H2o

– Пусти, - раздувающиеся ноздри трепетали на ее красивом лице, присмотревшись при утреннем свете, я понял, что она не только лишилось уродующей внешность опухоли, но и помолодела на несколько лет.

Разжав захват, я не стал сопротивляться тому, что задумала сделать благодарная Лариса. Девушка была решительно настроена и я все ждал, когда это случится.

– Ой! – замерев, она вылупилась на меня от неожиданности.

– Гхм, побочные последствия от приема экспериментальных медикаментов, - привычным жестом поправив отсутствующие сейчас на переносице носа очки, я добавил: - продолжайте пожалуйста, надо все-все детально зафиксировать.

– Ты знал! Гад! – стукнув меня своим кулачком в грудь, Лариса с отчаяньем посмотрела себе ниже пояса.

– Откуда я знал? Ничего я не знал! – для вида я слегка возмутился.

– Ну и ладно, я не жалею!
– обдумав случившееся, она с интенсивностью возобновила прерванный дефлорацией процесс.

Через три дня Лариса съехала с занимаемых апартаментов. Убедившись, что состояние девушки стабильно и частоты колебаний биополей находятся в рамках допустимого, я с легким сердцем ее отпустил. Вчера ночью, девушка убедила меня дать ей еще одну таблетку, аргументируя свое требование тем, что надо вернуть все-все в первозданное состояние. Зачем девушке вновь становиться девственницей я не стал спрашивать, разумно решив, что это не мое дело.

Глава34

Месяц пролетел в рутинной работе. Найдя еще несколько девушек, я пригласил их в клинику. Устраивать похищение, как с Ларисой, больше не было необходимости, впечатленные современным зданием и дорогим интерьером, пострадавшие от операций согласились пройти лечение. Выделенные палаты со стеклянной крышей на время курса реабилитации также сыграли не последнюю роль, так что работа шла в несколько потоков одновременно.

Так близко, как с Ларисой, я больше ни с кем не сходился. Это было и не нужно и вредно для бизнеса. Учтя прежние ошибки, я восстанавливал только поврежденные участки тела, не касаясь всего остального. У двоих из пяти девушек уже имелись имплантанты в организме, так что я смог всесторонне изучить этот вопрос и добиться того, чтобы увеличенная грудь или выпрямленные ноги, остались в том виде, в каком они были до попадания в мою клинику.

– Валентин Эдгарыч, к вам родители, - вызов по селекторной связи пришел с поста охраны.

– Хорошо, проводите их в левый зал на втором этаже, - дав указания, я встал из-за стола и покинул свой кабинет.

Накануне вечером, маме позвонили из деканата и поинтересовались, почему ее сын не ходит на занятия в институт. Я как-то совсем упустил этот вопрос из вида и не подстраховался. Вскрывшаяся правда потребовала еще большей правды, так что в результате телефонных выяснений отношений сегодня мои родители решили наведаться на мое новое место работы.

– Ма, пап, - встретив их в коридоре, я открыл дверь, пропуская внутрь помещения.

В зале ничего не изменилось, те же диваны белой кожи, тянущиеся вдоль одной из стен, стекло от пола до потолка вдоль другой. Подходить и садиться за модный стол с футуристического вида компьютером я не стал. Проводя мать до дивана, я присел рядом.

– Ну вот, это мое место работы, здесь я встречаю клиентов и провожу с ними беседу, - обведя жестом руки окружающую нас обстановку, сказал я.

– И что? На эти диваны ты променял свое будущее великого ученого? – мать была заранее негативно настроена и все блестящее и красивое вокруг еще больше ее раздражало.

– Мам, это и есть наука, только чтобы ее двигать вперед, нужны деньги, - попытался я донести до нее свою мысль: - так что и пользоваться благами науки пока могут только те, у кого есть деньги. Ну а такие люди, богатые, привыкли видеть вокруг себя роскошь и эксклюзив.

– И что это за наука такая на диванах! – прицепившись к мебели, мама не желала успокаиваться.

– Давай я тебе покажу, а ты уже сама решишь, наука это или нет?! – сделал я беспроигрышный ход.

Необдуманно согласившись, мать растеряла всю решительность, когда выяснилось, что надо войти в одну из комнат и полностью раздеться. Отец пришел мне на помощь и убедил маму, что он рядом и ей нечего не грозит. Путем еще пятнадцатиминутных уговоров и объяснений, я смог заполучить отсканированную фотонным лазером инфоматрицу биополей маминого тела.

– Ну! И где здесь наука? – пережив небольшой стресс, мам немного успокоилась но еще не до конца.

– Подожди немного, я пока подготовлю второй сеанс процедур, - подведя ее к так невзлюбленным диванам и усадив назад, я попросил: - заодно посмотришь на себя в молодости.

Запустив проектор, я не сразу обратил внимание на воцарившуюся тишину в помещении. Мать с отцом сидели взявшись за руки и смотрели на лазерную проекцию. Одетая в легкое платье, копия мамы в полный рост слегка покрутилась вокруг своей оси, после чего сделала несколько шагов к замершим родителем. Голограмма шагала неспешно, с каждым шагом молодея на год или два. Расстояние было не большим, так что приблизившись вплотную, на маму нынешнюю смотрела она же, тридцатилетняя.

– Гмм, - не выдержав, она разрыдалась.

Отец прижал ее к себе, обхватив за плечи. Брошенный в мою сторону взгляд, не сулил ничего хорошего. И я его отлично понимал, напомнить женщине о ее возрасте, мог только совсем не разбирающийся в психологии человек.

– Мам, я работаю с технологией, которая сделает тебя такой, какой ты сейчас себя видишь, - приблизившись, я опустился перед ней на колени: - это произойдет не сразу, но каждый день, день за днем, ты будешь жить назад, и ровно через год, ты станешь такой-же, какой была много лет назад.

– Неужели это возможно? – протянув руку вперед и погладив меня по щеке, мать сквозь слезы не могла поверить моим словам.

– Возможно, но не для всех, далеко не для всех, - обозначил я существующее положение дел.

– У нас нет таких денег, - даже не спрашивая сколько, мама грустно улыбнулась.

– Ну, сотрудникам положены скидки, - ввернул я «избитую» фразу, вызвав улыбку даже на суровом лице отца.

– Нет, не надо, потом, - согласная, но испытывающая естественный страх перед неизвестным, мама пошла в отказ.

– Поздно, я уже запустил процесс, ингредиенты потрачены и если через два часа их не использовать, то они пропадут и с меня за них спросят, - как бы мне не хотелось, но «ложь во благо» все же пришлось использовать.

– Ну, я, - замялась мама.

– Пошли-пошли, - вставая с колен, я потянул ее за руку: -батя, тоже пошли, там опять раздеваться придется.

– Ох, - думавшая, что с этим покончено, мама вновь принялась переживать из-за пустяков.

Проведя родителей в правое крыло, туда, где раньше было отделение пластики лица, я открыл дверь с почти таким-же интерьером. Отличие этого зала от предыдущего было в меньшей площади и наличии круглого стола с несколькими стульями.