Хранилище

– Вообще-то, я думал, ты поймешь, что это была шутка. Хоть и тупая. О принцессе я даже не думаю, честно.

«Мне плевать», – чуть было не ответила я, но что-то заставило меня прикусить язык. Не хотелось выглядеть колючкой. Вместо этого я снова повернулась к нему и спросила:

– Почему же? Лара очень красивая. В ней чувствуется… порода.

– Королевская кровь, – кивнул Феликс и принялся крутить в пальцах тонкую ветку.

– Значит, дело в Адаме, – легонько ткнув его локтем, произнесла я. – Боишься конкуренции?

Мы оба невольно повернули головы в сторону светловолосой парочки. Когда нам удалось найти принцессу по координатам, то оказалось, что она сбежала из Австрии не одна. Адам следовал за ней по пятам и, как мы выяснили, был приставлен к ней родителями, то есть выполнял роль телохранителя. В этом был смысл, потому что на членов семей Пятерки лидеров время от времени охотились как мародеры, так и ополченцы. Осложнялась охота тем, что не все знали, как выглядят эти люди. У человечества до сих пор были проблемы с передачей данных, и лишь власти пользовались спасенными технологиями.

Адам вряд ли был рад тому, что Лара решила покинуть безопасный дом, но все же не только не стал препятствовать ей, а еще и отправился вместе со своей подопечной прямиком в беспощадный и жестокий мир. Но, насколько мы могли судить, их отношения не выходили за рамки дружеских. Пока что.

– Уж чего-чего, а конкуренции я точно не опасаюсь, – вздохнул Феликс, подтянул колени к животу и сложил на них локти.

– А чего тогда?

Почему разговаривать с ним оказалось так волнительно? Мне до чертиков не нравились те эмоции, что я испытывала сейчас. Почему я нервничаю? Это же просто пустой треп. Такая же болтовня ни о чем, как с Тайлером или Клео… Наверное, я еще не привыкла к тому, что Феликс занял свое место в нашем отряде. Да и как я могла привыкнуть? Он только и делал, что выводил меня из себя или подкалывал.

– Потерять самое дорогое, – тихо ответил Феликс, сосредоточившись на ветке в своих руках.

– Жизнь? – понимающе кивнула я. – Зачем тогда примкнул к ополченцам? Многие люди мирно трудятся в госпиталях, на полях, в цехах. Зачем же ты ввязался во все это?

– А ты, Харли? Что вынудило тебя вступить в отряд?

Я вроде бы и хотела ответить, но почему-то оказалось тяжело произносить при нем имя Эштона. Львиная часть моей жизни была связана с ним.

– Из-за своего парня? – вдруг произнес Феликс, не поворачиваясь ко мне. Зато я пораженно уставилась на него и нахмурилась.

– Откуда ты знаешь?

– Ребята рассказали, – пожал он плечами и отбросил ветку в сторону. Сцепив ладони и глядя на пламя, он глухо продолжил: – Это он притащил тебя сюда. Разве это любовь, Харли? Ты рисковала жизнью на каждом задании.

Меня настолько выбили из колеи его слова, что я некоторое время молча сидела с открытым ртом. Однако, стоило мне немного прийти в себя, как я прошипела:

– Да что ты можешь знать?! Эштон… Он…

– Ладно, проехали, – быстро сказал Феликс и торопливо поднялся, будто больше не мог находиться рядом со мной. – Ты неадекватно реагируешь, когда речь заходит о нем.

Он вышел из дома, не позволив мне сказать хоть слово в ответ. Меня будто холодной водой окатили, настолько я была поражена тем, что произошло в эти мгновения. Что он вообще несет?! И откуда знает про Эштона? При Феликсе я уж точно не упоминала о нем… Или все же?…

Возможно, пару раз Тайлер мог вскользь сказать что-то о безбашенности Эша или его любви к адреналину и опасностям… Как я должна была реагировать на такие слова? Тай приводил Эштона в пример того, как не нужно себя вести на задании. Естественно, я возмущалась, защищая человека, которого любила. То есть люблю…

Мысленно взвыв от бессилия и ярости, я выскочила из дома, провожаемая удивленным взглядом Клео, рядом с которой устроился Бородач с кружкой дымящегося напитка.

Меня понесло в сторону улицы с раскуроченными частными домами, где теперь царили тьма, запустение и хаос. Я торопливо шагала по траве, то и дело запиналась о разбросанный кругом мусор и кирпич и в конце концов свалилась на землю, больно ударившись коленом. Вроде бы ерунда, потерпеть можно, но я расплакалась, закрыв лицо ладонями.

– Больно? – услышала над головой и испуганно принялась стирать слезы со щек.

– Нет, пустяки… Я не слышала, как ты подошел. Умеешь бесшумно передвигаться?

Феликс протянул мне руку, и я схватилась за него, поднимаясь на ноги.

– Я не специально.

Мне стало жутко неловко от того, что он видел мои слезы, что он сегодня вечером зачем-то залез мне в душу, хотя прежде мы успешно обходились и без этого. Все же мне было проще отвечать на его грязные шуточки, чем говорить серьезно.

– Мы же вроде бы хотели помириться, – пробормотала я, спрятав ладони в рукава теплой кофты. Куртка осталась в доме, и я вдруг осознала, как промозгло на улице в этот поздний час.

– Мизинцы не сработали. Вот дерьмо, – усмехнулся Феликс, и в глазах его снова мелькнуло озорство. У меня чуть отлегло от сердца. Кажется, я придумала себе что-то не то… Это ведь Феликс. Он ведет себя как шут и ему плевать, что творится в моей голове. Словно подтверждая эти спасительные мысли, он быстро сказал: – Знаешь, я почти уверен, что мир стоит скрепить поцелуем. В этом случае он будет нерушим.

Я ткнула его кулачком в плечо и зашагала обратно к дому. Феликс плелся следом за мной и ныл о том, какая Харли Денвер бессердечная и злая. А я вдруг улыбнулась и поняла, что мне совсем не хотелось закатывать глаза, как это обычно бывало.

Глава 4. Прости меня, Харли

Мне нравилось слушать рассуждения Тайлера. Он много знал о мире – и о прошлом, и о настоящем. Наш командир любил читать, при этом был помешан на тренировках и дисциплине. Однако в нашем отряде не было строгой иерархии, как это было принято у военных. Одним словом, ополченцы… Частично военные, частично гражданские, но всех объединяло желание добиться равенства.

Раз уж мир рухнул, мы хотели, чтобы отныне правила проживания в нем устанавливали не только богачи. Раньше ими считались те, кто имел сумму с несметным числом нулей на счету, а теперь ими стали обладатели оставшихся ресурсов и запасов. Честно сказать, это оказались одни и те же люди, но мы упорно пытались переломить ситуацию.

Ополчение было организовано много лет назад бывшими военными, которые выступили против единоличного владения ресурсами членами правящих семей. К тому моменту они обосновались в Вене, ставшей столицей всей европейской части прежнего континента. Этот город пострадал не так сильно, как другие, вероятно, благодаря своему внутриматериковому расположению. Огромную территорию между Европой и Россией затопило вскоре после разгара Катастрофы. И теперь то, что осталось от Европы, а также присоединившуюся к ней островную часть Великобритании от России отделяло Новое море. Что творилось на той стороне некогда цельного материка, нам было неизвестно. Возможно, Пятерка лидеров не спешила налаживать связи по той причине, что разобраться с проблемами на своей территории и то оказалась не в состоянии. Однако оставалось лишь предполагать, что некую часть России затопило, а про Китай и Азию нам и вовсе ничего не было известно.