Хаос внутри

– Если я вам больше не нужна… я вернусь в свою лабораторию.

Джейк закивал и ещё раз сказал: «Спасибо».

Когда он вернулся в офис Гвина, тот уже был на месте – сидел на краешке стола и тут же поднялся навстречу Джейку.

– Как прошло?

Лицо бесстрастное, но в глазах – беспокойство.

– Что именно: разговор с гранд-дамой, визит к Флоренс или посещение Майкла Джонса?

– О, ты и у Майкла был? Всё это, в хронологическом порядке.

– Сначала ты расскажи мне, что за персона – Элизабет Фрост? Что она знает о тебе? И… обо мне?

Сайрус вздохнул и снова уселся на край стола.

– Ничего она не знает. Ничего конкретного. Вернее, на это я надеюсь. Но о чем-то догадывается. У меня напрямую она ничего не спрашивала. Но, конечно, собрала всю возможную информацию. Обо мне и о тебе.

Гвин снял очки и посмотрел на Джейка:

– Я не знаю, что ей известно. Знаю лишь то, что до сих пор она лояльно относилась ко мне. Про тебя я ничего ей не говорил. У меня есть разрешение искать себе напарника; и, если ты решишь работать со мной – начальство должно будет утвердить твою кандидатуру. Так что она сказала?

– Что, если ты выбрал меня, она не видит причин для отказа.

Гвин кивнул.

– Что ещё?

– Спрашивала, почему я решил работать в ФАРН и не смущает ли меня работа с тобой – мол, ты сам и дела твои несколько необычны. И что ты – одиночка. Я сказал, что меня всё устраивает. Но напоследок, когда я уже уходил, она произнесла очень тихо, – Джейк задумался, стараясь вспомнить дословно, – «Надо же? Снеговик не боится растаять?» А когда я переспросил, она сказала: «Нет-нет, ничего».

Гвин сжал губы, и меж бровей его залегла складка. Но через несколько мгновений лицо его вновь стало бесстрастным.

– Как я и предполагал: она что-то знает, но ничего – наверняка. И первый пробный разговор с тобой ей немногое дал, как мне кажется.

– Я выкручивался, как мог. И старался быть естественным. Лишнего, вроде, ничего не сказал. Но где вот тебя черти носили, пока она меня допрашивала?

Гвин нахмурился.

– Я встретил парня. Очень странного.

Джейк хмыкнул:

– Страннее, чем мы с тобой?

– Именно. В самую точку. Как мы – только страннее, – Гвин, задумавшись, смотрел в никуда. – Я не знаю, кто он и что он. Это уже само по себе странно: таких, как мы, я вижу сразу.

– Так. Расскажи по порядку и подробнее, – Джейк пододвинул себе кресло и уселся напротив Гвина.

– Я ехал на работу, когда почувствовал что-то странное. Рябь в воздухе. Словно мироздание содрогнулось. И по спине мурашки. Я огляделся и заметил парня, сидящего на тротуаре, сжавшись в комок – лицо скрыто капюшоном куртки, руки обхватили колени. Я подумал, что ему плохо, и, может быть, нужна помощь. Подошёл, коснулся его плеча. Он посмотрел на меня – красные глаза с белыми ресницами, и такие же белые волосы. На вид – лет девятнадцать. Он явно был не в себе – испуган или в шоке. Я спросил, могу ли я помочь и как. Он промолчал. Я сказал, что отвезу его в больницу, помог встать и усадил в свою машину. Он послушно сел. Сидел тихо и молча. И, казалось, постепенно приходил в себя. Но от предложения отвести его домой или в больницу, отказался и стал дергать дверь, пытаясь выйти. Я сказал ему, чтобы он успокоился – я сейчас остановлю машину и открою двери. Что я и сделал – припарковался у ближайшего сквера. Он выскочил из машины, но не стал убегать, оглянулся на меня. Я сказал, что не нужно бояться – я не собираюсь принуждать его к чему бы то ни было; просто хочу помочь, поговорить. Мы вошли в скверик, я купил нам мороженое… Мне показалось, что это хорошая идея – чтобы он расслабился и перестал воспринимать меня как угрозу, – добавил Гвин, видя выражение лица Джейка. – Он был похож на потерянного ребенка: невысокий, тоненький, и выражение лица такое же растерянное.

