Итоги № 8 (2012)

Если в начале прошлого года банки предлагали гражданам, зарабатывающим до 40 тысяч рублей в месяц, годовую ссуду в размере, не превышающем 150 тысяч рублей, то к концу года объем предлагаемых средств вырос до 250 тысяч рублей. При этом ставки по кредитам поднялись на 0,5—3,1 процента. В этом году, судя по всему, стоимость ссуд еще подрастет. О неизбежности подорожания кредитов заявил, например, президент Сбербанка Герман Греф. «Снизились темпы роста по депозитам, но спрос на потребкредиты продолжает повышаться. Оценив ситуацию, частные банки повышают ставки», — поясняет завлабораторией финансовых исследований Института Гайдара Алексей Ведев.

С чем связан стремительный рост спроса на потребссуды? И что будет, если отказ платить по уже полученным кредитам примет массовый характер?

Кому должен, всем прощаю

Долгое время считалось, что российские заемщики надежнее всех в мире. Об этом говорят и показатели невозврата кредитов физическими лицами. До кризиса они были одними из самых низких в Европе при достаточно высоких ставках по ссудам. «В прошлом году процент невозврата снизился с 7 до 5 процентов», — сообщил «Итогам» партнер консалтинговой компании КПМГ в России и СНГ Александр Соколов. Такую же статистику приводит и ЦБ. Но в нынешних условиях она малоутешительна. «Этот показатель не является объективным отражением реальности, так как учитывает только долю не произведенных заемщиками платежей», — пояснил «Итогам» бывший финансовый омбудсмен Павел Медведев.

До 2008 года честность россиян можно было объяснить тем, что рынок потребкредитования был еще недостаточно развит и доля платежей по обслуживанию кредитов в доходах граждан не была критической. Осенью 2008 года появились первые признаки «закредитованности», когда банки вынуждены были пойти на реструктуризацию ссуд. Например, распространяется практика выдачи кредитов, за счет которых погашаются ранее полученные ссуды. Такая операция позволяет «прятать» неуплаченные проценты по предыдущим займам в «тело» вновь выданных. И при этом отчитываться о снижении невозврата. Но сути проблемы это не меняет. А она в том, что расходы домохозяйств на обслуживание потребительских кредитов в общей сумме расходов населения растут быстрее, чем это было до кризиса.

Результат исследования компании «Ромир» таков: расходы россиян в декабре прошлого года увеличились на 6,5 процента по сравнению с декабрем 2010-го. Если учесть, что официально зарегистрированная Росстатом инфляция за тот же период составила 6,1 процента, можно говорить, что траты наших сограждан вовсе не росли. Тогда на что были израсходованы полученные ими в банках кредиты? Вопрос, что называется, из разряда риторических: граждане возвращают старые кредиты за счет новых.

Вот и получается, что речь идет не о потребительском буме, а о самой настоящей кредитной кабале.

Вопрос в том, когда будет достигнут тот самый порог закредитованности и россияне просто не смогут обслуживать взятые ранее займы. До кризиса считалось, что нельзя выдавать ссуду, если платежи по ней превысят треть доходов заемщика, а теперь эта планка значительно выросла. Растет число россиян, тратящих на обслуживание кредита уже более 60 процентов своих доходов!

По словам замруководителя ФАС Андрея Кашеварова, в той же Польше, например, существуют законодательные ограничения размеров потребкредитов. Выплаты по ним не должны превышать 65 процентов от дохода состоятельных граждан и 50 процентов для тех, чей доход ниже среднего. В России таких ограничений нет, и, по мнению экспертов, это становится реальной угрозой для устойчивости банковской системы.

«Если бы я был руководителем подразделения потребкредитования какого-нибудь банка, я вряд ли обеспечил бы ему такой рост кредитования. Я бы смотрел людям в глаза, прежде чем выдать кредит», — признался «Итогам» Павел Медведев. Он говорит, что вместе с ростом кредитных портфелей банков в прошлом году выросло и количество жалоб на экономически непосильную зависимость от банков.

