Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Итоги № 52 (2012)

Итоги Итоги Журнал

Шрифт:

— Вас не влекут новая драматургия, молодая режиссура?

— Я же говорил, что нелюбопытен. И чаще думаю, как отпихнуться от очередного предложения. Первый вопрос работодателям: «А почему я?» Когда слышу в ответ «харизма», «брутальность», говорю: мол, спасибо большое, все понял, до свидания. Мне интересно делать то, что я не делал вообще никогда, или то, что мне кажется абсолютно несовместимым со мной, о чем я даже и подумать не мог. Для меня это спектакль «Анархия», который я играю в «Современнике», все та же «Аквитанская львица», а сейчас это роль Эйнштейна, в которой снимаюсь. Когда мне ее предложили, смог только сказать: «Ребята, вы не больны?» Режиссер Елена Николаева долго уговаривала меня прочитать сценарий. Ну, прочитал и пожал плечами. А она не отставала: «Давай грим сделаем...» Когда я себя в зеркале увидел, сразу появились и юмор, и легкость, и

другой тембр голоса. Какая-то новая пластика, неожиданные жесты. Я «спрятан» и можно по-хорошему хулиганить. Я даже текст не учу перед съемкой, сам как-то вылезает из меня.

— Работа с ансамблем «КарТуш» тоже из области освоения целины?

— Это сейчас моя самая главная радость и сфера любопытства, что ли. В театре или в кино меня удивить либо озадачить чем-то сложно. А здесь относительно новое дело, которое дает мне свободу и как актеру, и как вокалисту, и даже частично как режиссеру, иногда еще и как автору. У «КарТуш» была своя рок-история, свое лицо, но с моим приходом очень сильно поменялся репертуар. Скажу без ложной скромности, мы делаем то, что никто не делает в принципе: обычно поют либо рок-н-ролл, либо попсу, либо джаз, либо романсы и как бы ретро. А у нас есть почти все: от Шекспира, поэтов Серебряного века до современного рок-н-ролла и рок-баллад, есть Вертинский, Мандельштам, Пастернак, Арсений Тарковский, Диана Арбенина, Алексей Кортнев плюс какие-то советские классические вещи. Высоцкого играем все больше и больше. Мне кажется, я научился петь его песни. Организм понял, как это делать. У нас и свои песни рождаются. Андрей Вертузаев, руководитель группы, пишущий человек. А еще нас отличает то, что каждая песня становится маленьким спектаклем.

— То есть используете свой опыт драматического артиста?

— Умение держать зал использую. Но очень не люблю термин «актерское пение». Он подразумевает, что «мы ноты-то не очень можем петь, а в случае чего слезу пустим, на чувствах проедем». Я продолжаю учиться петь и смею думать, что куда-то в этом смысле расту. Те, кто слышат в первый раз, иногда не верят, что это не фонограмма.

— В будущее вы не заглядываете, а о спектаклях, канувших в Лету, сожалеете?

— Когда-то да. А потом пришло понимание, что театр тем и прекрасен, что все в нем происходит здесь и сейчас, и вот так, как сегодня, — больше НИКОГДА.

— Считаете, что жить надо сегодняшним днем?

— В Писании сказано: живите, как птицы. Будет день, будет пища.

Джентльмен-шоу / Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

Джентльмен-шоу

/ Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

В прокате «Джентльмены, удачи!»

Расставив знаки препинания в старом названии, компания «Базелевс» наконец сделала настоящий ремейк. Ведь ни «Ирония судьбы. Продолжение», ни «Служебный роман. Наше время» ремейками не являлись. А вот «Джентльмены, удачи!» Александра Баранова и Дмитрия Киселева полностью повторяют сюжетную канву хита 1971 года. Конечно, это нормальный коммерческий способ воспользоваться хорошо смазанным паровозом, который стоит на запасном пути, чтобы дать старт сегодняшнему сюжету, — надо же как-то отбивать 270 миллионов рублей бюджета. Но приходится признать, что старый паровоз по-прежнему ездит лучше.

Актер Леша Трешкин и грабитель Смайлик (Сергей Безруков) похожи, как две капли воды. Чтобы вернуть украденный из Эрмитажа раритет, инициативная милиционерша (Марина Петренко) отправляет Трешкина в египетскую тюрьму, где сидят подельники Смайлика — Шатун (Гоша Куценко) и Муха (Антон Богданов из «Реальных пацанов»). Они бегут, прихватив с собой египтянина Джафара (Дато Бахтадзе). Ну и так далее.

