Игрок

– Нам надо поговорить, – сказал он. Гриффин провел его в свой кабинет. Он не стал садиться в кресло у дивана, а занял место за столом. Стакелу ничего не оставалось, как сесть на стул с жестким сиденьем. Гриффин предложил кофе. Стакел вежливо отказался.

– Ладно, Уолтер, – начал Гриффин, – не говорите, что пришли поделиться грандиозным сюжетом для сценария.

– У меня их несколько.

– Охотно верю, Уолтер.

– Но я не автор.

– Если сюжеты хорошие, мы всегда можем нанять профессионального автора, чтобы довел их до ума.

Гриффину не нравился этот разговор. Его сердце учащенно билось.

– Вы когда-нибудь встречались с Дэвидом Кахане?

– Встречался. Довольно давно.

– Вы знаете, что он мертв?

– Господи, он был моложе меня. Что произошло?

– Вы лучше меня должны знать.

Гриффину хотелось, чтобы время остановилось.

– Уолтер, скажите мне все, что у вас на уме, сейчас же.

– Вы в курсе, что я бывший полицейский?

– ФБР, так?

– Это тоже было. Мне сегодня позвонили из полиции Пасадены, отдел расследования убийств. Дэвид Кахане был убит вчера вечером.

– Не может быть.

– Вы звонили ему домой около семи. Его подруга сказала, что он поехал в кино в Пасадену.

– Я даже не помню название фильма.

– «Похитители велосипедов». Вы там были.

– Нет.

– Вы там были. Вы встретили Кахане в кинотеатре, напились с ним в японском ресторане, и он ушел раньше вас. Потом он зашел в «Макдональдз». Там его в последний раз видели живым. Гриффин, почему вы это отрицаете?

– А полиция что думает?

Это был «Бургер-Кинг», а не «Макдональдз». Одна неувязка уже есть. Это приободрило Гриффина и вселило надежду.

– Они думают, он был убит из-за бумажника и часов. Такое случается каждый день. Я могу сказать полицейским, что вы ведете себя так, словно у вас есть что скрывать, и они вызовут вас для допроса в участок. Или могу дать вам возможность поговорить с ними по телефону. Или они могут прийти сюда. Или же спустить все на тормозах. Не думаю, что они так сделают.

– Естественно, я буду сотрудничать, как могу.

– Пару лет назад в Малибу была вечеринка. Музыканты. Наркотики. Ром лился рекой.

Гриффин догадался, что таким образом Стакел хотел сказать, что речь идет о чернокожих.

– Там был охранник у ворот. Он был вооружен. Один из гостей захотел побаловаться оружием. Охранник дал гостю оружие. Через несколько минут охранник был мертв. В полицию позвонили во вторую очередь. Дело уладили.

– Кому позвонили в первую очередь?

– Даже если бы я знал, не сказал бы. Но должен признаться, я восхищен вашей тактикой. Каменная стена. Все отрицать. Ваше слово против их слов. До тех пор, пока у них не будет свидетеля, который бы видел, как вы убивали, и до тех пор, пока вас ничто не связывает, кроме… Кстати, сколько раз вы встречались?

– Только однажды.

– Не считая вчерашней встречи.

– Хорошо, – сказал Гриффин, – вы правы. Я встречался с ним вчера вечером. И я знал, что он мертв. Прочел в газете.

– Тогда почему не сказали об этом?

– Господи, Уолтер, я не хотел быть замешанным.

– Отлично. Я так и скажу полицейским.

– Я им сам позвоню. Скажу, что встретил его в кинотеатре, что мы выпили в японском ресторане, что ему нужно было домой, а я не был достаточно трезв, чтобы вести машину, потом он ушел, и все. Если спросят, я скажу, что пришел встретиться с ним, поскольку он изложил идею сценария, которая мне так понравилась, что я захотел заключить с ним контракт, не дожидаясь, пока он вернется домой, чтобы его обрадовать. Я был рад за него и за себя тоже. И это правда. Вот что я им скажу. Я поеду туда тотчас.

Как в это можно было не поверить? Как мог Уолтер Стакел не поверить? Все было так просто. А если они в это не поверят, Гриффин будет держаться этой версии, потому что ее легко излагать и легко запомнить. Она была правдоподобной.

– Нет. Лучше, если они придут сюда.

– Я не хочу причинять беспокойства.

– Вы говорите, как человек, который виновен. Вы невиновны, ведь так?

– Обычное невротическое чувство вины.

– Шутите. Речь идет об убийстве. Я был полицейским. Вы ведете себя так, будто вы его убили. Будете вести себя так же с полицейскими, у них возникнут подозрения.

– Как мне себя вести?

– Расскажите им все. Они расследуют убийство.

– Я никого не убивал.

– Я вам сообщу, когда они придут.

Стакел удалился. Гриффин до конца не понял, что произошло. Подозревается ли он в убийстве? Или речь идет об обычном допросе всех, кто мог что-нибудь знать о последних часах жертвы? У него не было причины убивать Кахане, точнее говоря, не было очевидного мотива для убийства. Гриффин подумал, что это, возможно, самое интимное событие в его жизни. Он мог бы выступить свидетелем и описать час, проведенный с Кахане, потом описать, как они расстались. Почему они вышли не вместе? Гриффину хотелось послушать музыку. Кахане плохо себя почувствовал. Кахане ждала подруга. Убедительно же?

Позвонил Левисон. Режиссеру-контрактнику требовалась романтическая комедия. Не подберет ли Гриффин подходящий сценарий? Конечно, Гриффин подберет. На время он перестал думать о Кахане и Стакеле и взялся за телефон. Он работал.

Гриффин был поражен, что почти не испытывает чувства вины. Он даже подумал, не сходить ли ему к психоаналитику. Наверное, поэтому он до сих пор не женат. Он не был способен поделиться с кем-либо своими проблемами. Будет ли действовать закон о конфиденциальности? Что сказал бы психоаналитик? Я не могу вам помочь, обратитесь с раскаяньем в другое место.

Когда он возил Бонни Шероу в Кабо-Сан-Лукас, она вывела его из себя, сказав, что только взрослые проводят отпуск в подобных местах.

– Я чувствую себя такой взрослой, – сказала она, когда они остались одни в номере.

– В каком это смысле «взрослой»? – огрызнулся он. – Думаешь, мы дети, которые играют во взрослых. Никакая это не игра. По-моему, я заслужил право делать то, что делаю.

Тогда он не понимал, что говорил. Возможно, он устал от Бонни и искал повод для скандала. Но Бонни знала, что это небольшое недоразумение было началом конца их отношений. Она тогда замкнулась и не захотела заниматься с ним любовью, снизойдя только после нескольких рюмок текилы. Он знал, что напрасно сердился на нее. Бонни смотрела на него с разочарованием и грустью. Стал ли он взрослым, убив человека? Под словом «взрослый» Бонни подразумевала ответственного, сдержанного, независимого человека, способного принимать решения и тратить деньги. Имела значение и цельность характера. Он знал двадцатипятилетних, которые распоряжались постановочным бюджетом в несколько миллионов долларов. Были ли они взрослыми? В свой тридцать один год он зачастую ощущал полное бессилие. Был ли он взрослым? Дэвид Кахане затратил годы, ничего не достигнув. И что он узнал? Был ли он взрослым?