Игры сердца

— Пока вы двое пытались скрепиться в объятиях, мы с парнями поболтали, — бросил Мерри.

— И? — подсказал Майк.

— Пришло время навестить Райкера.

Потрясающе.

Райкер, если он находился в настроении, был информатором Колта. Райкер был известен как крутой, очень крутой парень, которому было наплевать на всех. Никаких привязанностей. Райкер был свободным агентом.

Но дочь женщины Райкера попала в какое-то недавнее неприятное дело в городе. Шокировав всех до чертиков, тогда Райкер ясно дал понять, что готов взяться за это дело. Он добился своего и стал работать над делом с Таннером Лейном. Вслед за этим последовал еще один шок, когда Райкер и Таннер сблизились, стали вроде партнеров.

Как он это делал, но Райкер был в курсе всего, что происходило в западной части Индианаполиса, в первую очередь Спидвей, Бург и их города-спутники. Райкер должен был знать о МакГрете и его передвижениях, а если нет, то узнал бы.

Райкер обменивал свою информацию только на деньги или «должок» и только в том случае, если этого хотел. Он был настоящей занозой в заднице. И он был не из тех, кому хотелось бы быть чем-то обязанным.

Майк подумал о ферме, на которой он проводил время еще подростком. Как ему нравилось то время. Спокойное. Тихая гордость семьи за ее банальную красоту. Он подумал о тех временах, когда сидел на своем балконе и видел, как Дэррин с Финном и Кирби обрабатывали ту землю. И он подумал о сэндвичах в постели с Дасти.

И он решил, что не возражает стать должником Райкера.

* * *

— Теперь я знаю, что у тебя есть яйца, ты обзываешь меня задницей, бросив Дасти?

Вот как Хантер Ривера ответил на звонок Майка.

Майк не стал обмениваться любезностями. Вместо этого он сообщил Ривере:

— Лебрек звонил ей.

— Э-э… знаю.

— Что?

— Чувак напился. В хлам. В стельку. Ужрался в зюзю. Обкурился. Нагрузился по полной. Он был настолько плох, словно его замариновали. И в таком состоянии, у него не возникло проблем, чтобы излить свою душу любому в «Шуба» — он позвонил своей женщине, а какой-то мудак в этот момент занимался с ней сексом, и этим он делился буквально с каждым в баре. Также он заявил, что намеревается тащить свою задницу в Индиану, чтобы надрать задницу этому мудаку и вернуть свою женщину. А поскольку это был вечер пятницы, в «Шуба» было полно народу, он многим рассказывал, и многие его слушали.

Бл*дь.

Вот черт!

Ривера продолжил:

— У тебя есть приемчики, бро, прикрывать ее дерьмо, потом болтать с Дасти, цементируя это дерьмо, посылая ей цветы. Хотя моя женщина замышляла буквально несколько дней назад твое убийство. А на следующий день меня спрашивают, почему я ей не дарю цветов. Понятно, что у тебя все идет своим чередом. Но, черт возьми, ты меня убиваешь. Я не покупал Джерре цветы с тех пор, как разозлил ее, пока мы встречались — заснул во время какого-то дерьмового фильма, на который она потащила, заявив, что этот фильм — голливудская версия нас. Как я мог заснуть, смотря на экране историю о нас, спрашивает она. И, бро, если бы это были мы, мы, показались мне, чертовски скучными. А сейчас я вывел Лебрека из себя, потому что ты в Индиане творишь всякое дерьмо и отвечаешь на его звонок. Мать твою.

— Он не должен приезжать в Индиану, — сообщил ему Майк.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? Упек его за решетку? — спросил Ривера.

— С фермой все превратилось в ужасное дерьмо. У Дасти и так было полно дел с домом, заполненным горем и сукой сестрой. Теперь сестра нашла покупателя на свою четверть земли, а этот подрядчик любит размах. А чтобы что-то построить, нужно иметь землю. И, поверь мне, у него есть свои подходы к фермерским хозяйствам, которые возделывают эту землю в течение пяти поколений, и во время фермерского кризиса тоже, он умеет убеждать их продавать свои земли.

