Итоги № 23 (2012)
Шрифт:
Звонок в техподдержку:
— Мне пришло письмо «AnnaKournikova»…
— Это вирус! Не открывайте!
— Я уже открыл.
— Не волнуйтесь! Мы скажем, как его вылечить.
— Да это не важно, админ придет и все настроит. Вы скажите, как фотографию-то посмотреть?
Конечно, серьезная операция означает серьезные затраты и времени, и денег. Но даже они не идут ни в какое сравнение со стоимостью уязвимостей «нулевого дня» на черном рынке, которая колеблется от 50 до 100 тысяч долларов. А занесенное злонамеренное ПО может находиться в системе необнаруженным длительное время и годами воровать информацию. Например, атака Operation Aurora, когда Китай имел доступ к сети Google в 2009 году в течение нескольких месяцев. Помимо Google от этой атаки пострадало более 20 компаний.
Ценный кадр / Политика и экономика / Exclusive
Ценный кадр
/ Политика и экономика / Exclusive
«На Ниагаре был ровно пятнадцать раз. Знаете почему? Потому что у нас было пятнадцать союзных республик и все их главы приезжали посмотреть на знаменитый водопад в ходе визитов», — вспоминает личный фотограф генсеков и министров Эдуард Песов
Правительства приходят и уходят — а искусство вечно. В том числе искусство политической фотохроники. Ну кто бы помнил, как горячо целовались Леонид Брежнев и Эрих Хонеккер, если бы не личные фотографы государственных мужей? На профессиональном жаргоне их называют «паркетными», поэты величают «ловцами великих мгновений». Легендарный фотограф, более полувека специализирующийся на ниве официального протокола, Эдуард Песов, личник «дорогого Леонида Ильича» и восьми министров иностранных дел, и сегодня в строю. Недавно в США он встретил свое 80-летие — в рабочей поездке с Сергеем Лавровым. Ценный кадр МИДа России поделился с «Итогами» закадровыми впечатлениями о своих ВИП-моделях.
— Эдуард Иосифович, как сохранили спортивную форму? Диета-фитнес?
— Весь мой фитнес — ежедневные походы на работу. Это и заставляет быть в форме, потому что жизнь без фотографии просто не представляю. Если не занят на съемке, нахожу работу на компьютере даже по субботам и воскресеньям, много летаю по командировкам. Одна из последних поездок — в Сирию в тяжелые для страны дни. То, что я там увидел и запечатлел, говорит о многом: сирийцы ждут не дождутся нашей помощи. От аэропорта до самой резиденции Башара Асада выстроилась огромная толпа людей, по оценкам сирийской прессы — больше миллиона. Кто-то стоял с плакатами в поддержку Асада, кто-то скандировал «Братья!», «Россия!», иные плакали. Колоссальный накал страстей! Конечно, был тут и элемент постановки: наверняка нагнали местных «комсомольцев», в толпе порой мелькали сотрудники службы безопасности. Но общее выражение лиц никому не под силу срежиссировать. С такой народной стихией за свой долгий фотографический век мне приходилось сталкиваться нечасто — разве что в Афганистане, Никарагуа
и Чили......Президент Башар Асад встретил Сергея Лаврова и Михаила Фрадкова на пороге резиденции, хотя обычно он этого не делает. На переговорах Асад сидел в позе пай-мальчика: руки на коленках, с лица не сходила заискивающая улыбка. Он понимал, что это его последняя надежда.
Я бывал в Сирии еще при Асаде-отце, помню наши стройки, всю ту помощь, которую мы им оказывали. Да и вообще на Ближнем Востоке русских всегда уважали. Даже египтяне были в какой-то степени зависимы от нас, несмотря на влияние Запада.
Вообще же фотография — это не просто специальность, а образ жизни. Многие лидеры стран, дипломаты увлечены фотографией. Скажем, прекрасный фотограф — посол России в Вашингтоне Сергей Иванович Кисляк. Он не выставляется, не публикуется, но у него есть такие находки, что дай бог всякому профессионалу. Страстный фотограф и, к слову, замечательный человек — бывший генсек НАТО Джордж Робинсон. Помнится, в день, когда мне исполнялось 70 лет, я оказался в Брюсселе с тогдашним министром Игорем Ивановым. Во время перерыва между рабочими заседаниями Робинсон через помощника попросил меня зайти в его кабинет. Говорит: «Я хотел бы вас поздравить с днем рождения». И дарит натовскую флягу с виски из собственной коллекции.
— Как вы оказались в профессии?
— По образованию я металлург: окончил техникум в Тбилиси. Высшего образования так и не получил, приходилось все время работать. Дядька из Германии привез мне фотоаппарат, я стал понемножечку снимать. Когда тбилисская газета «Заря Востока» объявила конкурс, поехал снимать на погранзаставу в районе Батума. Моя фотография удостоилась премии в пятьдесят рублей — по тем временам бешеные деньги! Приняли внештатником. Стал публиковаться, волею случая мои фото попали в обзор газеты «Правда». Как раз в тот момент к нам приехал председатель правления Агентства печати «Новости» (бывшее Совинформбюро) Борис Сергеевич Бурков. Пригляделся, предложил приехать в Москву — посмотреть, как работает АПН. С тех пор все и закрутилось. Через два года стал корреспондентом, потом спецкором, объездил весь Союз. Вскоре меня послали в Канаду, на всемирную выставку ЭКСПО-67. Так началась моя заграничная эпопея.
Облазил всю Канаду, снимал и с вертолетов, и с небоскребов. На Ниагаре был ровно пятнадцать раз. Знаете почему? Потому что у нас было пятнадцать союзных республик и все их главы приезжали посмотреть на знаменитый водопад в ходе визитов. А в 1975 году с нашими космонавтами я объездил пятнадцать городов США и столько же городов Союза. В АПН я проработал многие годы.
...Никиту Хрущева довелось фотографировать немного, да и то лишь официоз. Так что впечатление о нем складывалось понаслышке. Вот его дочку Юлю знал неплохо, поскольку она тоже работала в АПН. Хорошая была девчонка. У нас работали дети многих высокопоставленных людей — Галина Брежнева, дочь Романа Кармена... Знаете анекдот? Напротив АПН перекрыли улицу. Бабушка хочет перейти дорогу, но милиционер ее не пускает. Бабуля спрашивает: «В чем дело, милок?» Милиционер: «Сегодня в АПН родительский день».
— Галина Брежнева отличалась на трудовом фронте?
— Фактически она в АПН лишь числилась. Мы не приятельствовали, у нее был свой круг — из друзей семьи и детства. Все они работали в разных редакциях, но вместе пили кофе, курили роскошные сигареты. До простых журналистов Галя не очень-то снисходила, но при этом многим помогала даже квартиры получать. Очень добрая была — в отца.
— А к мастерам фотографического искусства Леонид Ильич был добр?
— Очень даже. Помню, скажем, такой случай. Как-то Брежнев приехал в Ленинград с визитом к Романову. Самолет был маленьким, трап невысоким. Мы с Володей Мусаэльяном (личный фотограф генсеков. — «Итоги») сбежали по нему вниз, приготовились снимать встречу. Раздается голос Романова: «Убрать их!» Леонид Ильич в этот момент уже спускался по трапу, все слышал. Когда к нам бросились «уборщики», он громко сказал, обращаясь к Мусаэльяну: «Володя, у тебя есть закурить?» «Уборщиков» как ветром сдуло. После этого за нами чуть ли не чемоданы носили.