Инстинкт № пять

Так вот что нашел Марс, вспоров лезвием подкладку, это было письмо, которое прятала моя сумочка столько лет!

Я машинально развернула листочки — строчки пьяно прыгали перед глазами, так как я была потрясена внезапным открытием, — пыталась прочесть написанное, но не могла. Бумага была исписана с двух сторон стремительной рукой, и прошла пара минут безумия, прежде чем я поняла, что написано все по-французски, и таким дурным почерком, что с ходу его понять не получится.

Потом прочитаю!

Спрятав письмо в карман халата, в панике я обратила внимание на мужнин блокнот, раскрытый там, где лежали листочки. Тут проблем с почерком не было.

Ясными школьными буковками Марс записал в колонку:

Выводы:

1. Сейчас ее мочить ни к чему.

2. Важно понять механику самозащиты Лизы.

…Лиза? Но меня тоже зовут Лиза!

3. Все попытки ее ликвидации провалились. Почему? Что ее защищает? Выяснить у самой.

4. Выигрыш в казино. Узнать секрет мухлежа.

5. Оттягивать исполнение заказа как можно дольше. Мочить при попытке бегства. Отрезать пальцы для клиента, убедить отпечатками.

У меня потемнело в глазах — Марс не любит меня, наш брак — ширма для исполнения заказа наверняка.

Полный улет! Хлоп! Я потеряла сознание. Очнулась через пару минут — лежу плашмя на паркете, раскинув руки. Затылок от удара болит. Но я была уже абсолютно другим человеком! Никогда не думала, что моя душа способна так быстро вывернуться изнанкой. Встав на ноги, я демонстративно выдрала страничку его писулек из блокнота: смотри, гад, я все знаю. Тем самым я отрезала всякие пути к отступлению. Больше — я бросала вызов не только ему, а всей шайке ублюдков.

Вернулась к себе. Открыла бутылку шампанского и постаралась взять себя в руки: Лиза, держи удар!

Я выпила в два приема всю бутылку, и шампанское сделало свое дело: отрезать пальцы, которые столько раз целовал!

Я наконец разрыдалась.

Почему-то особенно жгли сердце слова о том, что я мухлевала тогда в казино. Как ты мог, гад?! Это был один из самых лучших дней нашего медового месяца. А мой выигрыш! Это ангел-хранитель заступился за вечную неудачницу.

В тот памятный день Марс повез меня в Монте-Карло. Я никогда не переступала порог казино и к затее отнеслась без всякого трепета, гораздо больше мне хотелось искупаться нагишом в теплом ночном Средиземном море. В казино Марс оставил меня на произвол судьбы, сказал, что заедет через час.

«Тебе хватит часа, чтобы просадить сто тысяч?» — «Я это сделаю быстрее», — ответила я!

Мне, конечно, хотелось выиграть, я слышала, что новичкам везет, но — не поверите — мне так хотелось искупаться в той теплой черноте, что струилась до самого горизонта за окнами, что я действительно решила побыстрее избавиться от денег. Тем более если они не мои. Я разменяла франки на самые крупные жетоны, по 10 тысяч. Я шла из одного роскошного зала в другой, не зная, на чем остановить свой выбор. И тут я — рраз! — распорола лимонные колготки о какой-то дурацкий угол. Ага, подумала я, просекая момент, рок услышал меня. Всю жизнь рву колготки, ну сколько можно! Я стояла возле длинного овального стола под зеленым сукном в самом роскошном зале из всех, что я прошла: кругом зеркала, золотая лепнина в стиле модерн, грозди света на люстрах из бронзы. Уже потом я узнала, что это был Salle Privee — казино «Отель де Пари» для игры с крупными ставками. За столом, у которого я остановилась, играли в карты. «А это что за игра?» — спросила я у молодого господина с кошачьими усиками. «Баккара», — ответил он, насмешливо смерив меня взглядом.

Стоп! Перед самым выходом из отеля я сунула тайком от Марса палец в свою заветную книжку, чтобы узнать, как себя вести в казино. И палец угодил в сказку про Кота в сапогах, в то самое место, где пройдоха Кот кричит в карету короля: «Помогите! Помогите! Тонет господин маркиз де Караба…» Палец угодил прямо в это самое имя: Караба… Я пожала плечами, не понимая, что это значит… А это значит: ба-ка-ра! Стоит только переставить местами три слога в фамилии Ка-ра-ба…

Я остановилась как вкопанная. Пытаюсь разобраться в правилах игры. Так, крупье сидит на высоком стуле и командует игрой. Орудует длинной лопаткой, которой цепляет карты и жетоны игроков. За столом дух ажиотажа и отчаяния за маской респектабельности. Вся публика при параде: дамы с голыми спинами, с брюликами в мочках, господа с цветами в петлицах фраков, в центре — какой-то вялый надутый шейх в «арафатке» с четками в руках, за него играет слуга, стоя прямо за креслом хозяина. Слежу за картами. Ага! Самое лучшее — набрать девять очков, тут наибольший выигрыш. А вот если угодил в десять очков или выше, то проиграл, перебор. Туз считается за одно очко. Фигурные карты сбрасываются. Считают только пузатую мелочь: двойки, тройки… В общем, не так уж хитро закручено.