Создатели новых «Джентльменов» упирали на то, что фильм Александра Серого, снятый под творческим руководством Георгия Данелия, с его уголовным сленгом и советскими реалиями, непонятен новому поколению. Они смело отказались от использования ударных реплик оригинала, хотя купили права у авторов — и зарыли таланты в землю. Нет здесь знаменитого: «Кто ж его посадит? Он же памятник!» И «Снег башка попадет, совсем мертвый будешь». Для написания диалогов пригласили популярного блогера Славу Сэ. Но дара трепаться

в Сети недостаточно, чтобы шутки пошли в народ. Если что и запоминается в новых «Джентльменах», так это картинки — как беглецы пытаются заработать на пляже в облике персонажей «Аватара», «Шрека» и «Пиратов Карибского моря» или когда они переходят границу под видом гарема. По слухам, некоторые из них придуманы от отчаяния самим Безруковым, которому теперь жить с этими ролями в фильмографии.

Сарафанный комикс / Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

Сарафанный комикс

/ Искусство и культура / Художественный дневник / Кино

В прокате «Три богатыря на дальних берегах»

Анимационная «богатырская» франшиза компании СТВ не теряет своего обаяния от фильма к фильму. Вроде бы поточная продукция, чистая коммерция, набор приемов. Сериал с самого начала упрекали в державности а ля рюс, в примитивности комиксового рисунка, в политизированности и кавээнщине. Все так, и к тому же кино, по сути, не совсем детское всякий раз выходит. Тем не менее зрительский успех растет — впервые с ископаемых советских времен наши мультфильмы стали лидерами бокс-офиса. Да и критики чем дальше, тем больше видят в недостатках саги про богатырей достоинства. Потому что из кряжистых героев, пряничного Киева, сарафанных красоток и афористичных реплик сложился стиль. И, в конце концов, это просто смешно.

«Три богатыря на дальних берегах» все так же смешивают пародийные киноцитаты и столь же узнаваемый политический фон нашей жизни. На этот раз Киев оказался захвачен Бабой-ягой, мечтающей о светской жизни, и хитрым купцом Колываном, торговавшим на рынке «европейской» дребеденью, сделанной в Китае. Князь стал жертвой своей глупой тяги ко всему иностранному, поощряемой болтливым конем Юлием. А богатырей, обманутых Ягой, прибило к заморскому берегу с пальмами, негритянским племенем и кинг-конгистой гориллой-хулиганом.

Художники питерской студии «Мельница» умудряются типовым лубочным персонажам придать безусловную индивидуальность. Поэтому и актеры на озвучку идут, охотно меняя амплуа. Здесь у Бабы-яги голос Елизаветы Боярской, а у Колывана — Федора Бондарчука. Аналитики предвещают фильму 700-миллионную кассу. В рублях, конечно.

Играй, гармонь / Искусство и культура / Художественный дневник / Музыка

Играй, гармонь

/ Искусство и культура / Художественный дневник / Музыка

В составе The Hot Rod Band на сцену клуба «Б2» выходит Михаил Соколов (Петрович)

Этот музыкант, помимо мастерства, которое он демонстрирует в исполнении блюза на губной гармонике, инструменте с не слишком богатыми возможностями, известен еще и тем, что много лет служил ударником, а потом влюбился без памяти в звучание блюзовой губной гармошки и стал в игре на ней настоящим виртуозом. Впрочем, путь Петровича к блюзу лежал не только через многолетнюю игру на ударных в разных рок- и бит-группах. Начиналось все в музыкальной школе, где маленького Мишу мучили скрипкой, а потом он не очень долго учился играть на фортепиано... Все это пригодилось, когда он начал осваивать американский блюз — музыкальное образование лишним не бывает. Теперь он один из семи-восьми российских харперов (так называют исполнителей блюза на губной гармошке) первого ряда. Среди коллег Петрович выделяется эмоциональной и совершенно безудержной импровизацией. Из-под его ковбойской шляпы, из ладоней, скрывающих гармонику, раздаются брызжущие энергией тремоло. Мелодия то тянет жилы, то порхает, как бабочка. В такие минуты даже грешно подходить к барной стойке за пивом...

Во времена легендарного Мадди Уотерса американский «блюз Дельты» включал в себя гармошку как один из основных инструментов. В нашей блюзовой тусовке отношение к харперам теплое, даже умильное, но героями публики они становятся нечасто и не всегда получают свой заслуженный кусок славы, а жаль. Однако в случае с Петровичем справедливость явно торжествует. Суровая, скупо награждающая своим признанием блюзовая публика его любит.

Благоустройство по-партизански / Искусство и культура / Художественный дневник / Выставка

Поделиться с друзьями: