Кадровик

Караванщик жестом приглашает меня сесть. И как только это делаю, вокруг нас поднимается марево.

— Не беспокойся, твоему фею держать щит это не помешает. А так нас не услышат.

— А зачем? — удивляюсь.

— У стен есть уши, — предупреждает. — Не стоит кому-то знать о наших с тобой взаимоотношениях, особенно оркам.

— А для чего вам вообще торговаться с орками? Неужели нет ребят посговорчивее и подружелюбнее? — задаю очевидные вопросы.

Иван ухмыляется, будто изначально знал, что этот разговор состоится.

— Конкретно эти орки поставляют очень редкие вина, — объясняет караванщик, проговаривая каждое слово. — А ещё горные травы для лекарей в столицу.

— Допустим, — соглашаюсь. — Но бой зачем?

— Если мы выигрываем, то у нас половина цены за весь товар. — Караванщик не мнётся, отвечает сразу. Его ответы выглядят отрепетированными. — Если проигрываем, такая же наценка. Если не выходим на бой — вообще торговли, как ты понимаешь, не будет. Короче, это важная торговля на перегоне.

Фей внимательно слушает. После разговоров с орками он теряет хорошее настроение, несмотря на всю свою любовь к торгам. В этом я его понимаю. Довольно неприятные товарищи.

— А как часто выигрывают или проигрывают? — уточняю.

Очень уж мне не понравились слова торговца «оркам мало крови». Судя по реакции, к этому вопросу Иван не готов.

— Иногда проигрывают, иногда выигрывают. Все время по-разному, — отвечает расплывчатой формулировкой. — Но чаще проигрываем.

Последняя фраза удивляет.

— Какой в таком случае мой интерес? — спрашиваю.

— Что ты хочешь? — Караванщик сразу переходит к делу.

— К сожалению, я не знаю, что у вас имеется, — говорю как есть. — Давай от оборота считать, не от прибыли.

— Чего? Это же просто бой! — восклицает Иван.

Вижу его неподдельное удивление. Такого поворота событий в его невидимом плане не прописано.

— Не-а. — Мотаю головой. — Это бой, без которого у вас не состоится торговля. И на него могу выйти только я.

— И ещё два человека, — напоминает Иван. — Наш караван — это же практически большая семья. Мы тут все помогаем и поддерживаем друг друга, — караванщик нащупывает точки, на которые можно надавить.

— Пусть, — подтверждаю. — Но это ваша семья. А я не обязан, так что, извини, а все эти рассказы про то, что мы семья и это наш общий бизнес — не ко мне. Я не семья. Я — наемник за деньги.

— Чёрт с тобой, — недовольно выдыхает Иван. — Решим вопрос.

И я и караванщик прекрасно понимаем, что другого исхода у этого разговора и быть не могло. Иван попытался опять положить медяшку себе в карман — не вышло.

— Тогда мне нужно точно знать, отличаются ли орки от людей? В плане тела. Ну, там, где у них сердце, почки, печень? Там же, где и у людей?

— Да, в принципе, орки — это те же люди, просто из-за жизни в равнинах, за чертой людей, они стали зеленоватыми и очень крупными. Где магия дикая — такое случается, — объясняет Иван. — Но у нас с ними даже потомство общее может быть.

Да уж. Важная информация, на самом деле. Про потомство — вряд ли пригодная к нынешним реалиям. Хотя, это гарантия, что они все же люди*.

— Отлично. Я выйду на бой, — соглашаюсь. — Но нужно обсудить условия. Про десять процентов от оборота. Просто, если у тебя в цену в столице заложена практически стопроцентная дельта, а именно это я понимаю из твоих слов…

Караванщик внимательно слушает. И ему не нравится, как быстро я провел параллели с ценой. Но заработать на мне он из без того успел, хватит. Я тем временем продолжаю:

— Сам говоришь, что иногда проигрываете, а иногда выигрываете. Значит, пятнадцать процентов, или шестая часть — это лучше, чем вообще не получить ничего.

— Черт с тобой Витя, будут твои десять процентов. Будут, — соглашается Иван. — На бой ты выйдешь последним. Первые два поединка у нас более-менее прогнозируемые. Выиграть особо не пытайся. Скорее всего, первые два мы вытянем. Если что, любую травму мы починим за день.

— Пятнадцать! — улыбаюсь.

— Ну одиннадцать, не больше. — Подсчитывает Иван.

— Пятнадцать при выигрыше, и двенадцать при проигрыше. — Ставлю точку. Уточняю. — Каким образом, почините?

В моих же интересах прикинуть все возможные расклады. Орки сами по себе с виду простые, но кто знает, чего ожидать от них в ярости.

— У нашего старикана две феечки, — объясняет Иван. — Одна обеспечивает защиту, другая лечит. Повезло ему в свое время. Да и нам повезло тоже.

Ага. Ещё один кусочек мозаики встаёт на место.

— И что лечат чаще у бойцов после поединков? — снова уточняю.

— В основном, проникающие и переломы, — говорит Иван, поморщившись.

Прикидываю. Это все более-менее нормально. Протягиваю руку.

— Годится. Договор?

— Договор! — улыбается караванщик и пожимает мне руку.

Обе руки на секунду связывает темная нить, которая мгновенно словно впитывается в руки.

— Что это было? — вторит моим мыслям караванщик.

«А это чтобы у него желания тебя кинуть не появилось. Последствия нарушения договора ему не понравятся, — возникает у меня в голове голос котенка. — А то больно уж тут все хитровыкрученные».

— Наш с тобой договор скрепили. Будут следить за выполнением, — задумываясь, произношу я.

— Кто? — удивляется Иван.

Пожимаю плечами. Отвечать ему я не хочу.

— Если не нарушим, то и соблазна узнать, кто это был, не появится. Я не нарушу.

— Я тоже, — поспешно отвечает караванщик.

— Ну вот и славно. — Задумчиво киваю.

Все вместе возвращаемся к оркам. На улице поднимается сильный ветер, будто сама погода предвещает неладное.

— Мы выставим поединщиков, — говорит Иван.

Орки его хорошо понимают. Их лица расплываются в предвкушающих улыбках. Только уже знакомый молодой орк смотрит на меня и проводит под шеей большим пальцем. Международный такой жест. Кажется, мало я запросил. Ладно, посмотрим.

Караванщик со вторым торговцем заканчивают обсуждать с орками поединки, после чего они разворачиваются и уходят.

— Куда это они? — удивляюсь.

— У них сейчас война по расписанию. Поэтому здесь на обсуждения собирались только мужчины. Стоянка у орков сильно дальше. Ритуальные бои для этого племени семейный праздник. Теперь им жёны мозг чайной ложечкой съедят, пока они не перенесут стоянку. Они любят такое смотреть вместе с детьми, — рассказывает Иван.