Инклюз
Шрифт:
– Откуда ты все это знаешь?
– Из школьной программы, Джек.
– Я знаю только, что индейцы придумали биф джерки – вяленое или копченое мясо, которое можно хранить не в холодильнике, – гордо продемонстрировал познания Джек.
– Поверь, это очень хорошо, что тебе это известно. Индейцы жили на земле, которая щедро делилась своими сокровищами, недалеко был океан, в котором водилась рыба и прочие морские гады, индейцы открыли многое из того, чем мы пользуемся до сих пор. Разные кукурузные лепешки тоже пошли от них. Они ловили птиц…
– Окей, птичка. А ты что сегодня приготовила? – не выдержав, перебил Джек.
– Я точно не знаю, как это называется, поскольку племя, в котором это было придумано, почти не сохранилось до сегодняшних дней. Мой прадед был экспедитором, еще застал большую
– Это интригует. Из чего же состоит твое блюдо? – ближе пододвинул стул Джек.
– Мелко нарезанный лосось я мариновала в свежем лаймовом соке. Сверху покрошила отваренными ножками осьминогов и нарезанными кальмарами. Ну и немного сельдерея с кинзой для аромата. – Из другой кастрюли она достала початок кукурузы, от которого поднимался ароматный пар. – Без кукурузы у индейцев редко обходились семейные блюда. Бери еще кукурузные чипсы.
Джек потянулся к тарелке с чипсами и, медленно пережевывая одну из них, настороженно присматривался к еде. Он бы предпочел лосось с гриля, маринованная рыба казалась ему сырой и немного подозрительной. Немного настораживал и запах морепродуктов.
– А почему это все такое красное? – с сомнением в голосе спросил Джек.
– Ах, да. Сверху я залила это все сальсой, но не волнуйся, не острой, мне хотелось добавить в блюдо немного мексиканского колорита.
Джек очередной чипсой захватил немного гуакамоле и закинул в рот. Такая комбинация была ему привычной и безопасной, но он понимал, что для приличия, надо попробовать и основное блюдо, хотя смотрел на него с подозрением. Его смущало, что девушка спокойно ела эту странную еду. Жевал он медленно, стараясь не выдать того, что вкус ему не нравился. Морепродукты, в отличие от размягченного лосося, пережевывались долго. К тому же кальмаров и твёрдых ножек осьминогов было слишком много.
– Я правильно это ем? – спросил мужчина.
– Да, – тихо ответила девушка. – Может, тебе соли?
– Соли и кислоты, мне кажется, достаточно. Просто я совсем не голодный. – Он накалывал ничтожно маленькие кусочки кальмаров и жевал медленно, пытаясь съесть как можно меньше за уделенное трапезе время. – А почему это племя «колония» больше не существует? Ты что, изучаешь индейцев?
– Не «колония», а «олони» – это основное племя, которое заселяло современную Кремниевую Долину и город Сан-Франциско. Наш прадед был очень вовлечен в исследования разных племен, поэтому вся семья много знала об индейцах. К тому же, мы тут жили и время от времени видели их своими глазами. Говорят, они перебрались в Калифорнию с севера еще до миграции лососевых рыб. Когда испанцы принесли олони христианство, считается, что они крестили 81000 индейцев. Большая популяция. Только европейцы привезли роковые корь, оспу, дифтерию, и люди, не успевшие выработать иммунитет, стали стремительно умирать. Во время переписи в 1852 году племя насчитывало всего лишь 1000 человек и среди них было много больных этими болезнями.
Джек заставил себя съесть ещё несколько кусочков, затем отодвинул тарелку и потянулся к бутылке вина. Штопор с легким скрипом вошел в пробку, а рассеянный взгляд Джека остановился на недоеденной еде.
– Вина для храбрости — вот, что нам сейчас надо, – вдруг торжественно сказал Джек и принялся разливать содержимое бутылки по бокалам. – Я-то всегда думал, что индейцы сократились из-за нашего решительного нажима, – он засмеялся, находя свою шутку удачной. – Посмотри, как они жили и живут в своих резервациях, и как живем мы.
Девушка пытливо посмотрела на мужчину снизу вверх, но не улыбнулась на его шутку.
