Холодный рай

губы, с наслаждением почувствовав привкус мёда и воска.- Ты настоящая женщина,- его

охватывает неукротимое желание.

– Я до сих пор потрясена твоим подарком,- она скромно повела подведёнными

ресницами.- А я Яне и Виолетте Степановне немного из косметики дала. Ты не против?-

Нина подставляет смеющееся лицо для поцелуев.

– Я рад этому, тушь закончится, ещё сажи наскребу из котелков,- простодушно говорит

Виктор.

– Ах ты бессовестный, всю романтику ломаешь,- притворно сердится прелестная

женщина, ударяя его кулачком и, мигом оказывается в его объятиях.

– Пойдём к морю,- грубо волочёт её за собой Виктор.

– А ты зверь!- в притворном ужасе вскидывает она на него поплывший взгляд и

прижимается к нему отвердевшими сосками, мигом оттопырившими лёгкую рубашку.

– Дорогая моя, ты для меня единственная, ты для меня одна,- млеет Виктор и сжимает её

напрягшуюся грудь. Она испускает стон и шепчет:- Уже не одна.

Виктор непонимающе глянул в её полузакрытые глаза, а она с нежностью опускает

его ладонь своему животу:- Чувствуешь, как он округлился?

– Родная,- едва вымолвил Виктор,- я такой счастливый.

Море тихо шепчет, легонько набегая на берег, им хорошо и ничто не мешает

уединению, лишь Луна с любопытством выглянула из-за сопок и, словно устыдившись, затянула себя лёгкими облаками. Через некоторое время ткнулись о берег две молчаливые

касатки, вероятно приняв их за морских котиков, но странным образом узнают Виктора, не таясь, хлопают хвостами и выпускают волнующие трели на низких диапазонах.

– Они нас зовут,- встрепенулась Нина.

– Брось, что ты,- усомнился Виктор.

– Точно зовут. Как здорово, они приняли нас в свою стаю!

– Они просто голодные, нас увидели, вот и бурчит в животах,- шутит Виктор.

– Скажешь ещё,- насторожилась Нина.

– Послушай, а это случаем не та самка с детёнышем, что я с отмели вытолкнул?-

приподнимается Виктор. Он подходит к берегу и видит у огромной касатки знакомую

отметину, рубец на плавнике.- Это они,- радостно произносит мужчина,- а малыш подрос.

– Давай с ними поплаваем?- неожиданно предлагает Нина.

– Ты чего, они хищники, неизвестно, что у них на уме!

– Это у человека неизвестно, что на уме, а они радуются … это так очевидно,- Нина даже

дрожит от возбуждения.

– Ты куда?- пугается Виктор, но женщина решительно заходит в воду и ладошками игриво

поднимает небольшую волну.

Касатки чуть отходят в сторону и повторяют движение Нины плавниками,

взметнув в воздух, бурю из пены. Женщина весело смеётся и неожиданно лодочкой

входит в воду, просияв в черноте ночи обнажённым белым телом.

– Вот кошка!- обомлел Виктор и с размаху прыгает вслед за женой, стараясь её обогнать.

Студёная вода захватывает дух, светящиеся пузырьки пробегают по коже, приятно

щекочут кожу, возбуждение опасности и холода вызывает, чуть ли не экстаз и кружит

голову как от хорошего игристого вина.

А Нина уже рядом с малышом, который возвышается словно огромный бурун над

маслянистой гладью моря. Он приветливо стрекочет, почти как дельфин, но несколько

грубее, басовитее и подплывает к бесстрашной женщине, а она гладит его упругую кожу и

смеётся.

– Вот кошка!- вновь повторяет Виктор, в несколько гребков оказывается рядом с ними.

Большая самка, бесшумно приблизилась и Нина, ойкнув от страха, цепляется в

Виктора:- Какая она большая, сейчас описаюсь!

– А ты думала,- несколько встревожился Виктор, но знает, что касатка ничего плохого им

не сделает.- Давай-ка назад, не искушай судьбу.

Нина с сожалением отталкивается от детёныша и гребёт к берегу, повторяя:-

Вблизи она такая огромная, я даже не ожидала, что настолько!

– Вот кошка,- в третий раз повторяет Виктор,- надавать бы тебе по заднему месту.

Он помогает её выбраться, накидывает на неё куртку, а она, мокрая и дрожащая с

силой прижимается к нему.

– Ты совсем с ума сошла,- безумно возбуждаясь, целует её в солёные губы, а она тихо

смеётся:- Я знаю,- и толкает Виктора на землю.

Касатки некоторое время фыркают у берега, разочарованные тем, что люди так

быстро покинули их. Затем, словно поняв, что у них более важное занятие, нежели

нежиться с ними в ледяной воде, как по команде уходят в сторону скал, где будут

выискивать сонных котиков.

Удивительное положение, дни летят со скоростью барабанной дроби, а верфь

строится медленно, словно навозный шарик, толкаемый жирным жуком в гору. Иной раз и

брёвна не хотят становиться на свои места и падают вниз, рискуя покалечить людей, Игнат что-то часто скребёт бороду и спину, пожимает плечами, удивляясь, что так трудно

идёт строительство. Вероятно знаний, когда-то полученных из интернета, всё же не

хватает для успешного продолжения дела. Но, все же, контуры будущей верфи начинают

вырисовываться, и Виктор начинает несколько успокаиваться.

Викентий Петрович всё так же тренирует, выжимая из людей последние силы. На

крутящийся тренажёр уже прикрепил два топора и славно видеть, как бойцы

подпрыгивают и уклоняются от свистящих лезвий, даже слёзы от умиления

наворачиваются на глаза. Виктор лично тестировал тренажёр и остался доволен, но также

посоветовал добавить скорости для большего эффекта, но Викентий Петрович лишь с

сомнением покачал головой. Виктор не стал настаивать, потрогав макушку, где, словно

бритвой срезана прядь волос.

Собачий лаз пока не найден, прочесали все мыслимые и немыслимые уголки, на

этих склонах множество обвалов и почти везде есть какие-то щели, но все они

заканчиваются тупиками. Загадка, но разгадать её необходимо. Виктор нервничает и

собирает тайный совет, на него приглашает Викентия Петровича, Антона и братьев