Иные мертвецы

Сначала она посмотрела на Бастиана, затем перевела взгляд на меня и покачала головой. — Я не тестировала это, но видела результаты. Это оказалась жидкость для отслеживания разложения, рассчитанная примерно на семьдесят два часа. Дальность его отслеживания не впечатляет.

Черт. Мы все еще не знали, как пука нашел хижину, или как Тэкери узнал, что я пережила инъекцию паразита.

— Я принесу из кабинета компьютер, по которому мы сможем ее отследить, — сказал Бастиан Бэйлору. — Встретимся у лифта.

Бэйлор собирался возразить, но Бастиан успел выскользнуть из комнаты. Мари выбросила использованные иглы и вернулась к анализу крови.

— Сколько времени займет тестирование? — спросила я.

— Пару часов, — ответила она, не глядя на меня.

Мы с Бэйлором вышли в коридор. Множество коридоров могли запутать наше возвращение к лифту, но Бэйлор запомнил дорогу, поэтому я позволила вести себя вперед. Мы прибыли первыми и стали ждать. Бэйлор наконец убрал свой пистолет в кобуру и стоял как телохранитель. Мы довольно много общались за последний месяц, но я почти ничего о нем не знала. Ничего, кроме его преданности Триадам, его упрямства и честности.

— Сделаешь мне одолжение? — спросила я, прежде чем смогла отговорить себя от этого.

— Если это в моих силах, — ответил он.

— Не позволяй Вайяту натворить глупостей. Ему не нравится, что я добровольно иду к Тэкери. Черт возьми, мне самой это не нравится. Но прямо сейчас я не вижу другого способа спасти Финеаса. У Тэкери все козыри, и он знает, как ими выиграть. Если дела пойдут плохо, и я… — Мой желудок сжался. — Просто не позволяй ему делать ничего глупого, хорошо?

— Мне остановить его, если, например, он попытается организовать спасательную самоубийственную операцию?

— Типа того. Или если он решит найти еще одного сумасшедшего эльфа и попытается воскресить меня снова.

Бэйлор тепло улыбнулся. — Я сделаю все, что в моих силах. Но, возможно, тебе стоило попросить об этом Джину?

— Я думаю, она могла бы его успокоить, но ты, скорее всего, сможешь вырубить его, если до этого дойдет.

— Понятно.

Бастиан присоединился к нам минуту спустя, неся ноутбук в чехле на плече. — Что ты собираешься рассказать остальным обо мне? — спросил он.

— Ты имеешь в виду промолчать вместо того, чтобы солгать? — Бэйлор сделал угрожающий шаг вперед. — Ничего. Но у тебя есть один час, чтобы признаться в этом начальству. Один час. — Ему не нужно было угрожать, все и так понимали, что он применит насилие в противном случае.

Браво.

Мы вернулись в вестибюль. Бастиан остался внизу. Вайят подскочил к дверям лифта. Кисмет встала со стула. Оба выглядели нервными.

— Они все там, внизу, — сообщила я, прежде чем он успел спросить. — Все шестеро.

— Почему вас так долго не было? — мрачно поинтересовался он, осматривая меня.

— Строили запасной план. Я рассказала ему о красителе для отслеживания и образце моей крови, но не о признании Бастиана. Потому что не хотела тратить время на то, чтобы оттаскивать Вайята от Бастиана. Я хотела промолчать и о своей крови, потому что признаться Вайяту в том, что оставила образец крови, все равно что сомневаться в том, что я вернусь. — Сейчас кровь тестируют внизу, но не знаю, будут ли результаты до начала игры.

— Тем не менее это хорошо, — произнесла Кисмет. — Мы сможем обнаружить антитела, и если Тэкери не идентифицирует краситель, то выясним, где он устроил свою маленькую лабораторию.

— Вот именно, — согласилась я. И если Мари узнает, что в моих венах нет ничего экстраординарного, тем лучше. Это означало, что я не дам Тэкери ничего полезного и победила инфекцию с помощью старой доброй магии исцеления гномов.

В кармане Вайята заиграла знакомая мелодия. Он вытащил сотовый телефон Тэкери и протянул его мне.

Я уставилась на него широко раскрытыми глазами. — Он звонит раньше срока. — Я взяла телефон и нажала на громкую связь. — Стоун.

— Ах, превосходно, — сказал Текери. — Когда услышал о том, что ты оказалась в хижине, я испугался за твою безопасность.

— Пошел ты.

Он усмехнулся, и мне захотелось пролезть через телефон и придушить его. — Нет смысла быть вульгарной, моя дорогая.

— Почему ты звонишь? У нас была сделка на двенадцать часов, а прошло всего восемь. Ты отказываешься от договора?

— Не совсем. Крайний срок остается в силе, но я решил изменить цену свободы твоего друга.

— А если мне не хочется вести переговоры?

Тэкери вздохнул. Затем на том конце провода раздался крик, долгий, громкий и полный агонии. Я чуть не выронила трубку. Я узнала этот голос. Вайят не отводил от меня взгляда, и в его черных глазах читалась стальная решимость.

— Ты говорила что-то о нежелании вести переговоры? — спросил Тэкери.

Только через пару секунд я смогла спросить твердым голосом: — Чего ты хочешь?

— Перевод двухсот тысяч долларов на зарубежный счет по моему выбору.

Я расхохоталась от абсурдности его просьбы. Неужели я оказалась в центре полицейской телевизионной драмы? — И где, черт возьми, я возьму двести тысяч, не говоря уже о том, что понятия не имею, как их переводить куда-то?

— Твои друзья помогут тебе. Будь готова к отправке, когда я позвоню в конце нашего срока. И на всякий случай, если ты планируешь каким-то образом обмануть меня, я уже доказал, что без колебаний позабочусь об оборотне. Но если тебе нужен дополнительный стимул, в моем распоряжении остались две гончие.

У меня замерло сердце.

— Перейдешь мне дорогу, — пригрозил он, — и я выпущу их в густонаселенном районе. Возможно, в парке или внутри торгового центра. Это хорошее место для охоты. Скоро поговорим. — Он с щелчком отключился.

Ублюдок! Мучительный крик Фина звучал в ушах, когда я дрожащими руками убирала телефон. Я представляла, как Тэкери удалось вынудить Фина так кричать. Вайят обнял меня за талию, и я прислонилась к нему, закрыв глаза, пытаясь собраться с мыслями. Все мои планы освободить Фина и сбежать от Тэкери рухнули. Я не могу рисковать тем, что этот сумасшедший выпустит гончих на людей. Потери были бы катастрофическими. Тэкери правильно разыграл все карты, и у меня не было ничего, что могло бы оспорить его комбинацию.