Истоки

В эту секунду марионетки эльфов выскочили на платформу, и вдруг испуганно заголосили, глядя на темную воду. Они замялись, стоя на платформе, – и это позволило нам еще немного оторваться от них, но все же рабы, преодолели свой страх, и тоже прыгнули в воду. Люди последовали за нами, яростно улюлюкая.

Вода тем временем уже достигла уровня колена, а потом превысила его. Возможно, благодаря такому количеству влаги, на стенах росли светящиеся грибы и чем дальше мы двигались вперед, тем больше их становилось. Вскоре совсем отпала надобность в фонаре, настолько тут было светло. Чертовка выключила его, чтобы не тратить заряд.

Неожиданно Борис Бесяш воскликнул тонким, испуганным голосом, схватившись за голень, скрытую под водой:

– Что-то вцепилось мне в ногу!

Он резко остановился и торопливо вытащил конечность из воды. Оказалось, что в его икроножную мышцу впилась какая-то, отвратительного вида, полуметровая пиявка. Она ритмично пульсировала, выкачивая из ноги хакера кровь. Чертовка, которая была ближе всех к нему, полоснула по пиявке ножом, поделив ее пополам. Задняя часть твари упала в воду, где мгновенно привлекла внимание других таких же пиявок, которые вцепились в нее и стали пытаться добыть из нее оставшуюся кровь.

Борис, глядя на это, немного отбежал в сторону, а потом с диким криком оторвал от своей ноги переднюю часть пиявки, вместе с куском штанины. Обнажилась бледная, волосатая кожа с несколькими отверстиями, расположенными по кругу, и одним, побольше, в центре. Из отверстий сочилась кровь и стекала по ноге. Не мешкая, Бесяш засунул трясущуюся руку в карман и вытащил оттуда зелье здоровья. Он быстро выпил его, после чего раны хакера затянулись.

Позади нас раздались крики, наполненные болью, – это орали рабы. Видимо, пиявки не побрезговали и их вонючими ногами. Тут вскрикнул и Ботаник, а потом и я получил сигнал от духа, что рядом опасность. Мое тело сработало так, будто я всю жизнь был профессиональным прыгуном: ноги оттолкнулись от дна тоннеля и я мощно скаканул в сторону, подняв тучу брызг. Пиявка промелькнула ровно в том месте, где я находился секунду назад.

В это мгновение полковник громко приказал, не теряя присутствия духа и двигаясь к стене тоннеля:

– Все за мной! Вон туда! К той двери!

Он уже побежал к ней и пытался открыть. Дверь наполовину была в воде: она заржавела, и оказалась частично завалена землей, но Спартак все-таки отворил ее. Ему для этого пришлось приложить все силы натужно загудевшего костюма.

Как только дверь была открыта, то мутная вода первой хлынула в открывшееся помещение, а мы заскочили следом за ней. Полковник закрыл за нами дверь, отрезая пиявок. Но все же несколько из них оказалось среди нас. Они трепыхались на бетонном полу, частично покрытом колониями светящихся грибов, и тонким слоем проникшей с нами воды.

Я принялся с остервенением давить пиявок. Они противно хлюпали под ногами и превращались в мясную кашицу, смешивающуюся с водой. Ко мне присоединился только Ботаник, после того как оторвал от своего бедра вцепившуюся в тоннеле пиявку и выпил зелье здоровья.

Кос пробормотал, прерывисто дыша и согнувшись пополам:

– Откуда здесь эта мерзость? Их же раньше не было.

– Успела поселиться, – отрывисто бросил Спартак, одним махом раздавив пиявку, а затем включил освещение. Луч света, идущий из его шлема, позволил нам увидеть, что мы оказались в достаточно большой квадратной комнате, где возле стен стояли какие-то непонятные проржавевшие механизмы.

