Империя

Да не думал я как-то, что не только доживу до столь эпохальных событий, но ещё и буду сидеть в кабинете и с полной отдачей выбирать алкоголь столь скрупулёзно. Да и сей напиток только названием с земным схож. Подняв бокал к настольной лампе, я смотрел, как лучи света преломляются через янтарную жидкость. Данного стакана когда-то бы хватило, чтобы с гарантией отравить весь экипаж его пегаса, а сейчас бутылки данного напитка едва хватит, чтобы слегка расслабиться. Иммунная система уже начала подбирать ключики к данному составу отравы, и скоро он будет для меня равносилен обычной бутылке минералки.

Как же там мой бедный Пегас? Он столько уже пережил, а сколько ему ещё предстоит пережить? Сто семьдесят три модернизации, установка нервной системы, новые вычислительные мощности и толпа мелочи, которая на нём училась летать меж звёзд. Одни только размеры увеличились почти втрое, и рожек. Да-да, в центральной части был установлен самый натуральный рог, со «светючкой» и плазменной дугой, чтобы рожиком можно было вреднючие суда резать. А то, что у пегасов вроде рогов не было, это мифические крылатые кони, то, как оказалось, я не разбираюсь в пегасах, ибо у либрийских пегасиков рожки есть, и точка. Да и Пегасу нравилось общество молодого потомства Либри, у него даже имелось помещение для их дискотек. Вздохнув, я долил бренди местного производства. Кто бы мне сказал, что я на полном серьёзе буду обдумывать чувства корабля? Ранее была своеобразная мистика в общении капитана и его судна, сейчас же корабль всерьёз ответить может.

Переведя взгляд на стол, я рассматривал маленькие картины. На Земле это были бы обычные фотографии, но здесь они ушли в прошлое, уступив место голографическим изображениям. Местные жители предпочитали пси-портреты, в рамках стояли зарисовки моментов жизни, несущие в себе ментальные слепки.

Каким же глупым я выглядел, забирая из роддома своих детей, и какой весёлой была моя дочь! И это без учёта моего молодого, двухсотлетнего возраста!!! Стать снова папой после ста с лишним лет жизни в империи, где никто не собирался производить противозачаточные средства, было непросто. Биологи впадали в ступор, когда их спрашивали о контрацепции или противозачаточных средствах. Потомство было одним из краеугольных камней моей новой расы, и противодействовать размножению никому не приходило в голову. Забота о потомстве и его обучение были одними из основных инстинктов, заложенных Праматерью и княгиней на заре зарождения расы.

После первого века жизни в Империи, правда тогда она ещё не стала нынешней империей и называлось иначе, дочка обзавелась младшими братьями и сёстрами, с которыми с утра до вечера возилась вместе со своими детьми. Моя любимая дочь подарила мне двух внучек и внука, а ещё у меня теперь есть пять сыновей и три дочери. Семья активно росла, род теперь не угаснет на мне или дочери. Тогда, последовав за дочерью, я подсознательно принял мысль, что мы не выживем, ведь весь поход в неизвестность иначе как фарсом назвать было нельзя. Но у судьбы были свои планы на старого опального адмирала и его дочь. Да, людьми мы перестали быть, но род и наша кровь не сгинули, дав свои новые сильные ростки.

Первое время после ассимиляции я старался соблюдать привычный по долгой службе график жизни, но новому телу было плевать на мои прежние привычки или заскоки моего старческого подсознания. Не спать неделями, вкалывая как ломовая лошадь, — пожалуйста. Не есть сутками — ради Зеруса. Хочешь вырубиться — сходи к рексам или мелочи с молодыми матерями, вот те тебя умотают, и организм сам вырубится. А так ешь главное побольше, и можно вообще не спать месяцами, и пахать, пахать и снова пахать.

