Капитан

— Весь экипаж, за исключением вахты, может сойти на берег. Эраст Модестович, организуйте доставку людей, — распорядился Храбров. Матросы встретили его слова оглушительным «ура» — всем им хотелось вновь почувствовать под ногами твердую землю, а главное, выпить, расслабиться и рассказать о своих подвигах товарищам с других кораблей.

Храбров не стал дожидаться, пока спустят катер и разведут на нем пары. Он приказал подготовить вельбот, на котором и покинул крейсер. Его сопровождали Бахирев, ревизор Зубов, Долгобородов, Януковский и Налётов.

Тысячная толпа на причале окружила моряков и принялась закидывать вопросами, торопясь узнать, как они вышли из Чемульпо и чем все это время занимались. Дамы, среди которых находилась и сияющая улыбкой Юстыся Олех в меховой шубке, аплодировали и кричали «браво». Особо впечатлительные особы смотрели на моряков так, словно были готовы прямо сейчас отдать им свою руку и подарить любовь. В толпе присутствовали как иностранные корреспонденты, так и свои, представляющие артуровский «Новый край», редакция которой разместилась на Пушкинской, «Морской вестник» и «Московские Ведомости». Ориентируясь на них, Храбров в нескольких предложениях описал последние действия крейсера, выход из корейского порта и бой у Чемульпо. Улыбки он не мог скрыть даже при всем своем желании — сражение случилось там же, где и в прошлой истории, но результаты были диаметрально противоположны.

— Наши доблестные артиллеристы потопили крейсер «Такачихо» и один из миноносцев. «Нанива» горел так, что вряд ли его отремонтируют меньше чем за два-три месяца. Погиб адмирал Уриу, но это еще надо проверить. Слава Богу, мы победили! — Храбров говорил энергичными «рублеными» фразами, задавая темп всего интервью.

Последние слова капитана встретили оглушительными криками радости. Его подхватили на руки и принялись качать, так, что он едва не потерял фуражку и кортик. Забавно, но все те, кто неделю назад вопил, надувал щеки и важно заявлял, что Япония напасть не осмелится, изменили свою позицию, как стрелка компаса при смене курса. Теперь эти же крикуны яростно призывали сражаться до последнего, пока нога русского солдата не войдет в Императорский дворец в Токио.

Очутившись на земле, Храбров извинился перед публикой и отправился в Штаб на доклад к Старку, взяв с собой Зубова. Сомнительная честь отдуваться за всех и более детально расписывать минувшие подвиги досталась лейтенанту Бахиреву.

— А вы становитесь популярной фигурой, Евгений Петрович, — заметил ревизор, едва они сели в рикшу. — Поздравляю от всей души, я буду рад служить под командованием адмирала Храброва.

— Положим, до адмирала мне еще далеко, — возразил капитан. — Даже Лазарев стал им в тридцать восемь лет.

— Так и вам в конце года будет столько же!

— Поживем — увидим, но за один потопленный на пару с крейсером миноносец адмирала не дадут.

В Морском Штабе Зубов отправился отчитываться по своей линии, а Храбров прошел в кабинет Старка. Беседа, вернее отчет командующему эскадрой о своих действиях, занял более часа. Адмирал несказанно обрадовался тому, что услышал. Все же, то, что случилось двадцать седьмого января в Артуре, бросало тень на его профессионализм и хватку, как военного моряка. Это лишь по мнению Храброва, который знал прошлую историю, русский флот отделался малой кровью. С точки зрения же Наместника и Адмиралтейства именно Старк недооценил опасность войны, не предпринял необходимых ответных действий и вообще, что называется «проспал» нападение. А теперь у адмирала появился капитан, который сумел доказать, что не все так плохо в эскадре Тихого океана. Тем более, даже без откровений Погорельского стало ясно, что Старк подсуетился и теперь всеми силами будет выставлять бой у Чемульпо в максимально выгодном для себя свете. На фоне катастрофы в Артуре триумфальный успех «Наследника» выглядел спасительным кругом, за который Старк не мог не ухватиться. То-то он делает столь прозрачные намеки и ловко закладывает на нужный курс.

— А ведь это было ваше желание, отправить меня в Чемульпо, ваше превосходительство, — малость подыграл ему Храбров. Ему было не жалко, а человеку приятно. Адмирал аж расцвел от услышанного.

— Решение моё, благодарю, но все остальные действия — исключительно ваша заслуга. Я всегда знал, что вы перспективный командир, у вас есть несомненный потенциал, Евгений Петрович. И зачем же так официально? — напоказ удивился Старк. — Мы с вами старые моряки и давно друг друга знаем, так что обращайтесь ко мне по имени-отчеству.

— Слушаясь, Оскар Викторович, — старательно пряча улыбку, ответил Храбров. Да, быстро же к нему изменилось отношение. Сейчас он триумфатор, и те, кто раньше даже не смотрел в его сторону, теперь торопятся записаться если и не в друзья, то в добрые товарищи. Еще в самом начале разговора Храбров предоставил адмиралу полный отчет по своим действиям, сейчас же добавил отдельное ходатайство. — А это список отличившихся и представленных к наградам, надеюсь, вы его утвердите.

— Вначале мне необходимо изучить все бумаги… И все же думаю, что решение будет положительным. России нужны герои, а вы дали стране прекрасный пример!

Старк оказался так любезен, что велел подать шампанского. Вместе с прибывшими адмиралами Витгефтом, Ухтомским, Лощинским, Моласом, начальником порта Греве и Иссеном, получившим контр-адмирала, пока «Наследник» находился в Корее, они долго расспрашивали его о минувших событиях, делая акцент на том, как проходил бой. Действия Храброва их интересовали буквально по минутам. Витгефт и Ухтомский разложили на столе карты, лоции и сверяясь с нарисованным Януковским планом сражения, пытались детально его воссоздать.

— Толково у вас получилось, Евгений Петрович, ничего не скажешь, — добродушно улыбаясь заметил Витгефт. — И главное, не побоялись полезть на всю эскадру Уриу! Вы прямо свою фамилию оправдываете-с.

— Думаю, ваши решительные действия войдут в морские учебники, — констатировал Ухтомский. — Вот что значит грамотное использование скоростного маневренного крейсера: блестящий выход к точке вероятного нахождения противника, моментальный анализ ситуации, стремительный удар, разворот, еще удар и благополучный отход! Такое ощущение, что вы заранее знали, где будут японцы и что вам требуется делать.

— Точно не знал, Павел Петрович, но со своим старшим офицером Харитоновым мы несколько часов ломали голову над этой задачкой, исходя из того, что японцы обязательно высадят десант в Чемульпо. А раз так, то на какое-то время они останутся в гавани, обеспечивая прикрытие своей пехоте с моря. Возвращаясь к Чемульпо, мы твердо знали, что встретим врага, но рассчитывали на то, что нас не ждут, а значит, атака имеет прекрасные шансы на успех.

— И тихоходного «Корейца» вы с собой не взяли, чтобы не попасть в ловушку, — констатировал Молас.

— Верно, он мог испортить весь план операции. Но хочу отметить, что капитан Беляев рвался в бой, он с немалым огорчением подчинился моему приказу оставаться на месте.

— Да-с, признаться, после пощечины, что мы получили от японцев в Артуре, ваша победа подняла настроение всему флоту. Да и перед пехотой мы теперь не будем смотреться мальчиками для битья, — высокий и крупный Лощинский степенно огладил бороду. — А то, знаете, обидно было.

Некоторое время беседа продолжалась, а затем Старк взглянул на часы и сказал, что пора отправляться на прием к Наместнику.