Холостяк

Следующей напастью на острове были дикие пчелы. Здесь их было великое множество, ясно же тропики, круглый год тепло и тьма-тьмущая цветов. Но пчелы эти были очень избирательные, они кусали не всех подряд, а почему-то больше всех доставалось Герману. Куда бы он ни шел, пчелы роем тут же устремлялись вслед за ним. От чего Никита сделал вывод, что пчелы очень разумные существа и жалят не всех подряд. Для Германа это были очень обидные слова, если учесть, что он весь был покусан пчелами, но больше всего пострадала физиономия, и теперь Герман говорил с трудом, страшно шепелявя.

– Шнаешь, Никита, твои шлова штрашно обидно шлышать для меня, - сказал Герман, косо глядя на Никиту подбитым глазом.

– Да ладно, Герман, не обижайся, - сказал Никита, - я же пошутил.

– Ну и шутошки у тебя дурашкие, Никита, - прошепелявил Герман.

– Никита, зря ты так себя ведешь с Германом! – сказал Антон Никите, когда они вместе ходили ловить рыбу. – Ему бедолаге и так больше всех досталась.

– Антоша, ну я же не со зла, - улыбнулся Никита.

– Все равно, шуточки у тебя дурацкие! – сказал Антон.

– О, Антон, ты тоже заговорил, как Герман! – рассмеялся Никита. – Тебя случайно пчелы тоже не покусали?

Антон огрел Никиту по башке пустым ведром. Никита страшно обиделся на такую бестактность и пошел прочь со словами «ну и лови тогда рыбу сам.» Вдогонку ему неслись обидные слова «без сопливых обойдемся.»

Никита довольный, что удалось слинять с рыбалки, которую он страшно не любил, потому что рыба ловилась крайне редко, а приходилось сидеть на солнцепеке несколько часов кряду, отправился к реке, чтобы искупнуться в прохладной воде. Водичка была то, что надо, Никита нырял в воде и фыркал довольно как мокрая выдра. Вдоволь накупавшись, он улегся на бережок и мирно посапывал, прикрывшись от палящих лучей солнца большими листьями лопуха. Снилась ему Карина, белозубая симпатичная стюардесса, с которой они познакомились в самолете, летя в Индонезию. Во сне они страстно обнимались и целовались. Вдруг идиллическая картинка исчезла, Никита почувствовал на себе чей-то взгляд. Открыв глаза, Никита с ужасом обнаружил, что на него беспардонно уставился и таращился во все глаза крокодил. Взгляд у крокодила был ну очень нехороший.

Никита вскочил как ужаленный и побежал опрометью с того проклятого места. Он бежал со скоростью горного козла, на ходу перепрыгивая кочки, толстые лианы, коряги деревьев и прочие препятствия. Хорошо еще, что Никита был тренированным молодым человеком, в школе он всегда посещал уроки физкультуры, вот теперь эта сноровка ему пригодилась. Уже подбегая к дому, Никита в душе ликовал, что так легко сбежал от голодного крокодила, он не заметил коварной коряги, выступавшей из земли. Перецепившись об эту злосчастную преграду, Никита грохнулся на землю и застонал. Падая, он сильно ударился затылком и умудрился вывихнуть ногу. Он пролежал так несколько минут, приходя в себя. Никита глядел в небо, молча созерцая красоту тропического леса, но эта идиллическая картина совершенно не радовала его. Тропический рай, так красочно расписанный в ярких буклетах турагентств, оказался кромешным адом. Никита расплакался, единственным утешением было то, что сейчас его никто не видит. Придя в себя, Никита еле поднялся с земли и поковылял к дому.

– Полку раненых прибыло! – злобно зашипел Герман, завидев приближающегося Никиту, который сильно хромал и передвигался еле-еле, словно черепаха. – Мошно уштраивать черепашьи бега! – улыбнулся опухшими губами Герман.

– Че ржешь, невротик?! – Никита зло посмотрел на Германа и пошел в дом.

Через несколько минут нз дома донеслось: «Посмотрел бы я на тебя, Герман, если бы ты нос к носу встретился с крокодилом…»

– Шдесь ешть крокодилы?! – истошно закричал Герман. – Ой, мамошки, я пропа-ал!!!

