Кальдорас
Шрифт:
МОЙ ПОДАРОК ТЕБЕ:
Один сеанс массажа всего тела в руках твоего талантливого парня. (Я также купил тебе несколько твоих любимых шоколадных конфет, но они, э-э, исчезли.)
Счастливого Кальдораса, Дикс. Я тебя люблю.
— Почти уверена, что массаж понравится ему почти так же, как и мне, — сказала Д.К., и ее сине-зеленые глаза заблестели. — Почти.
— На самом деле, это умный подарок, — прокомментировала Алекс. — Я имею в виду, подумай об этом… тебя не так-то просто купить. Что ты можешь получить за вознаграждение, чего они не могут получить сами?
— Очевидно, массаж всего тела. — Д.К. смотрела
Алекс поморщилась.
— Фу, избавь меня.
Д.К. рассмеялась.
— Будто ты не такая. Не веди себя так, будто ты не такая же сентиментальная, когда дело касается Кайдена.
Алекс была спасена от ответа, когда по коридору из кухни донеслись звуки множества шагов, как раз перед тем, как толпа людей вошла в комнату.
Первой шла Эви, обогнав остальных и подпрыгивая взад-вперед во главе процессии. С ней пришли Гэмми, Дороти и сестра Дороти, Тесса, которые пытались успокоить маленькую девочку, прежде чем отойти, чтобы поприветствовать Алекс, Д.К., Кайдена и Джордана. Следующим появился старший брат Биара, Джонни, прервавший разговор с Джирой и Нишей, чтобы все трое могли поприветствовать их. Наконец, горстка деревенских жителей замыкала шествие, коротко поздоровавшись, поскольку они были заняты спором о том, кто лучше готовит укропный сок: Бенни или его дочь Сэл — оба они были участниками оживленной дискуссии и яростно поддерживали друг друга.
За считанные секунды спокойствие в комнате сменилось хаосом. Алекс не была уверена, радоваться ей или беспокоиться из-за того, что ее родители, похоже, еще не приехали, но, когда Кайден обнял своих тетю и сестру, она решила, что облегчение было явным преимуществом. Она не хотела думать о том, что Джек и Рейчел могли бы сказать его семье, если бы остались без присмотра.
— Все еще спасаешь мир, Алекс? — спросила Джира, когда со всех сторон послышалась оживленная болтовня.
— Это ты мне скажи, — ответила Алекс, улыбаясь начальнице тюрьмы, чья карьера требовала от нее именно этого на ежедневной основе. Ниша тоже была командующей вооруженными силами Медоры. Если когда-либо и существовала семья отличников, то это была семья Джеймсов. И все же, и Джира, и Ниша всегда старались изо всех сил, чтобы Алекс чувствовала себя комфортно с ними, как до, так и после того, как они с Кайденом стали парой.
— Кто-то другой должен будет спасти мир сегодня, — сказала Ниша, вклиниваясь в их разговор. — У нас сегодня выходной.
— Я бы очень на это надеялась, — сказала Дороти, и их маленькая группа стала расти. Она повернулась к Алекс. — Я так рада тебя видеть, дорогая. Мы скучали по тому, что ты гостила у нас в этом году.
— Поверь мне, я бы предпочла остаться здесь, — сказала Алекс, прежде чем осознала, что в комнате стало достаточно тихо, чтобы ее услышали друзья. Как по маслу, Кайден, Джордан и Д.К. издали оскорбленные возгласы, поэтому она бросила на них насмешливый взгляд и спросила: — Проводить каникулы в Вудхейвене или остаться в школе ради опасного для жизни задания? — Она приложила палец к губам. — Хм. Дайте-ка подумать.
На этот раз они покорно согласились, и Алекс снова повернулась к Дороти, с удовлетворением отметив, что, хотя ее голубые глаза потемнели от горя, в них появилась искра жизни, которой не хватало с тех пор,
как почти год назад умер ее муж.— Вы в порядке? — прошептала Алекс пожилой женщине.
— Я добираюсь до цели, — прошептала Дороти в ответ. — Такие дни, как сегодня, помогают.
Алекс колебалась.
— Я думала…
— Что у меня будут проблемы с эмоциями? — спросила Дороти, слегка улыбнувшись. — День еще только начинается. — Она покачала головой, словно собираясь с мыслями. — Не пойми меня неправильно, это нелегко. У меня такое чувство, будто в сердце вонзили лезвие, и одно неверное движение может перерезать артерию, и я истеку кровью.
Ниша успокаивающе положила руку на плечо Дороти, которая потянулась к ней, чтобы ухватиться за ее пальцы, как за якорь.
— Но хотя я всей душой желаю, чтобы Уильям был здесь сегодня, знаю, что если бы он был, ему бы это понравилось, — сказала Дороти, оглядывая комнату. — Ему бы понравилось, чтобы наш дом полон людей, света, любви и смеха. Полон надежды. Зная это, как я могу грустить сегодня? Для него это значило бы все. И для меня это значит все.
У Алекс защипало в носу, когда она попыталась сдержать слезы.
— Душой он здесь, с нами, — сказала Ниша Дороти и получила в ответ неуверенную, но благодарную улыбку.
— Знаю, — прошептала Дороти. — Знаю. — Затем она кашлянула, вздернула подбородок и громко хлопнула в ладоши, прежде чем крикнуть: — Обед готов, не хотите ли вы все пройти в столовую?
— Подождите! Нет! — громко сказал Блейк, когда люди начали расходиться. Все остановились, уставившись на него, когда он нервно провел рукой по своим светло-каштановым волосам. — Мне нужно кое-что сказать.
Джира тихо застонала рядом с Алекс.
— Он выглядит виноватым. Почему у него такой виноватый вид? — Она перевела взгляд с Блейка на Джонни и обратно, прежде чем прошипеть: — Я говорила им не вламываться в…
— Ш-ш-ш! — перебила Алекс, от волнения ее сердце забилось быстрее. Если это было то, о чем она подумала, то это было… Если это было причиной, по которой он утащил Кайдена по пути сюда…
Алекс потянулась к руке своего парня и крепко сжала ее, когда Блейк медленно приблизился к ним. Или, скорее, приблизился к Джире.
А затем опустился на одно колено.
Вокруг них раздались восторженные возгласы, когда он достал маленькую коробочку и открыл ее перед ней.
Джира стояла неподвижно, как статуя, ее голубые глаза были широко раскрыты, когда она смотрела на своего парня сверху вниз.
— Джира Джеймс, с того момента, как я встретил тебя, я понял, что ты — та женщина, с которой я хотел бы провести остаток своей жизни.
Джира больше не была статуей, она фыркнула.
— Врунишка.
Блейк улыбнулся ей.
— Отлично. Я ненавидел тебя. И ты ненавидела меня, возможно, даже больше.
Глаза Алекс расширились от шока, и она услышала, как Кайден тихо рассмеялся рядом с ней.
— Возможно? — повторила Джира, приподняв бровь.
— Хорошо, определенно, — признал Блейк. — А теперь перестань перебивать. Я пытаюсь сделать тебе предложение.
Лицо Джиры смягчилось, и она опустилась перед ним на колени.
— Что ты делаешь? — спросил Блейк. — Я еще не закончил, поднимайся!
— Я люблю тебя, — сказала Джира, обхватив ладонями его лицо и легонько поцеловав в губы. — Конечно, я выйду за тебя замуж.