Как часы

— Да. Ведь он схватил ее, тащил к машине. Пит полагает, что это волокна черного кашемирового пальто.

— Хм, прямо-таки денди, сорящий деньгами, — сказала Клэр. — Стало быть, маленький поваренок Ксавье отпадает.

Редиваан перевернул страницу:

— А здесь говорится о том, что на теле найдены частички акрилового ковра. Скорее всего, ковер находился в багажнике.

— Конкретнее о ковре ничего не известно?

— Пока нет, но дело не в его лейбле. Если найдут машину, то на ковре увидят пятна крови.

— Это все?

— На сегодня — да. Есть еще звонок по сотовому. В девять тридцать, после репетиции, Индия позвонила своей подруге Джемме и сказала, что случайно оставила в ее сумке свой шарф и на следующий день заберет его.

— А она не сказала ей, как будет добираться домой? — спросила Клэр.

— Нет, но у Джеммы было такое ощущение, что когда они разговаривали, Индия шла по улице.

— По Лонг-стрит?

— Так, во всяком случае, подтверждает запись разговоров, ведшихся по сотовым. Кроме того, в баре «У бассейна» давали бесплатный концерт. Джемма считает, Индия могла туда заглянуть. Диджея этого бара они знают еще по школе.

— Ты с ним беседовал?

— Беседовал. Только не с ним, а с ней. Индия говорила этой девушке, что придет на концерт, но та ее не видела. И швейцар не видел, — сказал Редиваан.

— Да, никаких очевидцев…

— Единственный человек, который видел девушку, похожую по описаниям на Индию Кинг, — это охранник, дежуривший у дома семь дробь одиннадцать, на Лонг-стрит.

— И больше никто?

— Девушка как в воду канула. Я предполагаю, она свернула на Кеером-стрит. Оттуда можно попасть на Уэйл-стрит, а там уж никто тебя не увидит.

— Может, кто-нибудь из бродяг заметил ее?

— Нет. Мы опросили практически всех бездомных. В общем, я впервые услышал об Индии Кинг от ее матери, когда она мне позвонила после того, как ты… — Редиваан запнулся.

— Не сердись — я не могла обмануть Констанцию, — пыталась успокоить его Клэр.

— Но нельзя же так трястись над ней! — вспыхнул Редиваан, но тут же спохватился. — Ладно, извини, — сказал он, ласково дотронувшись до ее руки. Клэр в ответ обвила пальцами его ладонь. Рита склонилась над столом, сделав вид, что сосредоточенно рассматривает разбросанные на нем бумаги. От прикосновения Редиваана по телу Клэр пробежала сладостная дрожь.

— Может быть, мне съездить к Кингам? — спросила она, справившись с волнением.

— Да, поезжай. Поговори с ее матерью и выясни, что делал Брайан Кинг, отменив поход в ресторан, — согласился Редиваан и поцеловал ее в шею.

— А я проедусь по химчисткам. Может, кто-нибудь сдавал грязные автомобильные коврики.

Редиваан вышел, закрыв за собой дверь. Клэр прижала ладони к пульсирующим вискам. Внезапно разболелась голова.

— Езжайте домой, — посоветовала Рита. — Нелегкое это дело.

— Раскрытие убийств или выяснение отношений с мужчинами? — спросила Клэр.

— И то, и другое, сестренка. И то, и другое.

Глава 35

К тому времени, когда Клэр вернулась домой, пошел мелкий дождь. Она сделала себе сандвич, разложила матрас и стала смотреть по телевизору старый черно-белый фильм. Сентиментальная и скучная картина убаюкала ее. Через час Клэр проснулась, разбуженная телефонным звонком. Сняла трубку — молчание.

— Я слушаю. Кто говорит?

В ответ — только чье-то легкое дыхание.

— Уитни, это ты?

— Клэр?

Снова тишина.

— Говори же, Уитни. Не бойся: наш разговор никто не слышит, — сказала Клэр, чуть было не скрестив пальцы. [2]

Она взяла со стола магнитофонную кассету, на которой было написано: «Интервью с Флорри Рюйтерс». Клэр полагала, что о ее недавней встрече с Флорри никто не пронюхал. Ведь она была предельно осторожна. Но теперь ее уверенность сменилась страхом.

2

В англоязычных странах эта примета соответствует нашей примете «постучать по дереву».

Не так давно миссис Рюйтерс позвонила Клэр и сказала, что Уитни сейчас живет по другому адресу. А дело было так. Уитни прожила дома всего три дня, а на четвертый ей уже стали угрожать какие-то типы.

Миссис Рюйтерс и ее дочь сидели около их дома, грелись на солнце, пили чай и наблюдали, как резвятся белки. Тут подошли двое мужчин и небрежно облокотились на шаткий забор.

— Эй, Уитни! — крикнул тот, что постарше. — Я слышал, ты доставила много удовольствия нашим друзьям. — Высунув язык, он непристойно гримасничал. — Пойдешь с нами сегодня вечером, а? Маленький хорошенький котеночек не должен сидеть без дела.

Миссис Рюйтерс решительно встала и подошла к ним.

— Убирайтесь вон, грязные подонки!

— Но-но, полегче, — окрысился тот, что постарше. — Советую тебе выбирать выражения. Мы знаем, что ты жаловалась в полицию. А зачем? Наши друзья не причинили твоей дочке никакого вреда, — он наклонился поближе к миссис Рюйтерс, обдав ее перегаром. — Но если ты еще раз обратишься к легавым, ей будет несладко. Да, кстати, я слышал, что у нее есть младшая сестренка. Очень хорошенькая. Сколько ей? Десять? Одиннадцать? Самый смак, — сказал он, почесав в паху.

Миссис Рюйтерс увела дочь в дом и позвонила своей двоюродной сестре. Та с неохотой согласилась на время приютить Уитни.

Случилось так, что Клэр позвонила Флорри в тот же день, к вечеру. Миссис Рюйтерс еще не остыла от ярости и легко согласилась на интервью. Они встретились в убогом кафе на окраине города. Куря сигарету за сигаретой, Флорри подробно рассказывала Клэр, как подорожала жизнь — и в особенности жилье — в их районе. А цены диктуют Келвин Лэндман и его подручные. Гангстеры полностью контролируют округу.

— Бесполезно, доктор Харт, — сказала она, когда Клэр, обещая содействие, посоветовала ей поднять шум в прессе. — Даже если их упрячут за решетку — а я в этом сильно сомневаюсь, они будут командовать своими громилами из тюрьмы. Да и просидят они недолго. Наше правительство раздает амнистии налево и направо. И да поможет вам Бог, когда они выйдут на свободу!

— Вы можете приехать? — спросила Уитни, прервав печальные воспоминания Клэр. — Я сейчас у моей двоюродной тети.