На рынке потребительского кредитования сложилась парадоксальная ситуация. Рост спроса на кредиты связан с нежеланием экономить на расходах, а не с увеличением ежемесячного заработка. И кредиты берут вовсе не на жизнь не по средствам, а на покупку, как кажется, вроде бы самого необходимого.

Как следует из опросов PwC, банкиры видят свой главный риск в ситуации на мировых рынках. Но это не должно вводить в заблуждение: ключевое здесь — влияние ситуации в Европе на соотношение курса российского рубля к евро и к доллару. Дело в том, что задолженность по кредитам, выданным в инвалюте, по данным ЦБ, сегодня составляет 316,678 миллиарда рублей. Она, правда, включает не только потребительские, но и все розничные кредиты, в том числе ипотеку. Однако даже учитывая этот нюанс, все равно можно говорить, что в случае существенного изменения курса нацвалюты банковские заемщики, взявшие в долг в иностранных деньгах, окажутся первыми в очереди на дефолт. И он, по мнению специалистов, вполне может пробить в банковской системе финансовую дыру, покрыть которую будет накладно даже государству.

Общая задолженность россиян сегодня превышает 5,5 триллиона рублей. То есть почти 38 тысяч рублей на каждого, включая стариков и младенцев. В целом же по кредитам россияне задолжали больше, чем, например, по коммунальным платежам. А доля потребссуд в общей задолженности физлиц перед банками составляет 77 процентов.

Что дальше? «Чем больше кредитов берет население, тем сложнее потом обслуживать долги. Когда становится понятно, что деньги надо возвращать, возникают претензии к банкам по поводу грабительских процентов, формируется негативное отношение к кредитным организациям. А впоследствии это может перейти и в экономический фактор, когда какая-то часть населения решает, что возвращать ссуды необязательно», — считает первый замглавы Банка России Алексей Симановский.

До этого, судя по всему, уже недалеко. Пока ЦБ не принимает каких-то специальных мер, ограничивающих рост потребительского кредитования. Но о такой возможности там уже подумывают. Ведь речь идет о финансовом благополучии не только граждан, но и самих банков, так и не научившихся считать риски. А случись что, закрывать дыру в банковской системе опять придется государству. То есть опять же нам, налогоплательщикам.

Позитивный пессимизм / Дело / Капитал / Акции

Позитивный пессимизм

/ Дело / Капитал / Акции

Уверенность финансистов в дальнейшем росте мировых индексов бьет все рекорды. Даже окрепший российский фондовый рынок, три недели подряд получавший приток капитала из зарубежных инвестиционных фондов (по данным Emerging Portfolio Fund Research (EPFR), всего более 700 миллионов долларов), не стал по старинке корректироваться в пятницу 17 февраля перед встречей Еврогруппы по Греции, а ушел на выходные с положительным зарядом. Инвесторы во всех странах ждут, что европолитики все-таки разблокируют второй пакет финансовой помощи Афинам в размере 130 миллиардов евро и тем самым помогут стране избежать дефолта. В противном случае вся эта история со спасением Греции станет похожа на политэкономический фарс, последствия которого неизбежно ударят в будущем не только по Греции. Даже если Афинам не дадут объявить дефолт, возникает логичный вопрос: что же будет, когда настанет черед помогать Португалии, Испании и Италии? А ведь это лишь вопрос времени...

Купи-продай / Дело / Капитал / Купи - продай

Купи-продай

/ Дело / Капитал / Купи - продай

«Нефть Brent может выйти в диапазон 120—125 долларов за баррель»

Ариэл Черный, аналитик «Allianz РОСНО Управление Активами»:

— Как ни скучно в очередной раз об этом писать, но ситуация в Греции опять заслоняет собой все остальное. Греки вроде бы выполнили все условия «большой тройки», однако заседание совета министров финансов еврозоны, на котором должно было быть принято решение о выдаче Греции второго антикризисного пакета, дважды переносилось. Очередная последняя дата — понедельник, 20 февраля. Решение должно быть принято как можно скорее, иначе Греция технически не успеет получить необходимые средства к 20 марта, когда наступает срок погашения облигаций почти на 15 миллиардов евро.