Гум-Гам

– Все понятно!

Увидев доктора, перестали смеяться взрослые, за ними – школьники, а кое-кто закричал:

– Гум-гам! Привет, Гум-гам!

Доктор поднял руку и, приятно улыбаясь, сказал в полной тишине:

– Смейтесь на здоровье! Десять минут смеха полезнее, чем стакан сметаны.

Доктор что-то записал в своем блокноте (разумеется, новую игру), вскочил в машину и уехал. Взрослые сразу успокоились, а дети, захватив с собой Зайчика, помчались на улицу. Осталась одна бабушка: она разыскивала в траве утерянную поварешку.

Фантазер был раздосадован, что он не рассмешил целый двор. Не из-за него, а из-за Зайчика прикатил Гум-гам в докторском скафандре, чтобы научиться играть в смех. Максим даже обиделся на Зайчика, который ни в чем не был виноват.

Максим и не подозревал, что его друг – веселый доктор – удирает сейчас на «скорой помощи» от милиции. Кто знает, почему милицейский мотоцикл помчался с перекрестка за белой машиной. Обычно машине с красным крестом всегда свободный путь на перекрестках. Но тут милиционеры, проводив взглядом быструю машину, засвистели и вскочили на свой мотоцикл. Вот это была гонка по самой середине широкой улицы! «Скорая» выла, все машины тормозили, светофоры заранее включали зеленый свет. А сзади торопливо трещал мотоцикл.

Потом «скорая» свернула в переулок. Мотоцикл, резко сбавив скорость, последовал за ней.

Это был тупик. Обычный, очень короткий переулок упирался в широкий дом. Мотоцикл торжественно прострекотал до самых ворот дома. Ворота были закрыты. «Скорой помощи» в переулке не было.

Милиционеры, осадив мотоцикл, внимательно осмотрелись. На тротуаре стояла детская коляска. Рядом с коляской – мальчишка в белом халате: наверное, школьник, убежавший с урока. И все. Никаких больше машин, никакого транспорта.

Мотоцикл трижды объехал пустынный переулок и, недоуменно стрекоча, выкатил на улицу…

Ну и натерпелся страху Гум-гам! Он был совсем не рад, что ввязался в эту игру со смехом. Еле улизнул от милицейского мотоцикла! Даже белый халат не успел снять.

– Не умею я играть со взрослыми! – пробормотал Гум-гам.

Гум-гам оставил на тротуаре детскую коляску, которая несколько минут назад была быстроходной «скорой помощью», и направился в знакомый двор. Вдруг он удивленно поднял голову: ветер нес ему навстречу синюю фольгу. Гум-гам усмехнулся: ктото жевал сейчас лунад и выбросил обертку в окно.

…Голубая фольга «Я ВСЕ УМЕЮ» усеяла тротуары, садовые дорожки, лестницы.

«Я ВСЕ УМЕЮ» – подметали дворники с утра до вечера.

«Я ВСЕ УМЕЮ» – разносил ветер по городу.

АВТУК

– Я самый неудачливый в мире, – жаловался Гум-гам другу. – Ничего у меня не получается. – Мои маски никому не нравятся. Милиция почему-то гоняется за мной… И еще этот глупый зеленый лук!

– Какой лук? – спросил Максим.

Гум-гам рассказал, чем кончилась его игра в маски и смех, и не хотел упоминать нелепую историю с луком, но случайно проговорился. Он был в белом халате, надетом поверх скафандра, – веселый доктор еще час назад, а теперь – несчастный игрун.