«Вот то-то же, думаешь только о себе, нытик… - донесся из домика усталый голос Никиты. – Все! Не вопи! Дай отдохнуть… без тебя тошно…»

Новость о том, что на острове водятся крокодилы, совершенно расстроила наших героев и повергла их в ужас. Теперь самым страшным испытанием было идти за водой к реке. Никто не хотел быть съеденным крокодилом, поэтому все упирались до последнего, чтобы не идти за водой, придумывали всякие уловки, прикидывались больными и немощными, прятались по утрам на берегу океана, спешили на рыбалку, Герман даже был согласен снова лезть на кокосовую пальму срывать кокосы, и все только, чтобы не идти к реке. Даже Василий опешил, когда узнал, что на острове водятся крокодилы. Теперь и Василий усиленно искал себе любую работу, чтобы не идти к реке. Первое время Антон ходил сам за водой. Он понимал, что по его вине друзья оказались на этом ужасном острове. Потом Антону все надоело до чертиков и он сказал, что «больше за водой не пойдет». Когда в доме закончились последние запасы воды, стали тянуть жребий, кому идти за водой. Первому выпало отправляться Герману. Герман, вытянув длинную спичку, понял, что настал его последний день. Он страшно побледнел и закачался. Но Никита был на чеку, он подпер Германа сзади, чтобы Герман по привычке не хлопнулся в обморок. Герман чудом устоял в вертикальном положении, но за водой все равно решительно отказывался идти. Никита чуть ли не пинками вытолкал Германа из дома, но Герман спрятался за домом. Тогда к реке пришлось идти Никите. Неизвестно, чем бы закончилась эта забавная история с новыми Робинзонами, если бы не счастливый случай.

Слава Богу, все разрешилось самым счастливым образом. В один прекрасный день к острову причалила белоснежная яхта. На берег ступил старший Герасимов Владислав Петрович в сопровождении дюжих охранников. Еще никогда в жизни Антон не был так рад видеть своего родителя. Со словами «папа! Какое счастье! Ты разыскал меня!» Антон бросился на грудь отцу и разрыдался. Старший Герасимов обнял непутевого сына за плечи и сказал:

– Я тоже очень рад тебя видеть, Антоша!

– Как ты разыскал нас, отец? – удивился Антон.

– Я очень удивился, сынок, когда от тебя не было ни слуху, ни духу. Мне сразу показалось это очень странным. Думаю, неделя прошла-другая, а ты мне не звонишь, денег не просишь; мне никто не сообщает про твои проделки. Думаю, странно все это! А тут я от Виктории узнаю, что ты с приятелями отбыл в экстрим-тур сюда в Индонезию. Звоню в турагентство, а мне говорят, что вы не прибыли в назначенное время, не явились, так сказать, для прохождения экстрима. Вначале я думал, что вы где-то спрятались вдали от цивилизации, чтобы пожить дикарями, насладиться красотами природы.

– Папа, я этими красотами насладился на всю оставшуюся жизнь. Вид океана и закат солнца меня уже просто бесят.

– Представляю… Оторвались от цивилизации, ни тебе телевизора, ни интернета, ни телефона…

– Вот именно! А, главное, я так подвел своих друзей. Это же я их подбил на это путешествие. А тут – нападение пиратов, поломка мотора, шторм… Этот несчастный случай спутал все карты с отдыхом и сделал нас заложниками этого острова… Папа, если бы ты слышал, что мне высказали Герман и Никита!

– Антон, ты ни в чем не виноват! – сказал старший Герасимов. – Не вини себя так. Это не несчастный случай. Я провел расследование. Это все было подстроено…

– Как?! Кем?!

– Моими недоброжелателями…

– Твоими конкурентами что ли?! – изумился Антон. – Отец, так это я по твоей милости оказался на этом безлюдном острове! Мы все чуть не погибли!!!

Антон был возмущен до предела. Он был взбешен. Он рвал и метал, не находя себе места. Старший Герасимов молча наблюдал за сыном, потом сказал:

– Антон, эти люди, которые все подстроили, хотели, чтобы я переписал на них весь бизнес… Взамен они обещали, вернуть тебя и твоих приятелей на родину…

– Папа, но я надеюсь, ты не пошел у них на поводу? Ты не отдал им все деньги и бизнес?

– Сынок, ну ты же меня знаешь? – улыбнулся Герасимов. – Я стреляный воробей, меня на мякине не проведешь.

– Я знаю тебя, отец, знаю! – Антон снова улыбнулся. – Я рад, отец, что ты не отдал этим мошенникам и бандитам, которые запроторили нас на этот остров, наши деньги.