы — там. Крупнейшие железоделательные мощности — там.
Ван Цзин Шаньго, владеющий провинцией Бэйлин, практически официально таскает на хую самого императора, потому что богат настолько, что ему можно игнорировать любые требования из столицы, без каких-либо последствий.
И когда император призвал его на войну против Порочного Цикла, ван Цзин, традиционно, послал его в хуй и был таков.
Понятно, для чего это делается — босс-кровосос решил, что надо разделить нас с Маркусом, чтобы стало чуть более безопасно.
Ну и, в лучших традициях дворцовых интриг, заодно и избавиться от охуевшего вана, слишком открыто пославшего императора.
Расчёт был на тщеславие Маркуса. Возможно, они думали, что от победы над Порочным Циклом, у него сильно вырастет ЧСВ и появится жажда власти, но они просто не знают его.
Маркус, как и ожидалось, избил мраморный пол лбом.
— Можете быть свободны! — отпустил нас хунлу.
Император, как обычно, не проронил ни слова, но смотрел на нас с живейшим интересом.
Главный евнух дал знак — в зал вошла группа его собратьев, которые занесли сундуки с наградами. Если я верно помню, то золотая жаба II-й степени весит примерно 15 килограмм.
А вот сколько весит Чёрный Тигр I-й степени — тут уж хрен его знает. Изготавливается эта статуя из обсидиана, поэтому не должна весить слишком много.
Получаю свою жабу, а Маркус принимает своего тигра — дома посмотрим…
*1483-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и наня Вэй Та Ли*
— Ой, да камон! — возмутился Маркус, открыв сундук. — Обсидиановый тигр, блядь?
Чёрный тигр стоял в боевой стойке, то есть, приготовившийся к решительному броску. Зубы его изготовлены из серебра, а глаза — огранённые сапфиры.
В длину эта статуэтка примерно сантиметров тридцать, а в ширину — не более пятнадцати. Но изготовлена очень качественно — самое оно, чтобы поставить в шкаф в кабинете чиновника средней руки, рядом с набором самурайских мечей, подаренных на день рождения «друзьями из 90-х».