Ходок
Шрифт:
Хорошо сидели, и тут Савелий Дмитриевич, как-то остро посмотрел мне в глаза и спросил:
— Так, кто же ты всё-таки такой, Александр Александрович?
Чуть рыбью кость не проглотил от такого захода. Очень уж неожиданным оказался этот ожидаемый вопрос.
Честно сказать, думал, что он задаст подобный вопрос, но как на него отвечать, так до конца и не решил. Да и что бы я ни сказал, все равно это прозвучит неправдоподобно. Поэтому я в свою очередь уставился на казака и ответил туманно:
— Понимаешь, Савелий Дмитриевич, очень мне трудно ответить на этот вопрос так, чтобы ты не принял меня за сумасшедшего. Поэтому скажу вот что. Давай будем считать меня иностранцем,
Казак выслушал мой ответ очень внимательно, не перебивал. Немного подумал и сказал:
— Кого другого расспросили бы иначе. Граница у нас тут, места неспокойные. Тебе я жизнь должен, поэтому в душу лезть не буду. Да и помогу, чем смогу, например, теми же документами, без них у нас нельзя. Другое спрошу. Что за оружие у тебя? Никогда с подобным не сталкивался, да и не слышал тоже.
Я выдохнул с облегчением. Главный вопрос он спустил на тормозах, а остальное я как-нибудь разрулю. Наверное.
Об оружии говорили до самой темноты. Даже когда спутники Савелия Дмитриевича вернулись, тема разговора не поменялась, наоборот, они очень даже активно включились, обсуждая достоинства и недостатки моего оружия. А показать мне было что. Про снайперский карабин я уже говорил, но ведь помимо него у меня есть ещё два автомата Калашникова, пулемет Дегтярева, пистолет Кольт 1911А1. Вообще было о чем поговорить, и казаки с нескрываемой завистью смотрели на это оружие.
Честно сказать, была мысль, что прикопают меня здесь по-тихому ради богатых трофеев, но нет. Проснулся на следующий день в полном здравии.
С самого раннего утра дела закрутились со страшной силой. К моему острову причалили ещё четыре лодки, высланные казаками для перевозки трофеев, которых в лагере хунхузов было немало. Конечно, часть отправят по берегу реки вместе с захваченными лошадьми, но остальное решили перевезти водой. Савелий Дмитриевич ушёл с новоприбывшими людьми всё организовывать, но и про меня не забыл. Трех своих спутников оставил мне для помощи в изготовлении плота, чтобы я мог переправить в селение автомобиль, и организации мини-дороги, чтобы можно было перегнать грузовик к берегу реки.
Работы затянулись на целых три дня, и за это время я успел не только познакомиться с казаками, но и немного узнать о их жизни в этих краях. Казаков звали Степан, Сергей и Игнат. Все они оказались братьями, которые переселились на эти земли только год назад из-под Оренбурга и пока ещё обживались.
Селение, в которое мы поплывем, называется Ивановка из-за двух Иванов, которые когда-то жили там хуторами.
По их словам, хунхузы в эти края обычно не забредают. Безобразничают обычно выше по течению за Хабаровском, а сюда не доходят. Очень повезло, что их обнаружили до того, как они ушли вглубь наших территорий. Могли бы много бед натворить. Судя по экипировке этих бандитов, скорее всего этот отряд шёл добывать золото на нашей земле. Плохо, что не взяли кого-то из них живым, можно было бы неплохо заработать, узнав у них место промысла.
Само поселение было расположено в совершенно замечательном месте — на небольшом пригорке. Оно напоминало большую строительную площадку. Нет, зданий здесь уже хватало. Небольшая, как игрушечная, деревянная церковь с чем-то вроде площади перед ней, которую обрамляли несколько внушительных на вид деревянных же построек непонятного назначения. Несколько улиц, расходящихся веером от площади, где стояли
по большей части полуземлянки, рядом с которыми сейчас активно строились дома и всякие сараи. Конечно, люди, прибывшие сюда меньше года назад, сделали тут уже немало для нормальной жизни, но до окончания обустройства было ещё очень далеко.Единственное каменное сооружение, которое я здесь увидел, — это незаконченная пристань, возле которой суетилось больше всего народа. По словам братьев-казаков, сделали её из камня из-за весенних паводков, которые сносили деревянные конструкции, будто их и не было. Вот они и решили всем миром напрячься и построить сооружение на века. До этого жившие на хуторах Иваны каждый год строили новый причал. Оказывается, сообщение с большим миром здесь по большей части происходит по воде. Наземная дорога тоже есть, но очень уж она тяжёлая и безрадостная.
Понравилось мне это селение, как и люди, которые в нём живут. Чем-то родным повезло, когда я начал с ними знакомиться. Очень мне здешние порядки напомнили мой родное селение. Здешний командир, или сотник, как его все называли, Прокопьев Евгений Семенович, после разговора с Савелием Дмитриевичем в душу ко мне лезть не стал, выделил небольшое помещение для жизни в доме у площади и, казалось, забыл о моем существовании.
Уже на следующий день после моего здесь появления к незаконченной пристани подошёл самый настоящий пароход с колёсами по бокам. Раритет раритетный, по-другому не скажешь. Этот пароход доставил сюда какие-то припасы и привёз нескольких купцов, которые развернули на площади бойкую торговлю.
Честно сказать, мелькнула у меня мысль уплыть на этом кораблике, ведь мне ещё историю менять надо, но я вовремя одумался. Уезжать отсюда без документов и денег — это неразумный поступок, да и не знаю я ещё, стоит ли мне вообще уезжать. Дело в том, что я хоть и плохо знаю историю (правда в последнее время маленько обновил свои куцые знания), но кое-что у меня в голове отложилось, и я на всякий случай это проверил, заглянув в подготовленные по разным историческим периодам бумаги. Через год на Николая II будет совершено нападение в Японии, после которого он будет возвращаться на родину как раз через эти края. Лучше момент для изменения истории и придумать трудно. Грохнуть нафиг этого будущего царя, и этого хватит с лихвой для кардинальных изменений. Есть в этом плане только один смущающий меня момент: дадут ли мне возможность прожить здесь больше года, или время ограничено?
Я подумал, как мне лучше поступить, и пока решил всё-таки не торопиться. Первым делом подготовил несколько золотых цацек, которые захватил с собой как раз на случай, если срочно понадобятся деньги, и пошёл к приехавшим торговцам. Сначала разживусь какими-никакими деньгами, потом поговорю с Савелием Дмитриевичем по поводу документов, а затем уже буду думать, куда мне ехать и что делать в первую очередь. В конце концов, необязательно же менять историю родной страны, хоть и хочется, можно и в других краях что-то интересное замутить.
Очень даже неплохо я расторговался золотом. Тут, надо сказать, повезло из-за разразившегося между купцами своеобразного соревнования.
Я хоть и взял с собой на всякий случай всего десяток изделий, но выбрал те, что поизящнее. Из-за пяти моих золотых цацек между купцами разразилось настоящее денежное сражение, итогом которого стало то, что я получил полтысячи рублей серебром. Немыслимое для этих краёв деньги. Для сравнения, казакам-переселенцам для обзаведения хозяйством казной выдавалось по пятнадцать рублей. Надо ли говорить, что я неожиданно для себя в одночасье стал настоящим богачом.