Каждый новый день после ассимиляции был краше прежнего. Постепенно приходило осознание того, что жизнь не заканчивается. Нет, она только началась, и ты снова юноша. Особенно чётко давал мне это понять половой орган. Первый раз, когда я проснулся после ассимиляции, ознаменовал дикий стояк и дикое желание. Я это чувство «желаний от подростковых болезней» уже благополучно позабыл за ненадобностью. После я узнавал, что эта проблема была поголовно у всех, кто прошёл мутацию. Первое время все, кто был в преклонном возрасте, стеснялись и нервничали, а вот после происходил некий срыв, и большинство срывалось в некий угар на пару-тройку месяцев. День назад ты стар, твоя жизнь идёт к закату, а на следующий день ты молод, здоров и в такой форме, что лучшие спортсмены умрут от зависти. И это всё естественно, без химии и имплантатов, гормоны постепенно всё сильнее бьют по разуму, а новые возможности тела и вовсе сносят башню.

Все чувства обострились до предела: зрение, обоняние, вкус, слух, осязание — всё это не просто на пике, а на таких высотах, которые раньше были недоступны человеку. Часто я сам «подвисал», да и других людей встречал в таком состоянии. Невозможно описать словами, каково это — осознавать, что твои глаза могут видеть микроскопические частицы, работать как современная система слежения, частично видеть в инфракрасном спектре, замечать отголоски магнитных полей и сотни других деталей.

Я останавливался каждый раз, когда мой взгляд устремлялся в небо, и неважно, днём или ночью. Я видел звёзды, всю красоту бескрайнего космоса, которую он мог предложить. Если для обычного человеческого глаза космос был погружён во тьму, то для меня он был полон новых красок и чудес в любой точке пространства.

Стол слегка задрожал, а по кабинету прокатилась волна чистой энергии. Это явление биологи беззастенчиво назвали схватками: Праматерь рождает свою новую мужскую ипостась. Стены, пол и потолок светились от переполняющей их энергии мутирующей Праматери.

Когда прошла первая волна, корабль чуть не выбросило в обычное пространство, и это вызвало ряд мутаций на самом судне. Но Иса с биологами успокоили меня: вреда нет, только польза для нашей «Буре Рождённой». Благодаря огромным объёмам дармовой пси-энергии «Буре Рождённый» развивался гигантскими скачками и запустил каскад мутаций.

Когда-то Праматерь мне рассказала, что в прошлой жизни была мужчиной из параллельной реальности. Хоть я и быстро привык отождествлять главу государства с женским родом, и этому поспособствовал титул-имя, которым нарекли главу государства. Но оказалось, что учёный, переживший перерождение, озадачился проблемой своей гендерной принадлежности и шёл к своей цели с похвальной настойчивостью.

Интересно, как отреагирует Праматерь на то, что её дети уже назвали её Всеотцом-Праматерью с лёгкой руки княжны Смалк? А мелочь и вовсе устроила пирушку, ведь Праматерь теперь будет как они — мальчиками и девочками одновременно. По мнению мелких, Праматерь теперь — крутяцки болшучая либри!

«Буре Рождённый» же пел от радости. Он каким-то образом получил и продолжал получать от Праматери некоторое количество её эссенции и благодаря ей активно мутировал. Лезть в научные дебри я не собирался, но судя по очень довольным рожам биологов и механикусов, у нас всё хорошо.

Почти три метра хитиновой брони, сильно укрепившиеся энергетические магистрали, слившиеся два пси-реактора, образовавшие с центральным ядром судна некий симбиоз или единый орган. Биологи и механикусы разве что не сходят с ума от счастья, ковыряясь во флагмане. Они даже половину научного состава персонала вывели из анабиоза.

И это только самые масштабные изменения, а мелких наберётся под пару тысяч, не говоря уже о ещё паре сотен незавершённых мутаций. Например, в недавно наращённой хитиновой броне начали появляться камеры. По предположениям биологов, они предназначены для дротиков: больно уж устройство похоже на аналог такого органа у Праматери. Ещё там растут странные чешуйки, но им дико не хватает кристаллов. Пол запаса с моего разрешения уже скормили, но этого титану было мало: по расчётам меков, нужно раз в пять больше.

Флагман уже весьма существенно отличался от большинства судов, и ведь не только размерами, но и своей конструкцией. Изначально он проектировался с учётом габаритов Праматери, которая была самой крупной особью. Поэтому большинство комнат и коридоров на судне были огромными.

Кроме того, флагман смог установить контакт с дворцовым комплексом и активно пытался научиться выполнять указания старшего товарища. Дворцовый комплекс был наиболее опытным в общении и адаптации под желания главы государства.