Крупье поглядывает в мою сторону. Еще бы! Я как идиотка держу открыто в руках кучу фишек по 10 тысяч. Не догадалась спрятать в сумочку. Целая куча деньжищ: сто тысяч франков — это 20 тысяч долларов. Тут один из проигравших встает из-за стола. Крупье сразу предлагает занять мне свободное место. Была не была! Сажусь в кресло. Мое место за столом обозначено цифрой семь. 7 — опасная цифра, она похожа на косу в руках смерти… Но ведь ты давно обручилась со смертью, не дрейфь!

Только тут, по неумелости моего поведения, крупье догадывается, что я новичок — играю в первый раз, — и слегка меняется в лице: он тоже знает, что судьба любит желторотых. Делаю первую ставку на 10 тысяч франков. Беру выпавшую мне карту. Уйя! У меня девять! Выигрыш. Новая ставка. Беру: 7 и 2. В сумме — 9! Опять фарт. За столом воцаряется возбужденная тишина зависти. Щекастый шейх один сохраняет свой сонный вид. Замечаю куцые усики — перышком — на верхней губе. Держись, котяра!

8, 9, 9, 8, 9, 8, 9, 9, 9, 8!

Двенадцать выигранных подряд сдач! Гора фишек — миллион пятьдесят пять тысяч франков! Старуха с пьяными глазами, в алмазной диадеме на седых волосах, что сидит напротив меня, с натиском выкрикивает: «Прекратите!»

Но я не знаю, как это делается! Что нужно сказать?

Моя удача вымела всех игроков подчистую. За столом остается только один противник — арабский шейх. Он по-прежнему сонно перебирает четки, а играет слуга в красной феске, который стоит за жирной спиной босса. До этого шейх скучал, а сейчас ему чуть-чуть интересно — как долго будет фартить? Черные четки ползут сквозь вялые пальцы в перстнях. Слуга берет карты. Он взмок от пота. У меня снова 9! Получай, гондон! Затем следует блистательный ряд. По толпе зевак у стола проходит суеверный трепет:

9, 8, 9, 9, 9, 9, 9, 8, 9, 7!

Я продолжаю выигрывать, но чую нутром, что удача моя начинает опасно мелеть. Первый раз в глаза сверкнуло семеркой! А это сигнал — берегись, матрешка.

Из толпы позади кресла меня то и дело дергают за бретельку вечернего платья! Можно сыграть с вами, мадемуазель? В ответ я только пожимаю плечами, я не понимаю, чего они хотят, не знаю, разрешено ли такое правилами и как это делается: пардон, месье, пардон, мадам…

«Прекратите!» — уже открыто через стол кричит мне в лицо старуха в диадеме. Она даже протрезвела. Я понимаю ее ужас при виде такой чертовской удачи, но как остановить игру?

«Хватит, малышка», — шепчет сосед слева, щекотнув ухо усами.

Только мой котяра-противник сохраняет спокойствие халвы. Шейх слишком богат, чтобы мрачнеть из-за проигрыша. Нефтяная струя четок ползет и ползет сквозь пальцы. Слуга просит принести бутылку воды и жадно пьет «Виши» большими кусками паники. Шейх запросто отрубит ему пару пальцев на злой руке.

«Делайте игру, господа!» — снова и снова произносит крупье, пытаясь сохранить невозмутимость. Но я вижу: он потрясен моим счастьем в баккара. Спасибо Коту в сапогах…

Мне продолжает фартить, но взмахи смертельной косы все ближе.

9, 9, 8, 7, 7, 7…

Еще чуть-чуть — и моя голова покатится с плеч удачи. Как остановиться?! Господи! Кто-то сзади горячо целует мою шею. Я вскрикиваю, словно меня укусили зубами. Это Марс. Его лицо горит азартом зеваки. Потом я узнала, что он все время следил за мной и никуда не уходил из казино. «Марс, наконец-то как перестать играть?!» — «Скажи „пас“».

«Пас», — повторяю я, как попугай. Крупье потрясенно кивает: «пас». Шейх обмахивается веером — «пас». Бай-бай, баррель!