Хаос внутри

Они уселись за столом в допросной. Вернее, Джейк усадил пацана и сам сел напротив. Гвин остался стоять.

– Послушай, Майк, – сказал Джейк как можно доброжелательнее, – Успокойся. Не дергайся раньше времени. И расскажи ещё раз, обстоятельно, что и как. Для начала… расскажи о себе. Ты сирота, так?

Парень кивнул, исподлобья глядя на Джейка.

– С каких лет в приюте? Свою семью помнишь?

Майк нахмурился:

– Лет с трех. Не помню ничего, что было до этого.

– Как ты стал фаерщиком? Не думаю, что воспитатели позволяли вам играть с огнем.

– А вам это зачем?

– Хочу узнать тебя получше, – искренне ответил Джейк.

– Зачем?

– Чтобы решить, что с тобой делать, – объяснил Гвин.

Майк посмотрел на него, но ничего обнадеживающего для себя не увидел. Вздохнув, упёрся взглядом в стол.

– В прошлом году к нам приезжали артисты, театр огня. И это было так… суперски! Что они творили! Они так управлялись с огнем, делали с ним что угодно. Змейки, спирали, огненные колеса…

Парень даже в лице изменился, пока рассказывал всё это: глаза его горели, он жестикулировал и улыбался, глядя на Джейка:

– И я подумал – это так круто! Я хочу, как они. Поговорил с парнями из труппы после выступления, и они показали мне простые упражнения. Конечно, я не мог заниматься с огнём. Да это и не нужно поначалу. Тренировался с носками, набитыми крупой, и с теннисными мячами на веревках.

Воспользовавшись паузой в его речи, Гвин спросил:

– Когда ты понял, что умеешь поджигать вещи на расстоянии?

Майк заморгал, приоткрыв рот. Покачал головой.

– Вот честно… я не знал об этом. До сегодняшнего дня мне и в голову не приходило. Я… правда, я не знаю, как так вышло.

Он едва заметно вздрогнул, зрачки его расширились:

– Этот голос… напугал меня. Он был такой… жаркий, шипящий… жгучий. Он не просил, а приказывал. Я не мог не подчиниться. Мне казалось, что тогда произойдет что-то страшное. Если я не выполню его приказ.

Джейк верил ему. Неизвестно, что за хрень творилась в голове парня, но он сам в неё верил. Джейк посмотрел на Гвина и кивнул на дверь: мол, выйдем, поговорим.

Они зашли в соседнюю комнату.

– Он говорит правду, – начал Джейк, едва дверь за ними закрылась.

Гвин вздохнул:

– Пожалуй, что так.

– Но тогда он не виновен! Не знаю, что за голоса им руководили, но ему внушили сделать так.

– Если бы тебе приказали – ты бы поджёг? – две голубые льдинки внимательно смотрели на Джейка.

Он развел руками:

– Да откуда мне знать?!

– Нет, Джейк. Ты бы не сделал этого, – и голос, спокойный как лёд.

– С чего такая уверенность?! – Джейк уже почти кричал. Но не понимал, на кого он злился: на Гвина или на себя. Сайрус молча смотрел на него. Джейкоб выдохнул, стараясь успокоиться. Покачал головой:

– Нельзя его «закрывать», он же мальчишка.

– Он поджигатель, Джейк, – голос Сайруса стал мягче, и Джейку показалось, что он говорит не совсем то, что ему хотелось бы сказать.

– Но что это за голос? Может, у парня просто крыша едет.

– Тем более ему нужна помощь.

– Специалистов ФАРН? Которые сделают из него подопытную крысу?!

Сайрус вздохнул:

– Ты преувеличиваешь. Не настолько всё плохо.

– Голову даёшь на отсечение?

Гвин нахмурился и некоторое время молчал.

– Я прослежу за его судьбой, насколько это будет возможно.

– Именно. Никто и спрашивать тебя не будет. Они сделают с ним всё, что захотят. И ты даже не узнаешь.

– А что ты предлагаешь? – от спокойствия Гвина не осталось и следа, – Отпустить его?! А если этот голос снова прикажет ему? Если в следующий раз будут жертвы?!

Джейк закусил губу:

– Ну… пока он никого не сжёг.

– Ты готов к тому, что в следующий раз кто-то может погибнуть? Джейк, да ты сам больше всего на свете боишься кого-нибудь сжечь. Как ты можешь отвечать за другого?

Гвин был прав – как бы Джейку не хотелось, чтобы это было не так.

– Ещё рано переживать за него. Сначала выяснят, на что он способен, можно ли его даром управлять или нейтрализовать его. Джейк, пойми: так или иначе, но его жизнь уже не станет прежней. И лучше будет для него и для всех, если его способности возьмут под контроль.

– Как и мои? – Джейкоб пристально смотрел на Гвина.

Тот кивнул.

– Как и твои?

Сайрус не отводил взгляд:

– Да. Потому мы оба здесь, не так ли?

– Я такой же, как он. Почему ты не запрёшь меня? – Джейк был тих и спокоен. Но ему нужно было знать.

Гвин вздохнул и устало покачал головой:

– Ты не такой же, Джейк. Ты гораздо сильнее. Во всех смыслах. И… твоя природа другая.

– Откуда ты знаешь?

– Ты видел себя когда-нибудь, когда ты смотришь на огонь? Свое отражение? Конечно же, нет, – Гвин на мгновенье задумался.

– Подожди меня здесь. Я сейчас.

Он вышел и через пару минут вернулся, неся что-то в руках. Как оказалось, зеркало и зажигалку. Взяв в одну руку зеркало, он поднял его перед Джейком – так, чтобы тот видел в нём свое лицо. Потом чиркнул зажигалкой.

– Смотри на пламя. Но так, чтобы видеть свои глаза.

Джейк сделал так, как он хотел. Это было нетрудно – подрагивающий язычок пламени притягивал его. Манил, звал. Хотелось прикоснуться к нему. Слиться с ним.

В этот момент взгляд Джейка скользнул по отражению в зеркале. Его глаза, обычно светло-карие… теперь были желто-оранжевыми, как у рептилии. Зрачок сузился до крохотной точки. Пламя шептало: «Ты мой. Мой». Оно выросло, взметнулось вверх. И вдруг исчезло.

Это Сайрус погасил зажигалку и опустил руку: ладонь его была покрыта инеем, зажигалка в ней превратилась в оплавленный и замороженный кусок пластмассы.

– Зачем… – голос не слушался Джейка, он едва шептал, – зачем тебе такое чудовище, как я?

– Потому что я… ничуть не меньшее чудовище. Как мне кажется. Я боюсь им стать – так же, как и ты. Рядом с тобой я оттаиваю. Чувствую себя человеком.

Сайрус смотрел на него, а потом отвел глаза и тихо добавил:

– Я боюсь замёрзнуть. Вернее, ещё хуже – не боюсь, а желаю этого.

Вот оно что. Почему-то Джейку захотелось его обнять. Но он, конечно, не стал делать этого.

Гвин вздохнул и прислонился к стене. Взглянул на Джейка и уже своим обычным голосом сказал: