Испанский сон
Шрифт:
— Постой, — перебил ее князь, хмуря брови, — ты сказала «ВИП-Системы»? Воздушный шар?
— Да, да, — обрадованно закивала Марина, — только на шаре летел г-н Пше… Пши… извините, все время забываю фамилию… в общем, директор, а мой Господин — главный инженер; но в данный момент они оба должны быть там, на этой гнусной разборке по Успено-Рублевскому шоссе… если, конечно, пальцы Господина еще целы…
Она опять моментом перекрестилась.
— Удивительно, — медленно произнес его сиятельство и покачал головой.
— А что, — вкрадчиво осведомилась Марина, видя явную перемену в настроении князя, — вы… вы передумали, да? Согласитесь
— С одним условием, — быстро сказал князь. — Я постараюсь… но я не волшебник. Если у меня не получится…
— У вас получится, получится!
— Не перебивай… Говорю, если не получится, ты придешь в себя независимо даже от пальцев Господина. Кстати, как его зовут?
— Филипп, — угодливо сообщила Марина, — Филипп Эдуардович *ов. Я обещаю вам! я не могу не страдать, если с Ним что-нибудь случится, но хоть совесть будет чиста, что все возможности были испробованы.
— И еще… если получится… ты здесь не при чем.
— Само собой.
Князь пристально посмотрел на нее, как бы пытаясь понять, не скрывается ли здесь подвоха, и Марина приняла настолько благонравный вид, насколько только могла с учетом всей ее огромной жизненной практики.
Потом он нажал кнопку посреди своего стола.
— Здравствуй, граф. Где-то… возможно, по Успено-Рублевскому… сейчас проходит некая встреча авторитетов. Как мы можем ее локализовать?
— Какие данные есть? — донеслось из динамика.
— Название одной фирмы…
Марина показала два пальца.
— Название двух фирм. На встрече должны присутствовать два человека… подожди. Откуда ты знаешь про Успено-Рублевское? — спросил он у Марины.
— Вальд, директор, поехал на переговоры; последний раз звонил с этого шоссе… но не знал, куда точно едут. Еще ехал Эскуратов… ну, «Цельный Бензин».
— А откуда известно, что там будет *ов?
Марина вздохнула.
— Мне просто так кажется. Вдруг это как раз там, где Его держат? а то Его даже и привезут туда…
— Ты все слышал, граф? — спросил князь.
— Так точно, — раздался голос в динамике. — Можно идти по крышам, но это часа три-четыре самое скорое. Вот если у них работают сотовые телефоны…
— Да, — задумчиво сказал князь. — Предполагаем три таких… *ов и гендиректор из «ВИП-Систем», плюс этот Эскуратов. Нужно запеленговать все три.
— Если, конечно…
— Я знаю. Выполняй. — Князь отключил графа и почесал свой высокий лоб. — Непростая задачка, знаешь ли; пеленг производится как минимум с двух так называемых базовых станций… а неизвестно еще, досягаемы ли аппараты вообще. Вдобавок, если все они выключены…
— А чтобы запеленговать телефон, кто-то должен обязательно ответить? — спросила Марина.
— Нет, — сказал князь и хохотнул. — Какая ты любопытная! Достаточно, чтобы ответил сам телефон… ну, чтобы пробибикало у вызывающего. Не мешай мне; сейчас самое главное.
— Молчу, — шепнула Марина.
Может, они не успеют отрубить Ему пальцы…
Князь поднял телефонную трубку, нажал еще какую-то кнопку и сказал:
— Виктор Петрович? Похоже, у вас боевое крещение. Задача: освобождение двоих заложников с одновременной ликвидацией одного или нескольких бандформирований. Предположительно по Успено-Рублевскому; будет уточнено. Никого не брать… впрочем, если заложники укажут своих людей, привезете их на базу… да… нет… да…
Salve Regina, mater misericordiae…
Вдоволь натешившись молодой плотью, Вуй выбрался из воды и залихватски, как голубятник старых времен, свистнул в два пальца. Час потехи истек. Еще в сауне Филипп с Вальдом обменялись мнениями… да что было толку от этих мнений! В бассейне же они обменялись партнершами, получив хотя бы заряд немалого куража.
Толпа собиралась не слишком организованно; кое-кто и заканчивал не ко времени начатый плотский акт. Толпа тянулась, как школьники в класс после веселой перемены, и даже Ильич, который до поры сильно торопился, в бассейне разомлел, получив много очевидного удовольствия. Русалки в обнимку провожали особо понравившихся гостей, и оба недавних скромника самодовольно отметили про себя, что тоже попали в эту почетную категорию.
Толпа собиралась, понемногу серьезнела. Вальд заметил, что Вуй оделся едва ли не первым и теперь ждал остальных, поглядывая на них с выражением скуки и легкого презрения. Он решил воспользоваться случаем, чтобы оживить некое как бы взаимопонимание, наметившееся между ними в конце их беседы тет-а-тет. Он подошел к Вую и негромко сказал:
— Господин Вуй, мы не успели договориться о процедуре выдачи этого парня… и о форме расчета, само собой.
— Ты прав, — сказал Вуй, — а я было забыл… Сейчас мы это уладим. — Он подозвал одного из своих людей, который не принимал участия в водных процедурах, и тихонько спросил у него что-то. Тот кивнул. — Нет проблем, Владик, — улыбнулся Вуй. — Идем.
Они вышли на улицу. Уже стемнело. Почти полная луна ярко освещала прилегающую к корпусу территорию; в прохладном воздухе застыл отдаленный вой одинокой собаки. Вуй покосился на Вальда взглядом оценивающим, как бы в чем-то сомневаясь. Черт побери, подумал Вальд, ни на минуту нельзя расслабиться… страшный человек.
— Не простудишься? — неожиданно осведомился Вуй вполне человеческим и даже заботливым тоном. — Мы-то люди привычные, а ты, верно, не каждый день вот так — из бассейна да на мороз!
У Вальда отлегло на душе.
— Почему мороз, дорогой? — спросил он, слегка копируя Ильича. — Ноль градусов, понимаешь.
Вуй молча пожал плечами и указал Вальду, куда идти. Они — с телохранителем Вуя сзади в двух шагах — двинулись вдоль длинной постройки. Вуй шел вальяжно, медленно; Вальд не имел представления, долго ли им еще.
— У меня к вам личный вопрос, — сказал он, чтобы не молчать, — может быть, нескромный…
— Ну?
— Откуда такое имя — Вуй?.. или прозвище…
Вуй ухмыльнулся.
— Это старое славянское имя… ты разве не слышал? Ты меня удивляешь. По виду образованный человек…
— К своему стыду… ни разу… В честь кого-то, да?
Вуй опять ухмыльнулся.
— Долгая история. Будем дружить — расскажу…
Они наконец обогнули барак и приблизились к какой-то драной «волге», которой прежде Вальд здесь не видел. Тут же из «волги» выскочили три человека и замерли в позах явного ожидания.