Мы сели на скамейку. Я сказал: «Отличное утро, чтобы опоздать на работу». И тогда он спросил, кем я работаю. Это было первое, что он произнес – и тут же смутился от того, что заговорил. Тогда я повторил, что хочу ему помочь. И думаю, что могу. И что ему нет необходимости рассказывать мне всё здесь и сейчас – он может позвонить мне, когда захочет, или когда будет нужна помощь. Я дал ему свою визитку и сделал вид, что ухожу. Но отошёл лишь настолько, чтобы скрыться из виду. Решил понаблюдать за ним, по возможности – узнать, где он живет. Потому что, при всей его кажущейся хрупкости и беззащитности… есть в нём что-то такое… что я не могу понять. Что-то неопределенное, ускользающее – и это меня беспокоит. Это, знаешь… как что-то, что ты видишь боковым зрением, но когда поворачиваешься – то не видишь ничего.

Очень осторожно я наблюдал за ним: он сидел в скверике и ел мороженое; потом пошел в ту сторону, откуда мы приехали – и скрылся в подъезде восьмиэтажного жилого дома. Туда я за ним не пошёл – побоялся, что мы столкнемся в подъезде. Я выждал некоторое время и поехал в офис. – Сайрус взглянул на Джейка. – Что скажешь?

Тот почесал в затылке:

– Чтобы сказать, мне нужно самому его видеть. Но по твоему описанию – да, парнишка занятный. Хотя, может быть, просто обычный чудик.

Гвин пожал плечами:

– Может быть, я ошибаюсь. Но лучше бы это проверить.

– О’кей. Давай займёмся. Но я узнал кое-что и о Майкле Джонсе. Честно, это была идея Флоренс – чтобы я поговорил с ним по душам. Ну… я поговорил. Как мог.

Джейк взглянул на Сайруса исподлобья – тот молча и внимательно слушал.

– Так вот. Майк попал в приют после пожара. А его мать – которую, кстати, зовут Джоанн – похоже, не в себе, и её могли лишить родительских прав, а то и ещё что похуже. Мы можем посмотреть информацию по пожарам двенадцатилетней давности? Поискать похожую семью?

Гвин кивнул, сел за ноутбук и принялся «стучать» по клавиатуре.

Джейк подошёл и заглянул в экран через его плечо. Несколько мгновений спустя пальцы Гвина щелкнули «мышью» в последний раз и замерли. На экране было две фотографии: мальчика лет трех-четырех, светловолосого и сероглазого, и женщины лет за тридцать – светло-медовые волосы и темно-медовые глаза. Не столько красивая, сколько притягательная своей живостью. Но её лицо… Оно не отпускало Джейка, хотя он сам не мог понять, почему. Подписи под фото гласили: Майкл и Джоанн Доэрти.

– Как ты и сказал: после пожара мальчика отправили в приют, а мать… – Гвин замолчал и посмотрел на Джейка странным взглядом. – По данным следствия, это она устроила пожар, в котором чуть не погибли её муж и ребёнок. Источник возгорания находился в их квартире. Джоанн была явно не в себе – то замыкалась, то бормотала что-то вроде «он пришел, он вернулся». Муж её, Патрик Доэрти, заявил, что его жена сумасшедшая и «чуть не спалила» его, и исчез сразу после следствия. Джоанн поместили в психиатрическую клинику, где она и находится до сих пор.

– Мы можем навестить её? – Джейк удивился тому, как звучал его голос: бесцветно и потерянно.

Гвин снова кивнул. Джейка уже не удивляло и не раздражало то, что Гвин понимает его лучше, чем он сам.

Какое-то время они ехали молча: Гвин за рулем, Джейк – на соседнем сидении. И Джейка это молчание устраивало. Но не устраивало Гвина:

– Послушай… не спеши с выводами.

– С какими? – спросил Джейк резче, чем хотелось бы.

Гвин взглянул на него:

– С любыми. Пока у нас нет никаких фактов.