Он понял, что Ривера понял каждое его слово, пробормотав:

— Бл*дь.

— Итак, ответ на твой вопрос: да. Ты делаешь все что угодно, чтобы он здесь не появился. Не знаю, хоть вводи ему транквилизаторы. Выстрели в него. Мне плевать, что ты сделаешь. Но ты держишь этого засранца подальше от Дасти.

— Я подумаю, что смогу сделать, — ответил Ривера. — Если что-то пойдет не так, буду держать ухо востро и дам тебе знать, что он направился к вам.

— Ценю, — пробормотал Майк.

— Ладно, с делами покончено, то, что я скажу дальше, не касается Джерры. Дасти — ее лучшая подруга, но она также и моя подруга. И я видел своими глазами, какое опустошение ты ей причинил в тот раз. Я не буду долго объяснять, но надеюсь, ты все понял. Я не хочу снова увидеть лучшую подругу моей жены здесь, в Техасе, в таком состоянии. Ты меня понял?

— Это кануло в прошлое.

— Мне нужно знать, ты понял меня?

— Я подумал, ты понимаешь, что я позвонил тебе, прекрасно зная, что ты в курсе всего дерьма, которое я устроил.

Наступила пауза, затем тихое:

— Знаю. Стальные яйца у тебя, чувак. Черт. — Затем уже громче: — Ты затащил ее в свою постель навсегда — типа, ты делаешь ее счастливой. Потеря ее в Индиане для Джерры будет равно — ампутации конечности. И мне придется выслушивать ее стоны о потери лучшей подруги здесь.

— О чем ты? — спросил Майк.

— Я слышал, — поделился Ривера. — Дасти нравится твой таунхаус. Просторный дом. Кухня хорошая. Собака. Кучу дерьма выслушал о двух замечательных детях. Дасти любит собак и детей, но она совсем не любит таунхаусы, по крайней мере, раньше. Это значит, что дело не в таунхаусе, а в мужчине, который живет в этом таунхаусе. Насколько я знаю, она жила с одним мужчиной. Лебреком. И он перенес свою задницу к ней в дом. Но если ей так нравятся все достоинства таунхауса, это означает одно.

Ривера заткнулся, а Майк молчал.

— О, черт. Трахни меня, — прошептала Ривер. — Я сболтнул лишнее. Теперь ты взбешен и собираешься сбежать.

— Нет. Я абсолютно рад, — ответил Майк твердым голосом.

Ривера снова заткнулся.

Ей понравился его дом. Ей понравилась его собака. Он уже знал, что ей нравятся его дети.

Черт, ей понравился его дом.

Пока Ривера продолжал молчать, заговорил Майк.

— Думаю, мы закончили.

— Выше голову, бро. У детей скоро весенние каникулы. Угадай, куда мы поедем? — спросил Ривера.

— На пончики, — ответил Майк.

— Держу пари на свою задницу, чувак, что именно так.

— Мой совет. Поститесь по крайней мере неделю. Тебе понадобится много места в животе.

Он услышал смех Риверы, прежде чем тот ответил:

— Ни хрена. Дасти привозила нам дюжину после того, как ты бросил ее. Ты знал, что потерял, не замедлив вернуть, очевидно, вы оба регулярно употребляете пончики, так что мы ждем две дюжины.

— Моя доля, я должен тебе десять.

— Мне больше нравится твой подход. Мы с этим разберемся. Созвонимся, бро.

— Пока.

Майк отключился и невидящим взглядом уставился на свой стол.

Ей понравился его дом.

Встав, он сунул телефон в задний карман.

И поймал взгляд Мерри.

— Ланч, — пробормотал он.

Мерри кивнул.

Майк вышел из участка, улыбаясь.

* * *

Вайолет Каллахан лежала в темноте, прижавшись щекой к плечу мужа.

— Босиком? — прошептала она, и рука Джо, обнимавшая ее, сжалась крепче.

Он вспомнил. С другой стороны, он никогда этого не забудет.