– Я недавно в колледже сдала на отлично работу насчет, как ты говоришь, «нажима» на них. В твоих словах есть много правды. Работа касается только нашего штата, а точнее сказать Северной Калифорнии, где работал мой прадед. Так вот, например, население племени толова, что до сих пор живут у Голубого озера, в 1770 году составляло около 1000 человек, а уже в 1910 году – лишь 150 человек. И все это из-за массовых убийств. Не просто убийств – их дома сжигали. Во время празднования их народного праздника Нидэша колонизаторы устраивали
новые массовые убийства, что привело к волнениям. В 1860 году после противостояния 600 человек были уничтожены. Губернатор штата официально признал геноцид и публично извинился. Потребовалось всего-то 150 лет.– Раньше вообще были другие нравы, – ответил Джек, водя по наполненному бокалу пальцем. – Во всех странах резали и вешали, не имея четких международных конвенций. Мы, в отличие от турков, хотя бы признали содеянное геноцидом.
– Не во всех случаях, Джек. Племя юки на сегодняшний день насчитывает около 100 человек. И все это результат массовых убийств представителей так называемого цивилизованного мира, искателей золота. Их просто согнали с собственных земель, истребили. Официально подтверждено, что многих из них обратили в рабство владельцы плантаций. Йокутские племена около Бейкерсфилда у предгорий Сьерра-Невады насчитывали, по исследованиям ученых Хайзера и Эльзассера, 70 000 человек в начале 1800 годов. А уже в 1910 г. Альфред Крёбер оценивал численность Йокутс в 600 человек. Ты осознаешь, сколько людей пропало за сто лет?
Джек, не успевший сосчитать сколько людей действительно пропало, только кивнул.
– В 1848 году золотоискатели вытеснили с родных земель племя яна. В стычках племя понесло большие потери и уже через менее 20 лет насчитывало 50 человек. Пятьдесят, ты представляешь? 50 человек для народа – это страшно маленькая цифра. Это трагедия. Я могу представить 50 человек на баскетбольном поле и даже в классе своего колледжа! Это же с каким ощущением несправедливости жили выжившие? И этим не закончилось. После «Бойни среди трёх холмов», которая произошла в 1865 году, выжило всего 30 человек из племени. Остатки этого народа около сорока лет еще скрывались в горах, попадаясь изредка на глаза новым поселенцам. На сегодняшний день их считают исчезнувшей ветвью.
– Как ты можешь помнить все эти числа, дорогая?
– Это происходит само собой, когда действительно чем-то интересуешься. К тому же я целый час защищала свою работу перед преподавателями. К слову, многие из них не сильно любят эту тему. Им больше нравится слушать про доблесть американских пионеров1, а лучше про победу в бою, где перевес был на стороне врага. Никак не история, например, племени вийотов, когда 25 февраля 1860 года белые поселенцы, преимущественно состоявшие из солдат, служивших в форте Гумбольдт, убили при одном налете около 130 индейцев, в основном, женщин и детей. А вот 130 гражданских человек, убитыми и уложенными друг около друга, я не могу представить даже на баскетбольном поле. Ты представляешь, как это много?! Оставшихся быстренько вытеснили в резервации. Еще были племена тонгва, салина... Много их было. И пусть не всех коснулся геноцид, но давление на религию и культуру тоже было сильным. Племя мохаве американизировали принудительно, их избивали. В школах детям запрещали говорить на родном языке, предусматривая телесные наказания. В культуре племени было дикостью наказывать детей физически, и они воспринимали белого цивилизованного человека совершенно диким. Чувствовали себя униженными и бессильными. Их родные много значащие имена отменили, присвоив типичные англосаксонские.
Взгляд Джека все более остывал, и теперь он немного холодно смотрел на рассказчицу. Он все чаще прихорашивал свои волнистые волосы и ждал удачного момента прервать пустые разговоры.
Они впервые встретились на вечеринке киношников, куда девушку пригласили подруги. Среди режиссеров и нескольких известных актеров было много непримечательных молодых людей. Армия закадрового персонала, которая обеспечивает на площадке свет, декорации, транспорт, звук и многое другое. Джек свободно чувствовал себя в этом обществе. Казалось, он мог развеселить любую компанию. Он долго разговаривал с режиссерами, легко смешил остальную публику. В тот вечер девушка случайно осталась с ним наедине, и вечер закончился в ее спальне. Подружки забросали вопросами о том, какой он. Никто не знал его должности, но всем казалось: это большая шишка. Девушке льстила зависть подруг и она не сказала, что наутро, перед тем как уехать, Джек позвонил жене с ее домашнего телефона и расспрашивал о детях, на ходу придумав историю со сломавшейся машиной и ночевкой в дешевом мотеле. Эта ложь сильно подпортила первое впечатление.