H2o

Пробуждение вышло смазанным, вот я в темноте, а вот я в комнате. Глянув вверх и увидев стеклянную крышу, я определил свое местоположение как клиника, третий этаж. Это не могло не радовать и обозначало, что охранники выполнили свою задачу на отлично. Предполагая, что когда-нибудь может возникнуть ситуация, что меня сильно «помнут», я оставил четкие указания на этот счет.

В случае доставки моего тела в клинику, его следовало отнести в комнату. Апартаменты, которые я оккупировал под свое постоянное проживание, были оборудованы системой панорамного звучания. Неуловимая для обычного слуха, «музыка» играла всегда, и когда я был «дома», и кода уезжал по делам. Стоило моему телу оказаться в этой комнате, как процесс восстановления начинался сам собой, гарантируя излечение через несколько часов.

– Ты вообще человек? – раздавшийся в тишине комнаты голос, принадлежал Альбине.

– Привет Аль, конечно человек, - повернувшись на бок, я разглядел девушку, забравшуюся с ногами в кресло и ждущую моего пробуждения.

В комнате был погашен весь свет, только огни города проникали через стеклянную крышу, накладывая на внутренний интерьер странные тени. Лицо девушки оказалось в тени, оставляя простор для моей фантазии об испытываемых ею чувствах.

– Ты зачем опять спровоцировал моего шофера? – разрушая иллюзию того, что она обо мне беспокоилась, спросила девушка.

– А ты зачем меня на переднее сиденье отправила? – тоже возмутился я.

– А почему это ты должен был рядом со мной ехать? – прозвучавшее в ее голосе искреннее возмущение, заставило меня сбавить пару «оборотов».

– Ну, ты же назвала меня своим парнем, - обосновал я свои претензии.

– Пфф,- раздалось в тишине полутемной комнаты: - это был единственный для тебя способ встретится с отцом, я просто тебе помогла, ничего более.

Откинувшись на спину, я попробовал в себе разобраться. Прозвучавшие слова были и правильными и логичными, только вот мне, почему-то сделалось очень обидно. Оказывается, это была всего лишь благодарность с ее стороны. Насмотревшись на фото изуродованных девчонок, а потом на их же счастливые и красивые лица, Альбина вспомнила себя и то, что я ей помог.

– Аль, оставь меня, - попросил я.

Помимо обиды за ее благодарность, я поймал себя на чувстве, что расстроен из-за того, что не являюсь ее парнем. Новое, оно затопило мое сознание и я полностью ему отдался, впитывая все оттенки и полутона. В тишине помещения раздался телефонный звонок, девушка нажала на экран, принимая входящий вызов.

– Да, хорошо, скоро приедем, - короткий разговор не занял и десяти секунд.

Казалось бы мелочное событие, но оно развеяло ту эмоциональную «пучину», в которую я окунулся и пребывал последние минуты.

– Отец звонил, надо ехать, - помедлив, она добавила: - он отменил поездку и остался дома, для тебя это действительно последний шанс.

– Знаешь, я бы хотел думать, что это наш шанс, а не только мой, - остатки «разбитого» состояния выплеснулись в озвученной фразе.

Из шкафа пришлось доставать новую одежду, на то, во что превратились мои вещи, после избиения на парковке, было жалко смотреть. Выбрав нейтральные тона, я быстро оделся, Альбина уже стояла на выходе из помещения.

В холле клиники дежурил одинокий охранник, увидев меня, целого и невредимого, он лишь качнул головой, выражая свое отношение к творящимся здесь делам. Проходя мимо, я поблагодарил его за четкие действия согласно инструкций и пообещал выдать премию. На улицу опустился поздний вечер, одинокая машина стояла на парковке, ожидая свою хозяйку.

Шофер Валя, как и в прошлый раз, открыл перед Альбиной заднюю дверь в салон автомобиля. Я дождался пока она сядет на сиденье, после чего ударил водителя. Упавший на асфальт, Валя вяло трепыхался, находясь на грани нокаута. Чтобы девушка не вздумала мне мешать, я захлопнул пассажирскую дверь перед ее лицом. Багажник машины оказался просторным, засунув туда все еще не пришедшего в себя охранника, я прошел вперед и уселся на водительское место.

– Если уж и сидеть спереди, то за рулем!
– заполняя паузу, возникшую в салоне автомобиля, сказал я и завел двигатель.

Машина ехала хорошо, дорогу я примерно помнил, так что через час езды мы оказались перед воротами нужного особняка. Автоматически раскрывшиеся створки подразумевали наличие какого-то сигнального устройства, впрочем, внешне я ничего не заметил. Подъехав к крыльцу, я вышел из машины и подошел к задней двери. За всю дорогу Альбина не проронила ни слова, чем существенно подпортила и без того дерьмовое настроение. Проигнорировав поданную мной руку, девушка самостоятельно покинула салон автомобиля, дождавшись открытия двери.

– Дочь, оставь нас, - после того как мы с Альбиной молча прошли через половину особняка и зашли в его кабинет, Рубен Идальгович попросил девушку удалиться.

Расторопный слуга, судя по одежде выполняющий функции официанта, расставил чайный набор за небольшим столиком в углу огромного кабинета. Только после того, как мы вновь остались вдвоем, Рубен Идальгович начал разговор.

– Мне доложили, что по дороге возникло небольшое недоразумение и поэтому вы задержались, - хозяин кабинета задал тему для начала беседы.

– Альбина просила никогда не бить ее водителей и охранников, - не готовый к такому повороту, я сказал, как есть.

– И поэтому вы ничего не делали? – обозначив детальную осведомленность в произошедшей драке на парковке, он слегка удивился.

– Ну почему же ничего не делал, я смотрел и ждал, - ответил я и, встретившись с его вопросительным взглядом, пояснил: - смотрел на вашу дочь и ждал, когда она остановит своего человека.

– И как, дождались? – пригубив чашку, Рубен Идальгович сделал небольшой глоток.

– Не знаю, - честно признался я: - от удара ногой в голову я потерял сознание и, что было дальше, не помню.

Воспользовавшись паузой в разговоре, я тоже взял налитую для меня чашку и попробовал горячий напиток. Чай был как чай, из обычных пакетиков он заваривался не хуже.

– Кстати, а где сейчас находится этот человек? – поставив свою кружку на блюдечко, Рубен Идальгович напомнил мне об водителе.

– Гхм, наверное его надо вынуть из багажника, - смутившись, толи попросил, толи признался я.

– Значит не били? – почему-то развеселившись, еще раз уточнил он.

– Один раз ударил! – с самым честным выражением, на какое был способен, оправдался я.

В кабинете появился официант, судя по всему, у хозяина кабинета имелась какая-то возможность вызывать слуг и охранников, не привлекая внимания посетителей и гостей. Склонившись к Рубен Идальговичу, халдей выслушал пару слов, произнесенных тихим голосом, и с поклоном удалился.

– Наверное мне нужно пояснить некоторые моменты, чтобы в будущем вы правильно понимали ситуацию, - сложив руки на животе, он собрался с мыслями: - раньше моя семья жила в другом месте, мама Альбины погибла в результате покушения, и дочь росла замкнутой и одинокой. Единственным ее другом был соседский мальчишка, защищавший болезненную и худую девочку.