Оказалось, Гум-гам подсмотрел, как Максим наказал трех драчунов, и сказал себе: ну, теперь я могу подшутить над любым грубияном. За воротами он увидел ужасного, как ему показалось, грубияна. У овощного ларька человек в серой шляпе сердито выговаривал продавщице: «Ну разве это зеленый лук? Это прошлогоднее сено, а не лук!» Покупатель размахивал каким-то грязно-желтым пучком, и очередь за его спиной грозно гудела. Как вдруг покупатель схватился за голову, и все ахнули, из шляпы, новой серой шляпы сердитого человека, пробивались сочные перья превосходного зеленого лука. Тут поднялся такой шум, что Гум-гам перепугался и решил: нет, ему ни за что не победить грубияна! И он незаметно исчез…

– Но почему ты решил, что он грубиян? – спросил Максим, размышляя об этой странной истории.

– Он говорил грубое слово «лук»! – убежденно произнес Гум-гам. – И очень грубым голосом.

Максим рассмеялся. Они сидели в беседке, скрытые от всего мира зеленой вьющейся стеной. Там, за этой надежной стеной, ходили из магазина в магазин покупатели, наблюдала за автомобильным порядком милиция и любитель свежего лука возмущенно обрывал со своей шляпы сочные перья.

– Ты обидел этого человека, – серьезно сказал Максим. – Когда кто-то говорит «лук», «морковь» или «репа», он просто хочет лук, морковь или репу. Но если кто-нибудь говорит «собака», а рядом никакой собаки нет и в помине, значит, этот человек ругается. Понимаешь?

Гум-гам тяжело вздохнул:

– Не понимаю… Раньше я всегда только выигрывал, и вот пожалуйста: что-то со мной случилось… Ничего я не понимаю… Может быть, я нарушил запрет?.. Может, на меня сердится Автук?

И сразу же после этих слов для Максима пропал весь привычный за зеленой стеной беседки мир и возник другой – мир спокойного голубого пространства, с кочующими шарами домов, с одиноким стариком на летящем неизвестно куда облаке, с вечным утренним солнцем.

– У вас еще не наступило «завтра»? – спросил Максим.

– Нет, не наступило. – Гум-гам покачал головой. – Я думаю, оно никогда не наступит.

– Не наступит… – задумчиво повторил Максим.

Гум-гам огляделся по сторонам, шепотом сообщил:

– Я узнал… Я узнал, кто остановил время…

– Кто? – Максим от волнения подскочил.

– Его звали Почемук…

– Почемук, – произнес вслед за другом Максим.

– Может быть, я неправильно говорю. Наверное, его звали Поче-мук… Мне рассказал Кри-кри, а он старше меня, он помнит, как это было… Однажды Поче-мук взял да и разобрал на части свой автомат. Я, кажется, говорил тебе, что на день рождения нам всем дарили Автук. И у Поче-мука был свой Автук. Но он хотел узнать, что у Автука внутри, и сломал его.

– Вот молодец!.. А что оказалось внутри? – возбужденно сказал Максим.

– Тс-с! – Гум-гам приложил к губам палец. – Это страшная тайна…

– Тайна?

– Страшная тайна, – повторил Гум-гам. – Потому что никто этого не видел.

– А-а, – разочарованно протянул Максим.

– Ты ничего не понял, Максим! – возмутился Гум-гам, увидев скучное лицо друга. – Ты не понял самое главное: почему эта тайна – страшная.

– Ну! – нетерпеливо сказал Максим.

– Слушай! Он, этот несчастный Поче-мук, когда развинтил свою машину, перестал с нами играть и не выходил из дома. А потом однажды он подошел к окну, увидел Кри-кри и попросил у него зонт.

– Зачем зонт?

– Он спустился с этим зонтом на землю, чтобы охотиться на диких зверей.

– На диких зверей? Здорово! Он смелый человек, ваш Почемук! убежденно сказал Максим.

– Просто он не мог жить без Автука так, как жил раньше, – пояснил Гум-гам. – Ведь у него ничего больше не было. Никаких вещей, даже еды.

– И что же тут страшного?

– Это было утром… – продолжал Гум-гам. – Конечно, утром! Сначала все ребята очень удивились, как бесконечно тянется утро, и ждали, когда наконец зайдет солнце. Но оно все светило, все слепило нас. И сейчас оно на том же самом месте…