H2o

– Дверь открой, - вынося на руках усыпленную девушку из подъезда, сказал я стоявшему рядом с машиной охраннику.

Павел не растерялся, и поспешно распахнул пассажирскую дверь. Похищение произошло тихо и незаметно, ни в подъезде, ни во дворе, лишних свидетелей не было.

– А я еще думаю, зачем номера снимать, - бубня себе под нос, охранник выруливал со двора: - оно и понятно, за доехать никто десять тысяч платить не будет.

Вернуть регистрационные номера на место, остановившись у соседних гаражей, а так же доехать до парковки у клиники, удалось без происшествий. Воспользовавшись черным ходом, через который выносили с кухни мусор на помойку, я занес девушку в здание клиники и поднялся с ее телом на руках на самый верх. Одна из реабилитационных палат, прибранная и застеленная свежим бельем, приняла своего нового жильца.

– Что случилось? – очнувшаяся, Лариса начала озираться по сторонам.

– Мы так с вами и не познакомились, - отойдя от кровати на максимально возможное расстояние, я постарался создать у девушки ощущение свободы: - когда я вошел, вы отчего-то упали и потеряли сознание.

Я не опасался того, что девушка будет испытывать боль в том месте, куда попал мой кулак. Бил я аккуратно, точно в челюсть, туда, где мышечный покров был минимальным. В дополнение к этому, сама девушка испытывала постоянную дергающую боль в нижней части лица из-за распространяющейся опухоли.

– Где я? – наконец-то остановившись на мне взглядом, в выражении ее глаз появилась осмысленность.

– Это клиника, здесь проходят реабилитацию те, кто пострадал в результате пластических операций, - решив, что первый испуг прошел и ничего страшного не случится, я сместился к окну: - есть новая методика, вы попали в число людей, которым предлагается пройти лечение. Медикаменты экспериментальные, так что для вас это ничего не будет стоить.

– Как я сюда попала? – до сознания девушки начало доходить, что с ее появлением здесь не все гладко.

– Вы упали в обморок, я как раз зашел в вашу квартиру, мне некогда было ждать, пока вы очнетесь, по результатам нашего общения, с девяносто процентной гарантий вы согласились бы поехать со мной, я просто не стал терять время и привез вас сюда, - рассматривая происходящее за окном, я краем глаза отслеживал ее движения.

– Как отсюда выйти, я хочу домой! – вскочив с кровати, на которой до этого она приняла сидячее положение, Лариса кинулась к единственной закрытой двери.

На ее пути попалось зеркало, проскочив мимо, она ухватилась за ручку и открыла не запертую дверь. Ожидая обратного, девушка замерла, после чего несмело выглянула в коридор. В коридоре было пусто и тихо, недалеко от двери палаты находилась лестница, снизу доносились голоса двух женщин. Уборщицы, встретившись этажом ниже, что-то обсуждали, устроив себе перерыв в работе.

Лариса продолжала стоять на пороге, явно успокоенная мирной «картиной» окружающей ее обстановки. Обернувшись, она посмотрела на мою фигуру, молча разглядывающую что-то за окном. Ее взгляд снова зацепился за зеркало, висящее на боковой стене. Сделав несколько шагов, она подошла вплотную к амальгамированному стеклу. Отсутствовавшая марлевая повязка, позволяла во всех деталях рассмотреть обезображенную внешность.

– Долго продлится лечение? – после пятиминутного молчания, Лариса обратилась с вопросом.

– А тебе есть куда спешить? – ответив вопросом на вопрос, я не стал давать никаких гарантий.

Новый виток исследований захватил меня с головой. Я и раньше замечал, что между инфоматрицами, полученными при помощи фотонного лазера и снятых при считывании с воды данных, есть некоторая разница. Задавшись теперь целью глубже изучить этот вопрос, я побочно добился изменения плотности воды. Это было абсурдным, это было не научным. Всем, любому и каждому, было известно, что вода является не сжимаемой субстанцией. Тем не менее, при многократном обнулении ее инфоматрицы, объем жидкости уменьшался, а плотность увеличивалась.

– Залезай давай, - скомандовал я ждущей в халатике на голое тело Ларисе.

– Опять холодная? – капризно уточнила она.

– Теплая, - потрогав плотную жидкость рукой, я добавил: - почти.

– Изверг! – перестав стеснятся меня уже на третий день «водных» процедур, молодая девушка скинула одежду и залезла в воду: - брр-рр!

– Двадцать девять градусов, закрой глаза и представь, что ты на Бали, - после того, как мы пару раз поговорили «по душам», с вечера до поздней ночи, я многое о ней узнал.

– А где принц на белой яхте? – принимая горизонтальное положение в воде, капризно спросила Лариса.

– Чинит мотор, скоро будет, - отходя от двух с половиной метровой ванны, я склонился над экраном компьютера.

– Какой мотор?! Яхта под парусом! – девушка продолжила «капризничать».

– Значит ветер стих и он ждет погоды, - введя последние параметры, я откинулся на спинку кресла и сменил тон, показывая, что началась работа: - таблетку съела?

– Съела, съела, - голос девушки так же приобрел изменения, вынырнув из своих грез о принце, она вновь оказалась в клинической палате.

– Вдохнула и пошла, - отдал я команду на погружение.

В отличие от меня, который в начале экспериментов не мог задержать дыхание даже на тридцать секунд, Лариса держалась под водой почти две минуты. При ее худобе и не умению плавать, данный факт казался очень впечатляющим.

Уплотнение перепрограммированной воды позволило получать детальную картину биополей человеческого тела. Я даже перезаписал собственные показания, обновив эталон и сделав его основным. В купе с лазерным сканированием, мне удалось добиться выявления разночтений в инфоматрицах, которые я получал разными способами.

Найдя узловые точки, я произвел взаимосвязь между схемами биополей и получил требуемый вектор градиентов. Боясь спугнуть удачу, я неспешно вводил параметры отклонения, обновляя вручную инфоматрицу Ларисы. У девушки имелись поражения тканей лицевой части тела, но я взял в разработку весь объем, не уверенный, что можно, а что нельзя, отделять друг от друга.

Провозившись до четырех ночи, я поздно лег, но попытка уснуть, чтобы завтра с утра перепроверить созданную инфоматрицу, окончилась не удачей. Я ворочался, переворачивался ногами к подушке, даже сменил кровать на диван. Сон не желал идти, отпугиваемый испытываемым мной нетерпением.

«-Хрен с тобой», - отчаявшись заснуть, я направился в палату к Ларисе.

Так же как когда-то с Альбиной, я вставил спящей девушке в уши свои наушники и запустил воспроизведение файла. Наблюдая в ночных тенях, как меняются черты ее лица, приобретая невинную молодость, я невольно залюбовался достигнутым эффектом. Трехминутный трек уже давно «отзвучал», а я все сидел у изголовья ее кровати и смотрел на полученный результат.

Пробуждение выдалось несколько сумбурным, не сразу сообразив, что происходит, я сначала скрутил забравшуюся ко мне в постель девушку, и только после этого открыл глаза. Лариса явно была не в себе, тяжело дыша, она тянулась ко мне как ненормальная, и это с заломленной за спину рукой.