Исповедь убийцы

– Нет, не надо!
– выкрикнула я.

– Да? Что ж, как хочешь. До свиданья, милая, еще увидимся. Доброго утра тебе.

Я судорожно выключила телефон и добрым словом помянула нашу родную полицию, обязывающую автомобилистов иметь в машине прибор, позволяющий разговаривать, одновременно держа руль обеими руками. Я была в таком состоянии, что запросто сверзилась бы в кювет, будь телефон у меня в руках.

Уже на окраине Тель-Авива я поняла, что не в состоянии ехать дальше. Пришлось остановиться на первой же улице и попробовать собраться с мыслями.

"Позвонить Борнштейну, - подумала я.
– Черт, и как же я не записала его номер?"

Телефон зазвонил снова. Я со страхом нажала на кнопку:

– Где тебя носит?
– услышала я знакомый голос.
– Ты что, не могла позвонить? Даша сказала, что ты задерживаешься на работе, - раздался в трубке знакомый голос.

– Дениска, милый, прости, со мной тут такое произошло! Это просто ужас какой-то. Ты знаешь - Когана зарезали!

– Какого Когана?
– Денис был в растерянности.

– Соседа моего, психоаналитика. А я тело нашла, потом слышала, как убийца по коридору бродит, ко мне ломится, - я была в таком возбуждении, что тараторила, не переставая, - потом полиция сказала, что будто бы я могла убить, то есть, не я, а убийцей могла быть женщина. А какие там женщины кроме меня, то есть, я хочу сказать...
– я задохнулась - то ли от скорости, с которой выпаливала всю эту чушь, то ли от страха.

Денис секунду подождал продолжения, потом осведомился:

– Где ты сейчас?
– вопрос прозвучал так, будто в ответ непременно должно было последовать: "В морге".

– Я в Тель-Авиве, на улице Амасгер... Ты подожди, я же еще не сказала тебе самого главного - мне сейчас звонил убийца!
– Не двигайся с места, я сейчас подъеду.

Денис работает в тель-авивской компьютерной фирме под названием " Офаким", что в переводе с иврита означает горизонты. Но то же название носит еще и маленький городок на юге Израиля - у нас их называют "город развития". Это эфемизм такой, на самом деле означает: "дыра дырой".

Поэтому я часто подшучиваю над ним: "Я-то думала, что ты в Тель-Авиве работаешь, а ты, оказывается, в Офакиме."

Денис знал Когана, когда он приходил ко мне на работу и у меня были клиенты, он заглядывал к психоаналитику и они пускались в пространные размышления о тайнах мозга, подсознании и прочей мистике. Денис тут же вспоминал свою любимую психолингвистику, а Коган - Антона Лавена, певца сатанизма. В общем, кто это говорил, что женщины болтушки?

Мой друг обладает общительным характером, можно сказать, что у него есть харизма. Если бы он был политическим лидером, за ним пошли бы, не взирая на программу и устав. Просто он к себе притягивает. И со всеми он находит общий язык: с маклером Додиком, молодым сутуловатым юношей, фанатом кампьютерных игр он обсуждает последние версии "DOOM", пухлой секретарше нашего адвоката что-то объясняет насчет диеты, хотя, как мне кажется, ее габариты вполне устраивают начальника, выходца из Марокко. Он никому не старается понравиться, но когда приходит ко мне, почему-то дверь в мой кабинет открывается чаще, чем мне того бы хотелось.

Я искала свободное место для машины. Хотя парковка в этом городе нонстоп заслуживает отдельного разговора, мне удалось приткнуть свою маленькую "Сузуки" в узкую щель между "Крайслером" и "Шевроле" на боковой улочке. Позвонив Денису, я объяснила ему, где нахожусь. Он подъехал через десять минут.

– Садись.

Мы выехали с забитой машинами Амасгер и поехали в центр города. Припарковавшись на стоянке внутри недавно построенного торгового центра каньона, мы с Денисом зашли в уютное кафе "Капульски" и присели за угловой столик. Посетителей в эти утренний час не было вообще. Мы были с ним одни. Официантка принесла меню. Денис заказал себе кофе-экспресс, а мне чай и кусок творожника с черной смородиной. Он уже давно изучил мои вкусы.

Когда официантка, принеся заказ, отошла, Денис обратился ко мне:

– Рассказывай.

Я начала подробно перечислять все события вчерашнего вечера. Денис слушал, не перебивая. Закончила я пересказом сегодняшнего телефонного разговора.

– Вот так-так, - сказал он чуть растерянно.
– Называется, срочный случай...

– Что?
– я не поняла.
– Какой срочный случай?

– У тебя на двери написано: в срочных случаях звонить по номеру такомуто, - рассеянно пояснил он, думаю о чем-то.
– Вот он и позвонил, видать срочный был случай...

– И ты еще смеешься!?
– не на шутку разозлилась я.
– Я в таком переплете, а ты издеваешься.

– Ты что?
– Денис оторопело уставился на меня.
– Ничего я не смеюсь, успокойся. Я просто думаю... Прежде всего, надо позвонить твоему следователю, - решительно сказал он.
– Пусть начнет прослушивать твой телефон.

Я скривилась.

– Еще чего! Хуже, чем подглядывать.

– Что делать, Леруня, надо!

– И они будут прослушивать все мои разговоры? Потом, какой именно телефон, у меня их три: дома, в конторе и вот этот, - я ткнула пальцем в сотовик, лежавший на столе.

Будто услышав мои последние слова, телефон немедленно подал голос.

– Доброе утро, Валерия, - сказал Михаэль Борнштейн.

– О!
– воскликнула я с облегчением.
– Бог услышал мои молитвы. Я хотела вам позвонить, а номера не знаю.

– Что-нибудь новое вспомнили?

– Не вспомнила, а случилось. Мне звонил убийца.

– Вы уверены?
– поинтересовался Борнштейн. Голос у него был скучный, казалось, он там зевает, прикрывая из деликатности трубку.

– Конечно уверена! Он спросил, как мне понравилось вчерашнее представление. И сказал, что мы еще встретимся. И сказал, что мне, наверное, страшно было одной в помещении.

– На каком языке он с вами говорил?

– На иврите, разумеется, но у него, по-моему, есть акцент.

– Вы не могли бы определить, какой?

– Обычно он бывает у аргентинцев, проживших в Израиле много лет... Да, точно, он сказал в конце разговора "Доброе утро", так принято в испанском языке!

– Где вы сейчас находитесь?

– Я в кафе "Капульский" в Тель-Авиве.

– Я же просил вас не уезжать далеко, - недовольно сказал Борнштейн.

– Во-первых, это недалеко. А во-вторых, убийство еще не повод, чтобы не заниматься своей работой, - сердито заметила я.
– У меня важные дела в Тель-Авиве.

Он неопределенно хмыкнул, потом спросил:

– Когда вы сможете быть у нас в управлении? В пять часов годится?

– Да, я приеду.

– Запишите мой телефон, если что, звоните напрямую.

Он отключился. Я внесла его номер в память своего телефона и сказала Денису:

– Борнштейн пригласил меня к себе в пять часов в полицию.

– Обязательно попроси прослушивание.

– Может, и телохранителя попросить?

– Не помешало бы, - Денис даже не улыбнулся.
– Во всяком случае я был бы за тебя спокоен. У тебя талант влезать в разные истории.