Игра

– Прошу прощения, – ко всеобщему изумлению заговаривает сам Пол. – Это был не только я один, ясно вам? Это чертов бизнес. Ежедневно миллиард человек потребляют порно в интернете. Это пятая часть населения планеты! Не я, так другой найдется. Это всего лишь работа, не более. Спрос рождает предложение.

Мэгги вздрагивает. Спрос рождает предложение. Мэгги хотела продать, а Тейлоры хотели купить. Она медленно поднимается с дивана и присаживается на корточки перед Бенишеком, чтобы он смог получше ее рассмотреть.

– Ты и правда меня не узнаешь, да?

Он впивается в нее взглядом, член на экране проектора отражается в его глазах. Бенишек молчит.

На этот раз у нее нет сил даже на безумное хихиканье. На какое-то время она теряет дар речи.

– Ты это просто нечто, – выдавливает она. – Ты вообще не слушал? Ты, мать твою, изнасиловал меня! Девять лет назад, в номере отеля в Миннеаполисе, снял на камеру! Мне было шестнадцать. Ты заманил меня, трахнул, а потом выложил видео в интернет. Ты разрушил мою жизнь! Ты изнасиловал меня, ты, кусок дерьма, и ты даже не помнишь!

В это время Бретт снова начинает бормотать:

– Победитель только один… Победитель может быть только один… Исправить наши ошибки…

Бенишек, совершенно растерянный, качает головой, но так и не раскаивается.

– И ты считаешь меня виноватой? – Мэгги поворачивается к Линде. – Я лишилась семьи, своего дома, образования. Он изнасиловал меня, я осталась одна, беременная, и ты думаешь, мне нужен урок ответственности? Да что за херня у тебя в голове? Мои ошибки были точно такими же, как у твоей дочери, но наказываешь ты за это меня?

– Подожди… – хрипит Бенишек. – Подожди…

Он хмурится, напряженно думая, и когда его глаза широко распахиваются, Мэгги видит то, что будет преследовать ее всю оставшуюся жизнь.

У мужчины глаза Джексона.

Он открывает рот, собираясь заговорить, но помнит он ее или нет, она так никогда и не выяснит.

Потому что прежде чем Бенишек успевает произнести хоть слово, Бретт втыкает лезвие кухонного ножа ему в правое ухо.

65 Второй игрок

Они визжат. Все, кроме Бенишека. Шум настолько оглушительный, что еще немного, и Бретт захочет проткнуть собственное ухо.

Лезвие вошло довольно легко, но обратно никак не выходит. Сначала намертво застревает, доставая до мозга, а потом неохотно скользит обратно в руке Бретта с хлюпающим звуком, похожим на тот, который возникает во время извлечения устрицы из раковины. Бенишек начинает биться в конвульсиях, голова падает на грудь, все тело содрогается, обмякает, повисая на запястьях. Бретту он напоминает марионетку. Куклу на ниточках.

В человеке много жидкости. Это Бретт выясняет в течение следующей минуты или около того. Когда все наконец заканчивается, он поворачивается к остальным игрокам.

Сара сползла с дивана на пол и согнулась пополам, спрятав голову, как во время аварийной посадки. Справа от Бретта Мэгги застыла на коленях возле тела Ноя, положив ладони на щеки, как пародия на «Крик» Мунка. Посередине Линда с выражением потрясения и в то же время печального удовлетворения наблюдает за происходящим.

Возвышаясь над всеми, Бретт шепчет:

– Я сделал это, – и громко кричит: – Я сделал это!

– Ты сделал это, – соглашается Линда. – Ты сделал то, что я не смогла.

Он зажимает рот свободной рукой, размышляя, что это значит.

– Я выиграл. – Волна восторга – восторга победителя – обрушивается на Бретта, лузера по жизни. Он топает, разбрызгивая кровь Бенишека и потрясая кулаком. – Я победитель! Останется только один, и я чертов Горец!

Линда молчит.

Скользя на гребне своей победной волны, Бретт тычет влажным ножом в сторону Линды.

– Ты отпустишь его? Крейга. Немедленно отпусти его!

Сидя на полу, она только смотрит на него все с той же выводящей из себя торжественностью, как какой-то верховный могущественный монах в бронежилете.

– Я не могу этого сделать.

Волна разбивается, сбрасывая его вниз.

– Что?

– Я не могу этого сделать. Мне очень жаль, правда, но Крейг…

– Ты его отпустишь. – Он чувствует, как лицо его искажает безумная гримаса ярости. Колени подгибаются, он делает выпад в ее сторону, но на полпути эта сумасшедшая сучка сильнее прижимает нож к своей шее, кровь струйкой вытекает из раны, и Бретт вынужден остановиться.

– Подумай о том, что делаешь. – говорит Линда. – Сядь и послушай, что я скажу, а затем получишь выигрыш, который заслуживаешь.

– Нет! Хватит разговоров! Хватит этой брехни! Отпускай Крейга!

Она опять качает головой, ее спокойствие бесит.

– Не могу.

Он утыкается лицом себе в колени, образ корчащегося тела Бенишека стоит перед его глазами, и Бретт визжит. Затем, пошатнувшись, поворачивается налево и хватает сзади за волосы взвизгнувшую Сару. Правильный выбор – он понимает это по реакции Линды. Сучка испугалась.

– Давай попробуем еще раз, – шипит Бретт. – Ты можешь либо отпустить Крейга прямо сейчас, либо я убью обеих этих шлюх и начну с твоей любимой. Ты правда хочешь еще несколько смертей в память о твоей дочери? Чтобы к утру у маленького мальчика не осталось ни сестренки, ни мамочки, и все это из-за твоей дражайшей Алиссы?

Сару трясет, и он сильнее дергает ее за волосы.

– Не делай этого, – произносит Линда. – Просто отпусти ее и…

– Нет! Больше никаких игр! Линда, можешь перерезать себе горло, но ты отправишься в ад, зная, что натворила! – Он хватает Сару, проводит лезвием ей по груди, глядя в глаза Линде. – Это на твоей совести!

Сара произносит практически спокойно еще кое-что:

– Пусть так. Только отпусти ее, Линда. Пожалуйста. Просто отпусти…

И Бретт с размаху вонзает нож в центр ее груди.

66 Третий игрок

Закрыв глаза, последнее, о чем думает Сара прежде, чем кровь заливает лицо, – как же сильно она любит своих детей. Всех их. Тех, кто выжил. И тех, кто не смог.

Они где-то там, ждут, ее маленькие детки. Детки Сэма. Наконец-то она их обнимет.