– Лестница! – воскликнул Кос, тыча пальцем в угол помещения. Там оказалась проржавевшая железная лестница, привинченная к стене и ведущая к люку в потолке. – Может быть, нам удастся по ней выбраться отсюда? Назад я что-то не хочу.

– А это мысль, – задумчиво бросила Чертовка и подошла к лестнице.

Девушка подергала ее, проверяя прочность креплений, а потом начала ловко взбираться по ней к потолку и достигла люка. Затем Чертовка с трудом повернула взвизгнувшую задвижку и толкнула крышку. Она со скрипом откинулась. Девушка еще немного поднялась по лестнице, наполовину скрывшись в темноте: нам стали видны только ее ноги и аппетитная филейная часть. А затем полковник выключил освещение, опять экономя заряд. Комната не потонула во мраке только из-за грибов.

– Что там может быть? – пробормотал я, внимательно наблюдая за люком.

– Надеюсь, что это какой-нибудь коридор, – с надеждой откликнулся Кос. – Тут такие бывают: они идут параллельно линии метро.

Ведьма полностью скрылась в люке, а потом оттуда донесся ее холодный голос:

– Опасности вроде бы нет. Всего лишь прямой коридор. Поднимайтесь сюда.

Я пожал плечами и первым последовал словам Чертовки: быстро преодолел лестницу и оказался рядом с ведьмой. В свете ее фонарика я увидел, что на запад убегает бетонный коридор, по бокам которого располагалось множество труб. На низеньком потолке оказались прямоугольные лампы, которые уже давно не работали.

В коридоре было душно, курился едва заметный пар, и росло на удивление мало грибов, а спертый воздух был наполнен зловонием, источаемым метровым трупом крысы. Тело животного уже порядком разложилось, и было непонятно, что убило крысу.

Я осторожно обошел труп и остановился в нескольких метрах от люка, в который по одному стали проникать остальные члены отряда. Все пролезли в люк нормально, даже не удивившись трупу здоровенной крысы, кроме Спартака, который замыкал. Он сперва чуть не грохнулся на пол, когда под весом его брони сломалась лестница – повезло, что полковник успел вцепиться руками в края люка. А потом он, подтянувшись на руках, с огромным трудом протиснулся в люк из-за габаритов своего костюма.

Когда Спартак оказался-таки в коридоре, то, не мешкая, уверенно проговорил, бочком протискиваясь между выстроившимися шеренгой людьми и трубами, чтобы возглавить отряд:

– До следующей станции точно доберемся, если нигде нет завалов, и вот такие вот крысы тут больше не обитают.

– Хорошо бы, – пискнула эльфийка, которая впервые что-то произнесла с того самого момента, как мы рванули прочь от технического помещения.

– Дай мне фонарик, – произнес полковник и хмуро глянул на Чертовку.

Девушка дернула щекой, но фонарик отдала. Спартак взял его в правую руку, повесил на спину «миниган», который он до этого уже забросил в коридор, и потопал вперед, держа в другой руке единственный «калаш» с патронами.

Все остальные двинулись за полковником, вытянувшись цепочкой. Хакеру выпало замыкать ее. Он как-то надсадно хрипел, словно готовился выплюнуть легкие, и совсем неразборчиво разговаривал сам с собой. Я практически ничего не мог понять из его слов, хотя шел всего лишь через одного человека впереди него. Видимо, для организма Бориса такие приключения совсем уж в дикость.

Мы продвинулись вглубь коридора совсем немного, когда Ботаник взволнованно проговорил:

– Товарищ полковник, что мы будем делать дальше?

– Доберемся до следующей станции и поднимемся на поверхность, – уверенно пробасил он. – Поищем там патроны, а потом через лес уйдем в город. За грузовиком возвращаться не будем.

– А кто эти люди, которые набросились на нас, словно дикие животные? – не замолкал Паша.

– Я слышал о них. Они как-то выжили в городе, прячась в метро, и превратились вот в таких дикарей, – соврал Спартак, который прекрасно понимал, что это рабы эльфов.